0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Чью поэзию называют безглагольной

Чем особенна знаменитая «безглагольность» Фета и какой художественный эффект достигается с её помощью? (ЕГЭ по литературе)

В приведённом стихотворении очень ярко проявляется знаменитая «безглагольность» Фета, которая создает эффект пейзажного движения.

А. А. Фету удалось всего лишь в одном предложении описать чудесную картину наступления весны, используя минимум различных частей речи. При этом отсутствие глаголов, многократная анафора и однородные члены помогают поэту добиться эффекта стремительного движения природных картинок, времени, пространства и мысли: «эти мошки, эти пчёлы». Использование простой лексики, выразительных метафор («вздох ночной селенья») и олицетворений («говор вод») придают стихотворению особенную легкость и нежность. Создается впечатление, что стихотворение было написано на одном дыхании в порыве вдохновения природой, которая в любом состоянии и в любое время прекрасна.

Непринужденность произведения создает в сознании читателя «калейдоскоп» весенних мгновений, нам удается за столь короткое время увидеть полный и красочный образ этой поры.

Таким образом,талантливая «безглагольность» А. А. Фета делает стихотворение красочным и динамичным и создает перед читателем описанный пейзаж.

«Безглагольность» Фета создаёт особый художественный эффект в стихотворении.

Во-первых, отсутствие глаголов должно лишать произведение динамики, действия, однако поэт добивается движения образов другими средствами: музыкальностью, ритмом, цветописью и звукописью. Автор стремится создать чувственную выразительность, используя слово, метр: «Этот зык и свист / … / Эта дробь и эти трели»

Во-вторых, поэт передаёт мимолетность мгновения, а стихотворение — способ его запечатления. Приём безостановочного движения, используемый для описания пробуждения природы, показывает чувственность и живость момента. Метод «одного предложения», используемый автором, передаёт динамику, воскрешение природы весной: «Это утро, радость эта, / Это мощь и дня и света, / Этот синий свод».

Таким образом, «безглагольность» Фета позволяет «поймать» момент, запечатлеть чувственное мировосприятия лирического героя.

Задание выполнено на 4 баллов из 6

• К1 Соответствие ответа заданию – 2/2

• К2 Привлечение текста произведения для аргументации – 2/2

• К3 Логичность и соблюдение речевых норм – 2/2

Внимание!
Если Вы заметили ошибку или опечатку, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter.
Тем самым окажете неоценимую пользу проекту и другим читателям.

Где Фет, там и Тютчев

5 декабря исполняется 200 лет со дня рождения Афанасия Афанасьевича Фета. Имя его прочно вошло в историю русской поэзии. При этом оно неразрывно связано с именем Федора Ивановича Тютчева, день рождения которого приходится на эту же дату. Остановимся на нескольких интересных фактах из жизни выдающихся поэтов.

Поэты родились в один день, только Тютчев в 1803 г., а Фет – через семнадцать лет. Разница в возрасте не помешала им дружить и уважительно относиться друг к другу, а Фет вообще считал Тютчева гениальным поэтом и мыслителем, с которым ему посчастливилось общаться. Поэты даже отправляли друг другу стихотворные послания. Так, в 1862 году Фет просит Тютчева прислать ему фото:

Мой обожаемый поэт,
К тебе я с просьбой и с поклоном:
Пришли в письме мне твой портрет,
Что нарисован Аполлоном…

Тютчев на просьбу откликнулся, портрет прислал и сопроводил его такими строчками:

Тебе сердечный мой поклон
И мой, каков ни есть, портрет,
И пусть, сочувственный поэт,
Тебе хоть молча скажет он,
Как дорог был мне твой привет,
Как им в душе я умилен.

«Тютчев сладостен мне не столько как человек, более чем дружелюбно ко мне относившийся, но как самое воздушное воплощение поэта, каким его рисует себе романтизм», — писал Фет.

Тютчев и Толстой – дальние родственники и родственные души, а Фету граф сшил башмаки. По материнской линии Федор Иванович состоял в родстве со Львом Николаевичем и Алексеем Константиновичем Толстыми. Лев Толстой, весьма иронично относившийся к поэтам и поэзии, в письме Николаю Страхову признавался: «Я встретил Тютчева, и мы 4 часа проговорили. Я больше слушал. Знаете ли вы его? Это гениальный, величавый и дитя-старик. Из живых я не знаю никого, кроме вас и его, с кем бы я так одинаково чувствовал и мыслил».

О Фете граф таких душевных заметок не оставил, все больше критиковал, но зато долгое время переписывался с ним. Однажды переписка разладилась, Толстой на письма Фета перестал отвечать, и огорченный Афанасий Афанасьевич пишет графу прощальное письмо, полное смирения. Толстой вдруг покаянно откликается: «Прежде чем сказать вам, как мне совестно перед вами и как я чувствую себя виноватым перед вами, прежде всего я ужасно благодарен вам, дорогой Афанасий Афанасьевич, за Ваше доброе, прекрасное, главное, умное письмо. Вы имели причины быть недовольным мной и вместо того, чтобы высказать мне свое нерасположение, которое очень могло бы быть, вы высказали мне причины своего недовольства мною добродушно и, главное, так, что я почувствовал, что вы все-таки любите меня». И далее Толстой просит Фета навестить его в Ясной Поляне и тем показать, что он прощает его. Конфликт был улажен, более того, Толстой даже сшил Фету башмаки.

Одно время Лев Толстой брал уроки у обувных дел мастера. Фет, узнав о новом увлечении графа, заказал себе обувку, получив которую, выдал шуточное свидетельство: «. настоящая пара ботинок на толстых подошвах, невысоких каблуках и с округленными носками сшита по заказу моему для меня же автором «Войны и мира» Графом Львом Николаевичем Толстым, каковую он и принёс мне ко мне вечером 8-го Января сего года и получил за неё с меня 6 рублей. В доказательство полной целесообразности работы я начал носить эти ботинки со следующего дня». Сейчас эта обувная пара находится в музее в Хамовниках.

Большую часть жизни Фет посвятил тому, чтобы вернуть себе дворянский титул и фамилию Шеншин. Афанасий Шеншин, отставной офицер, поступил как честный человек: увез из Германии к себе в Орловскую губернию беременную от него женщину. Родившийся вскоре ребенок был назван в честь папеньки Афанасием и фамилию получил его же. Однако, когда мальчику исполнилось 14 лет, Орловская консистория выявила, что по по закону он германский подданный, поскольку родился от немки, формально находившейся в браке с дармштадским чиновником. Каково было подростку узнать, что он теперь не потомственный дворянин Шеншин, а незаконнорожденный Фёт?! Вернуть фамилию ему удалось лишь в 1873 году. На монаршее распоряжение удовлетворить «прошение отставного штаб-ротмистра гвардии Фета о присоединении к роду отца его Шеншина со всеми правами и званиями, роду его принадлежащими» Тургенев откликнулся эпиграммой:

Как снег вершин,
Как фунт конфет,
Исчезнул Фет
И стал Шеншин.

Тургенев редактировал некоторые стихи Фета и подтрунивал над ним. Как известно, тургеневское языковое чутьё было безупречным, поэтому понятно его желание «высветлить» темные места в лирике друга. Однако, по мнению критиков, Тургенев, стараясь сделать стихи Фета более простыми и понятными, нередко оказывал ему медвежью услугу: стихотворение после правки теряло шарм. Сближала собратьев по перу и мировоззренческая общность, и любовь к природе и охоте, но при этом Тургеневу иногда сложно было понять, как тонкий поэт уживается в Фете с хватким и приземленным помещиком. Комплексность своей противоречивой натуры сам Фет объяснял так: «Солдат, коннозаводчик, поэт и переводчик». И в этом авторском определении социального статуса проявилась склонность Фета к спасительной самоиронии.

Известна длинная эпиграмма, адресованная Фету Тургеневым. Начинается она такими словами: «Бесценный Фет, мудрец и стихотворец», а далее продолжается в псевдошекспировским стиле таким заветом:

Не бейся, не томись, не злись, не кисни,
Не унывай, не охай, не канючь,
Не требуй ничего — и не скули…
Живи смиренно, как живут коровы —
И мирно жуй воспоминанья жвачку.

Евтушенко троллил Фета и его последователей. Тема своеобразных взаимоотношений Фета и Тургенева находит неожиданное продолжение у Евгения Евтушенко в его шутливом стихотворении «Афан-Афан»:

Ну был бы он поэт поменьше.
Но и в делах был не профан
весьма успешливый помещик
по прозвищу Афан-Афан.
Так пошутил разок Тургенев,
а вот прилипло невзначай,
хотя хозяйственный наш гений
пивал шампанское, как чай.

Несмотря на то, что отрывок из стихотворения явно не шедевр, Евтушенко не смущается и продолжает поклёвывать Фета и его подражателей: «Мне дорог Фет, хоть есть поэты лучше,/ но, как на расплодившихся котят,/ с тоскою натыкаюсь я на кучи/ мурлыкающих сереньких фетят». Правда, тут же прилетела ответная эпиграмма в защиту начинающих поэтов, которых «неумолимо глушит/Ватага деловитых евтушат» (А. Матюшкин-Герке «Брысь»).

Некрасов критиковал Фета и хвалил Тютчева. Можно сказать, что Н. Некрасов — тематический антагонист А. Фета. Некрасовская лирика – это злободневность, фетовская – отвлеченность. Некрасов часто упрекал Фета за смысловые несовершенства и витиеватости типа «И в душу мощно просятся/ Блистательные сны» и сетовал, что вычурность и смысловая темнота «у г. Фета недостаток довольно нередкий», а приличное стихотворение то и дело сводится на нет «несколькими неудачными стихами».

К Тютчеву Некрасов благоволил и включил обзор его творчества в критическую статью «Русские второстепенные поэты». Несмотря на несколько обидное определение, статья способствовала тому, что к поэзии Тютчева у читающей публики вновь возник интерес. Полностью фамилия Тютчева в некрасовской статье не называется: поэт скрыт под криптонимом «Ф. Т.», поскольку именно так во второй половине 1830-х и в 1840-х гг. он подписывал свои произведения. «Стихотворения г. Ф. Т. принадлежат к немногим блестящим явлениям в области русской поэзии. Г. Ф. Т. написал очень немного; но всё написанное им носит на себе печать истинного и прекрасного таланта, нередко самобытного, всегда грациозного, исполненного мысли и неподдельного чувства. Главное достоинство стихотворений г. Ф. Т. заключается в живом, грациозном, пластически-верном изображении природы. Уловить именно те черты, по которым в воображении читателя может возникнуть и дорисоваться сама собою данная картина, – дело величайшей трудности. Г. Ф. Т. в совершенстве владеет этим искусством», — замечал Н. Некрасов.

Читать еще:  Где снимался фильм большая поэзия

Творчество Фета и Тютчева нашло продолжение в поэзии Серебряного века. Хрестоматийное стихотворение Фета «Шепот, робкое дыханье…», не имеющее глаголов и состоящее из одного предложения, можно считать предвестником «безглагольной» поэзии К. Бальмонта. От него же бальмонтовская звукопись и любовь к деталям природы. В заметке «О поэзии Фета» К. Бальмонт вновь провозглашает: «Фет – мой крестный отец в поэзии. Сердце по-детски лепечет: «Люблю больше всех Фета»» и приводит такой факт: когда в 1897 году его пригласили в Оксфорд, чтобы прочитать четыре лекции о современной русской поэзии, одну из этих лекций он «целиком посвятил творчеству Фета и Тютчева, указывая на внутреннюю пантеистическую их музыкальность в восприятии природы и в изображении различных состояний человеческого сердца».

В очерке «Имени Тютчева» Бальмонт дает другому своему поэтическому предшественнику такую характеристику: «Он любит, чтобы смесились все тени, поблекли все отъединенные, отдельные, маленькие звуки, чтобы был гул ночных голосов, непостижимый, как в вершинах леса, сплетающийся в мировую песню без конца и без начала» и завершает своё эссе сонетом «Тютчев», оканчивающимся так:

Есть тонкий в черном кружеве намек,
Есть вещий бред, навороженный мраком,
Есть Тютчев, чаровник железных строк.

Тютчевские созерцательность и философичность были очень близки и А. Блоку, более того, в одном из стихотворений поэт-символист оправдывает подход к созданию стихов прямой отсылкой к своему авторитету:

Но помни Тютчева заветы:
Молчи, скрывайся и таи
И чувства и мечты свои…

Поэтов Серебряного века тоже, как и их старших собратьев по перу, вдохновляла глубинная общность философии и поэзии. В свое время Фет изучал философию, переводил Канта и Шопенгауэра. Тютчев еще подростком переводил древнеримские оды Горация, а став внештатным атташе Российской дипломатической миссии, познакомился с Шеллингом и Гейне. Такой синкретизм обеспечивал качественно новый уровень поэзии. У Тютчева это реализовалось в том числе и в краткой литературной форме, когда в нескольких строчках выражается суть, итог долгих размышлений. Пожалуй, самым цитируемым примером является знаменитое «Умом Россию не понять…», но не менее популярен и другой тютчевский шедевр:

Нам не дано предугадать,
Как слово наше отзовется, —
И нам сочувствие дается,
Как нам дается благодать…
1869 г.

Чью поэзию называют безглагольной

ЕЩЕ РАЗ О «БЕЗГЛАГОЛЬНОМ» ФЕТЕ
Артем Шеля
(Тарту)
В. В. Чуйко в книге «Современная русская поэзия в ее представителях» (1885), говоря об А. Фете, соединяет несколько позиций,
выработанных критикой поэта и к концу XIX в. уже вполне традиционных. С одной стороны, критик пишет о фетовском «культе
формы» (который приводит поэта к узкому, однообразному содержанию), а с другой — о«бессознательной музе» (которая соответствует всем рассуждениям о мимолетности, невыразимости,
случайности в поэзии Фета). Сочетание в одном тексте двух противоречащих друг другу характеристик, т. е. пристального внимания к форме и трудно уловимого «бессознательного» содержания приводит Чуйко к такой же парадоксальной метафоре: творчество поэта, по словам критика, — это «мрамор, не имеющий
определенных очертаний» [Чуйко:69].
В качестве примера Чуйко цитирует безглагольное стихотворение «Шепот. Робкое дыханье» (1850, 1856). «Бессознательная
муза», пишет критик, заставляет поэта говорить не «фразами,
а существительными» [Там же: 65]. В последующем тексте книги
эта «бессознательность» и ее последствия метонимически распространяются на описание всего творчества поэта. Безглагольность (шире — аграмматизм)оказывается самым важным понятием для описания поэтики Фета. Оно был введено в новом значении Вл. Соловьевым 1 и стало литературоведческим термином
у Б. В. Томашевского 2 .
1

Соловьев в «безглагольности» и «беспредметности» фетовских стихотворений видит возвращение к лирической поэзии в ее архаическом состоянии [Соловьев: 637–638].
В «Теории литературы» Томашевского «безглагольность» выделяется уже какстилистическая тенденция языка, особенно поэтического,
к эллипсису глаголов рассматривается на правах приема. Взгляд на номинативную традицию, развивающуюся в поэзии ХХ в. от «Шепот.
Робкое дыханье» см. в статье Вяч. Вс. Иванова «К исследованию
поэтики Блока (“Шаги командора”)» [Иванов: 642–643].

В статье «Фет безглагольный» (1973) М. Л. Гаспаров пишет не
столько оформально-безглагольных стихотворениях, сколько о характере фетовской поэзии вообще. Четкость композиции, логика
тактов интериоризации противопоставляется исследователем таким задокументированным в культуре ощущениям от фетовских
текстов как бессодержательность, бессознательность, мимолетность, иррациональность. Анализ Гаспарова как бы нейтрализует
метафору о «бесформенном мраморе», акцентируя «безглагольность» какпоэтическое средство с широкими возможностями для
варьирования композиционных структур. Все это проделывается
вне рассуждений о номинативном стиле и его соотношении с глагольным, поскольку не стиль и не проблема безглагольности находится в центре внимания ученого.
Укажем на один, лингвистический, отзыв на статью Гаспарова, принадлежащий Ю. Т. Долину, который так и называется
«Безглагольный ли Фет?».Автор напоминает читателю, что номинативные предложения в русском языке не являются в полном
смысле номинативными из-за существующего вспомогательного
глагола «быть», который в настоящем времени языком опускается [Долин: 78]. В номинативных сериях в поэзии мы могли бы
восстановить эллипсис и эксплицировать связку «есть» в качестве умозрительного эксперимента (например, так: есть шепот, естьдыхание), однако это действие не прояснило бы ситуацию. Настоящее время глаголов употребляется по-разному и может обозначать совершенно разные типы течения времени. Эффектный и
энергичный эллипсис глагольных форм не позволяет нам отнести
серии назывных конструкций к иному промежутку времени, кроме как к данному (или дающемуся) читателю в форме «это существует-здесь-сейчас» с последующимивариациями. Именно такое
время исследователи называют «образно-поэтическим настоящим» (см., напр., [Ахапкина: 144–145]), и оно является не только
чертой безглагольных стихотворений, но характерным и законным
полем, в котором действует и развивается лирическая поэзия.
Мнение Ю. Т. Долина позволяет обнаружить в безглагольных
стихотворениях некоторое.

Чтобы читать весь документ, зарегистрируйся.

Фет, которого вы не знали. К 200-летию поэта

Приблизительное время чтения: 8 мин.

«Я пришел к тебе с приветом, рассказать, что солнце встало»: Афанасий Фет чаще всего воспринимается неискушённым читателем как автор незамысловатых и позитивных стихотворений о любви. «Где-то, что-то веет, млеет…», — именно так пародировал лирику Фета Иван Тургенев. О Фете говорят, что он — добродушный эстет. Говорят, что атеист. Но так ли это? Мы собрали для вас несколько интересных и неожиданных историй о русском поэте.

История о том, как Фету неожиданно поменяли фамилию

Рождение Фета связано с запутанными обстоятельствами, которые во многих деталях до сих пор остаются непроясненными. Он родился и вырос в семье помещика Афанасия Шеншина и его жены-немки, урожденной Шарлотты Беккер (Фёт). До 14 лет мальчик носил фамилию Шеншин. Но однажды фамилия Афанасия Шеншина была неожиданно изменена, когда он учился в пансионе. Ему было велено носить фамилию первого мужа матери — Фет. Оказалось, что Афанасий якобы родился до того, как брак его отца с Шарлоттой был освящен.

Фет вспоминал: «Как ни горька была мне эта неожиданная новость, но я считал, что у отца была к этому достаточная причина, я считал этот вопрос до того деликатным, что ни разу не обратился за разрешением его ни к кому. «Фет так Фет», — подумал я, — видно, так тому и быть. Покажу свою покорность и забуду Шеншина, именем которого подписаны все мои учебники». Тогда юноша еще не знал, что именно фамилия Фет принесет ему известность и именно ею будут подписаны все его многочисленные стихи, статьи и переводы.

История о том, как Фет-путешественник восхищался религиозной живописью

Афанасий Афанасьевич Фет был впечатлительным и страстным путешественником. Одним из его любимых городов был Дрезден. В знаменитой картинной галерее его больше всего поразила «Мадонна» Гольбейна. Размышляя об этом полотне немецкого живописца, Фет отмечал, что при работе над ней душа художника явно была в нездешних мирах, ведь только благоговейной душе под силу создать такое изображение Богоматери. Главная же картина галереи «Сикстинская Мадонна» Рафаэля также произвела на Фета сильнейшее впечатление. Поэт просидел перед образом Божией Матери два часа и, согласно его воспоминаниям, понял, «почему народ толпою следовал за Рафаэлем. Из галереи я вынес неподдельный восторг и счастье, которого уже не утрачу в жизни».

История о том, как стихи Фета одобрил Николай Гоголь

Поэзия занимала Фета в студенческие годы и была его искренней страстью и любимым увлечением. Сочинял он, как он сам признавался, едва ли не по стихотворению каждый день. Стихи записывал в «желтую тетрадку», которая постоянно увеличивалась в объеме. Первыми читателями лирики Фета были его соседи по пансиону, где он обучался. Однажды Фет решил показать свои стихотворные опыты (получить «приговор моему эстетическому стремлению», как вспоминал Фет) известному литератору и историку Михаилу Погодину. Тот в свою очередь сказал: «Я вашу тетрадку, почтеннейший, передам Гоголю. Он в этом случае лучший судья». Через неделю Фет получил от Погодина свою тетрадку обратно со словами: «Гоголь сказал: это несомненное дарование».

Читать еще:  Какой традиционной тематической классификации поэзии

История о том, как Тургенев стихи Фета переделывал

В 1853 году Фет вошел в круг журнала «Современник», авторитетным членам которого, Тургеневу, Дружинину и другим, многие стихотворения Фета казались темными, косноязычными и неясными. В начале 1855 года Фет получил письмо от Ивана Тургенева: «Весь наш дружеский кружок Вам усердно кланяется. Мы предлагаем поручить нам новое издание Ваших стихотворений, которые заслуживают самой ревностной очистки и красивого издания для того, чтобы лежать на столике всякой прелестной женщины». Фет согласился, не зная, что его ждёт.

Тургенев стал лихо исправлять стихи Фета: исключал целые строфы, переписывал, что-то дополнял. Да и все литераторы «Современника» получали большое удовольствие и искренне веселились, пытаясь расшифровать и переделать нелепые, на их взгляд, строки. Фет вспоминал: «Почти каждую неделю стали приходить ко мне письма с подчёркнутыми стихами и требованиями их исправлений». Мнение самого поэта учитывалось мало: «Я ревностно отстаивал свой текст, но по пословице «один в поле не воин» вынужден был отступить». Никто и предположить не мог, что для Фета вовсе не было первостепенным, чтобы его сборник держала в руках каждая первая любительница поэзии. Пропасть между эстетическими вкусами Фета и литераторов «Современника» была огромна. Например, в стихотворении Фета «Когда мечтательно я предан тишине. » невинная и нежная нота стихотворения была заменена на страстные порывы героини. В финальной части стихотворения строчка «Ты руку подаешь, сказавши: до свиданья!» изменена на «Ты предаешься вся для страстного лобзанья».

В результате сборник вышел устрашающим, удивившим и поклонников Фета, и обычных читателей и исследователей. Как замечают литературоведы, по количеству переделок это издание фетовских стихотворений являет пример едва ли не уникальный в истории русской литературы. Сам же Фет говорил, что «издание из-под редакции Тургенева вышло настолько же очищенным, насколько и изувеченным». В конце концов Фет разорвал свои отношения с «Современником».

История о том, как Фет находил сюжеты для своих стихотворений

Поэт Яков Полонский вспоминал, как однажды он разговаривал с Фетом о поэтическом вдохновении и о том, где же брать сюжеты для лирических текстов: «Юный Фет, бывало, говорит мне: «К чему искать сюжета для стихов; сюжеты эти на каждом шагу, брось на стул женское платье, или погляди на двух ворон, которые уселись на заборе, вот тебе и сюжет». В этом забавном предложении, однако, скрывается настоящее открытие Фета-поэта. Именно он одним из первых в русской поэзии открыл новый способ самовыражения — показывать внутренние переживания через внешнюю атрибутику — и довел этот способ до совершенства (достаточно вспомнить знаменитые «Шепот, робкое дыханье. » или «На заре ты ее не буди. »). Все, что находится вокруг автора, вся лирическая одухотворённая картина, и является самым подлинным выражением чувств. Надо только искренне всё запечатлеть. Фет писал стихотворения до самой смерти в 1892 году, и главная тема поздней лирики Фета — это любовь. Поэт пишет о любви так же тонко и проникновенно, как писал в юности. Порой даже невозможно поверить, что эти строки написал уже стариком:

Качаяся, звезды мигали лучами
На темных зыбях Средиземного моря,
А мы любовались с тобою огнями,
Что мчались под нами, с небесными споря.

История о том, как Фет увлекался мрачной философией

В середине жизни Фет увлекался непопулярной в его время в России философией немецкого мыслителя Артура Шопенгауэра, чьими трудами особенно начнут восхищаться писатели и философы ХХ века. Фета же особенно привлекали идеи Шопенгауэра о том, что разум не является главным способом познания. Есть что-то более высшее. По Шопенгауэру, это так называемая воля, которая проявляется в любой деятельности человека: все явления исходят из нее. Фет также никогда не признавал приоритета рационального начала. Однако для него только сердечным опытом, опытом чувства можно проникнуть в суть вещей. Поэт утверждал, что «Бог сидит в чувстве, и если Его там нет, разум Его не найдет». Прекрасное и Великое, по Фету, можно отыскать только с помощью интуитивного творческого прозрения.

Фет решил первым перевести на русский язык главный труд Шопенгауэра «Мир как воля и представление», и ему прекрасно удалась эта работа. Философия Шопенгауэра довольно мрачна, но именно она заставила Фета перейти от довольно простых по форме и содержанию стихотворений к созданию глубокой философской лирики:

Идем. Надолго ли еще не разлучаться,
Надолго ли дышать отрадою? Как знать!
Пора за будущность заране не пугаться,
Пора о счастии учиться вспоминать.

История о том, как Фет «Фауста» переводил

Фет был талантливым переводчиком. Уже первый лирический сборник Фета «Лирический пантеон» включал не только стихи молодого автора, но и талантливые переводы из Ламартина, Гёте, Шиллера и Горация. Но самым грандиозным переводческим подвигом Фета стал перевод на русский язык бессмертной трагедии Иоганна Гёте. Перевод первой части был начат осенью 1880 года, а закончен уже в январе 1881 года. Перевод второй части вышел в 1883 году. Знатоками перевод Фета назван очень точным, хоть и наименее поэтичным, чем, например, перевод Николая Холодковского. Также Фет снабдил свой перевод подробным комментарием и примечаниями, где делился своими соображениями по поводу трагедии, и писал, что Гёте здесь «выдвигает на авансцену историю развития человеческого духа»: «Ни одно произведение искусства не захватывает такой широкой идеи, как “Фауст”. Если под верностью природе разуметь природу искусства, то на каждом шагу мы будем изумлены той очевидностью, с какой трагедия вводит нас из мира будничных явлений в мир самых волшебно-несбыточных».

История о том, как Фета посчитали атеистом

Долгое время в читательских кругах Фета считали атеистом: слишком много было в его стихотворениях античных образов и чувственных мотивов. В 80-х годах ХХ века на страницах журнала «Вестник русского христианского движения» вспыхнула полемика: каков религиозный характер и направление поэзии Фета. Вопросы веры и религии занимали ум Фета на протяжении всей жизни, однако это был сложный поиск. Фет, получивший традиционное религиозное воспитание, хорошо разбирался в библейских образах. Например, в стихотворении «Когда Божественный бежал людских речей. » представлена евангельская история об искушении сатаной Христа во время его многодневного поста в пустыне. А стихотворение «Чем доле я живу, чем больше пережил. » является прекрасным переложением молитвы «Отче наш». Религиозная тема постоянно возникает в контексте других «вечных» тем в лирике Фета: любви, жизни и смерти, искусства и красоты. У поэта можно найти много стихотворений с христианскими мотивами, и с каждым фетовским сборником религиозная тема по-своему развивается, а в позднем творчестве окрашивается в философские тона. Фет постоянно находился в поиске Божественного, поэтому вопрос о религиозности Фета, скорее, навсегда останется предметом споров. Однако можно сказать наверняка одно: Фет никогда не был равнодушен к религиозным вопросам, размышления о вере волновали его на протяжении всего жизненного и творческого пути, о чем наилучшим образом говорят его религиозных стихотворения. Так, «Когда кичливый ум, измученный борьбою…» — прекрасный пример духовных исканий автора, где он обращается к евангельскому образу блудного сына. Лирический герой Фета сравнивает себя с блудным сыном, осознавшим свою греховную ошибку: «О, как мне хочется склонить тогда колени, / Как сына блудного влечет опять к Отцу! — / Я верю вновь во всё, — и с шепотом моленья / Слеза горячая струится по лицу».

«Когда кичливый ум, измученный борьбою…»

При подготовке статьи использовались материалы из книги Михаила Матвеева «Фет» (серия ЖЗЛ).

Фет «Безглагольный». Учимся интерпретировать поэтический текст

ФЕТ «БЕЗГЛАГОЛЬНЫЙ». УЧИМСЯ ИНТЕРПРЕТИРОВАТЬ ПОЭТИЧЕСКИЙ ТЕКСТ

, муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение «Средняя общеобразовательная школа №22», учитель русского языка и литературы, Череповец Вологодской области

Предмет (направленность): литература.

Место проведения: класс.

Цель урока: развитие читательской культуры и понимания авторской позиции, творческого воображения, образного и аналитического мышления

Задачи урока: 1.Образовательная: узнать особенности поэтики стихотворений Фета (музыкальность и импрессионистичность); пародию Д. Минаева на Фета; «безглагольные» стихотворения Фета; приёмы анализа композиции поэтического текста; понятие импрессионизма в искусстве, имена художников – импрессионистов и их картины; научиться применять приёмы композиционного анализа поэтического текста, интерпретировать поэтический текст.

2. Развивающая: обогащение и усложнение словарного запаса, овладение выразительными свойствами языка; развивать умения анализировать, сравнивать, обобщать.

3.Воспитательная: воспитание эстетического вкуса.

Оборудование: 1.Распечатки стихотворений Д. Минаева, А. Фета, карточка-помощница, схема анализа поэтического текста, «Вверх по лестнице смыслов».

Читать еще:  Прекрасная дама незнакомка кармен это образы поэзии кого

2.Презентация Prezi «Импрессионистичность и музыкальность лирики А. Фета»

http:///_pmipva1au_c/presentation/

Атрибуция текста. Чтение стихотворения. Кто автор? Докажите.

Холод, грязные селенья,

От дворовых нет поклона,

И работника Семена

Плутовство и лень.

На полях чужие гуси,

Посрамленье, гибель Руси.

И разврат, разврат.

Это не Фет, это пародия поэта Дмитрия Минаева на стихи Фета. Какие черты поэтики Фета здесь пародируются?

II. Целеполагание

Мы продолжаем знакомиться с особенностями лирики Фета, продолжаем учиться анализировать и интерпретировать поэтический текст.

III. Введение новых знаний

1.Чтение стихотворения Фета «Как беден наш язык!».

Как беден наш язык! — Хочу и не могу.-
Не передать того ни другу, ни врагу,
Что буйствует в груди прозрачною волною.
Напрасно вечное томление сердец,
И клонит голову маститую мудрец
Пред этой ложью роковою.

Лишь у тебя, поэт, крылатый слова звук
Хватает на лету и закрепляет вдруг
И темный бред души и трав неясный запах;
Так, для безбрежного покинув скудный дол,
Летит за облака Юпитера орел,
Сноп молнии неся мгновенный в верных лапах.

Почему в этом стихотворении две строфы? Какие же две мысли? Эти мысли близки или противопоставлены? (Обычный человек не может высказать свои мысли, лишь поэт способен передать в словах свои и чужие мысли и чувства.) Вам близка такая позиция?

2.Импрессионистичность лирики http:///_pmipva1au_c/presentation/

Прочитайте стихотворения Фета. Что объединяет эти тексты? Обратите внимание на части речи.

1.Чудная картина,
Как ты мне родна:
Белая равнина,
Полная луна,

Свет небес высоких,
И блестящий снег,
И саней далеких
Одинокий бег.

2.Это утро, радость эта,
Эта мощь и дня и света,
Этот синий свод,
Этот крик и вереницы,
Эти стаи, эти птицы,
Этот говор вод,

Эти ивы и березы,
Эти капли — эти слезы,
Этот пух — не лист,
Эти горы, эти долы,
Эти мошки, эти пчелы,
Этот зык и свист,

Эти зори без затменья,
Этот вздох ночной селенья,
Эта ночь без сна,
Эта мгла и жар постели,
Эта дробь и эти трели,
Это всё — весна.

Эти стихи Фета безглагольные. Почему поэт избегает глаголов? (Не нужны действия, просто отдельные мгновения жизни, впечатления поэта.)

http:///_pmipva1au_c/presentation/

В Европе в это же время появляются художники, которых все отвергают: у них непонятные картины. Позднее живописцы с такой же манерой появятся и в России. Эдуард Мане, Огюст Ренуар, Эдгар Дега, Клод Моне, Камилл Писсарро, Фредерик Базиль, Константин Коровин, Валентин Серов, Игорь Грабарь. Импрессионизм (фр.- впечатление) – направление в искусстве конца 19 в. – начала 20 в. Фрагментарность композиции, мгновения жизни, впечатления художника от реальности (а не реальность), воздушность, размытость, свежесть. Раздельные мазки, наложенные на холст.

Вывод. Фет стремится зафиксировать в стихах впечатления от мига жизни (не реальность), создаёт импрессионистический образ природы в лирике.

http:///_pmipva1au_c/presentation/

Прослушивание романса Н. Ширяева «Сияла ночь» на стихи Фета.

Сияла ночь. Луной был полон сад. Лежали

Лучи у наших ног в гостиной без огней.

Рояль был весь раскрыт, и струны в нем дрожали,

Как и сердца у нас за песнею твоей.

Ты пела до зари, в слезах изнемогая,

Что ты одна — любовь, что нет любви иной,

И так хотелось жить, чтоб, звука не роняя,

Тебя любить, обнять и плакать над тобой.

И много лет прошло, томительных и скучных,

И вот в тиши ночной твой голос слышу вновь,

И веет, как тогда, во вздохах этих звучных,

Что ты одна — вся жизнь, что ты одна — любовь,

Что нет обид судьбы и сердца жгучей муки,

А жизни нет конца, и цели нет иной,

Как только веровать в рыдающие звуки,

Тебя любить, обнять и плакать над тобой!

Средства, создающие музыкальность стихотворений Фета:

— фонетические средства — звукопись (аллитерация, ассонанс),

— синтаксические средства (параллелизм, анафора, повтор союзов, однородные члены). Найдите подобные средства в этом стихотворении.

Вывод. Стихи Фета музыкальны и мелодичны.

IV.Формирование умений анализа и интерпретации поэтического текста

Шёпот, робкое дыханье,

Серебро и колыханье

Свет ночной, ночные тени,

Ряд волшебных изменений

В дымных тучках пурпур розы,

И лобзания, и слёзы;

И заря, заря! 1850

Что в тексте показалось необычным? Что непонятно? Что увидели? Что услышали?

Что почувствовали? Что необычно с точки зрения синтаксиса?

Стихотворение состоит из одного восклицательного предложения.

Что необычно с точки зрения морфологии?

В тексте нет глаголов, в основном имена существительные и прилагательные.

2. Языковая композиция текста.

Какие имена существительные указывают на природу?

Какие имена существительные указывают на состояние человека?

Построим два словесных тематических ряда: природа и человек.

«Природа» — трели соловья, серебро и колыханье сонного ручья, свет ночной, ночные тени, в дымных тучках пурпур розы, отблеск янтаря, заря.

«Человек» — шёпот, робкое дыханье, ряд волшебных изменений милого лица, лобзанье, слёзы.

Вывод. В основе композиции лежит приём психологического параллелизма: сопоставляется мир природы и мир человека.

3. Композиционный анализ.

Какова микротема? Свидание влюблённых вечером у ручья.

Какие краски? Почему? Неяркие краски.

Какие звуки? Почему? Шёпот, колыханье.

Какова роль средств художественной выразительности? Эпитет «робкое», «сонный», метафора «серебро».

О чём идёт речь? Ночь, которую проводят влюблённые.

Какие звуки? Тишина.

Какие краски? Почему? Нет цветовых определений.

Какова роль эпитетов?

Какова микротема? Утро, расставание влюблённых.

Какие краски? Почему? Яркие тона.

Какие звуки? Почему? Слёзы, поцелуи.

Какова роль средств художественной выразительности?

Вывод. Фет использует приём цветового и звукового контраста. В первой строфе приглушённые, неяркие краски, в последней – яркие тона. Так показано течение времени – от вечера через ночь к заре. Природа и чувства человека меняются параллельно: вечер и робкая встреча, заря и бурное прощание. Через звуки показана смена настроения героев: от шёпота и сонного колыханья через абсолютную тишину к лобзаниям и слезам.

4.Время и действие.

В стихотворении глаголов нет, а действие есть. Как автор этого добивается?

В большинстве имён существительных заключено движение – трели, колыханье.

Какова временная характеристика? Вечер, ночь, утро.

5. Ритмический рисунок стихотворения.

Работа в парах или группах.

Метр – хорей. Размер — разностопный с пиррихиями. Константа на 5 и 7 слогах. Клаузула мужская и женская. Цезуры нет. Чередуются короткие и длинные строки. Анакруза переменная. Рифма в стихе конечная, чередуются мужская и женская, точная и неточная, богатая, открытая и закрытая. Рифмовка в строфе перекрёстная.

Вывод. Ритмический рисунок создаётся разностопным хореем с пиррихиями. Константа, чередующаяся на 5 и 7 слогах, придаёт ритму стройность. Чередование длинных и коротких строк, женских и мужских клаузул даёт сочетание мягкого и твёрдого ритменного начала. В финале строфы твёрдое мужское окончание, последняя строчка короткая.

6. Особенности композиции стихотворения.

В тексте три строфы по 4 стиха. Композиция строфы: в первой строфе 1 стих – человек, 2,3,4 стихи – природа; во второй строфе 1,2 стихи – природа, 3,4 стихи – человек; в третьей строфе 1,2,4 стихи – природа, 3 стих – человек. Эти линии переплетаются, чередуются.

Вывод. Композиция стихотворения построена на параллельном сопоставлении двух словесных рядов – человеческом и природном. Фет не анализирует свои ощущения, он просто их фиксирует, передаёт свои впечатления. Его поэзия импрессионистична: мимолётность впечатлений, фрагментарность композиции, богатство красок, эмоциональность и субъективность.

V.Рефлексия

Что узнали на уроке? Чему научились? В чём польза урока?

Примерная схема анализа поэтического текста

1.Ритмический рисунок (организация)

Метр (ямб, хорей, дактиль, амфибрахий, анапест). Размер (количество стоп в строчках). Константа (последнее сильное место в строке). Клаузула (окончание). Длина строчек. Анакруза (начальное слабое место в строке). Цезура (словораздел внутри строки). Рифма в стихе. Рифмовка в строфе.

2.Композиция поэтического текста

Строфы и стихи. Микротема каждой части. Языковая композиция: ключевые слова, словесные тематические ряды. Композиционные приёмы: повтор, усиление, противопоставление, монтаж. Сильные позиции текста: название, эпиграф, первое и последнее предложения, рифмы, повторы.

3. Художественные образы и мотивы

4.Художественное время и пространство

5. Языковые уровни текста

а) Фонетический уровень. Звукопись. Аллитерация на …(согласные). Ассонанс на …(гласные).

б) Морфемный уровень. Роль морфем.

в) Лексический уровень. Слова книжные, разговорные, нейтральные. Синонимы, антонимы. Эмоциональная окраска. Цветопись.

г) Морфологический уровень. Преобладающие части речи (предметность, описательность, действительность).

д) Синтаксический уровень. Синтаксические конструкции. Необычный порядок слов. Роль знаков препинания. Фигуры.

6. Языковые средства художественной изобразительности

7. Тема и идея текста

ЛИТЕРАТУРА И ССЫЛКИ

1. Ясинская Prezi «Импрессионистичность и музыкальность лирики А. Фета». — http:///_pmipva1au_c/presentation/

2. О поэтах и поэзии. – СПб, 1996.

3. В школе поэтического слова. – М.,1988.

4. азговор о стихах. – М.,1970.

5. атерия стиха. – СПб, 1998.

6. лирике. – М.,1997.

7. сновы стиховедения. – М., 2002.

8. русской поэзии. – СПб, 2001.

9. стория русской поэзии. – М.,1994.

10. ир Фета: мгновения и вечность. – Звезда, 1995, №11.

11. еншин и Фет: жизнь и стихи. – Нева, 1995, №11.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector