0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

История и поэзия кто кого

История и поэзия кто кого

  • ЖАНРЫ 360
  • АВТОРЫ 277 840
  • КНИГИ 655 858
  • СЕРИИ 25 107
  • ПОЛЬЗОВАТЕЛИ 612 639

Игорь Николаевич Сухих родился в 1952 году, критик, литературовед, доктор филологических наук, профессор СПбГУ. Автор книг «Проблемы поэтики Чехова» (1987; 2-е изд. 2007), «Сергей Довлатов: время, место, судьба» (1996; 3-е изд. – 2010), «Книги XX века: Русский канон» (2001), «Двадцать книг XX века» (2004), «Чехов в жизни: сюжеты для небольшого романа» (2010), а также школьных учебников «Литература XIX век» (2008, 5-е изд. – 2011) и «Литература XX век.(2009, 4-е изд. – 2011). Лауреат премии журнала «Звезда» (1998) и Гоголевской премии (2005). Живет в Санкт Петербурге.

Игорь Николаевич Сухих

История: от призвания до восстания

Река времен: кто произвел великое государство?

Русское русло: Рюриковичи

Русское русло: Романовы

История и поэзия: кто – кого?

История и культура: эпохи и направления

Вечные образы: словарь культуры

Герои: типы и сверхтипы

Царь Эдип: трагедия незнания

Комедия Данте: смелость изобретения

Гамлет и Дон Кихот: мысль и действие

Многоликий Дон Жуан: парадоксы любви

Доктор Фауст: драма познания

…И другие: вечные спутники

Литература: путь к Золотому веку

Древняя Русь: парадоксы историзма

Век просвещения: в погоне за Европой

Золотой век: концы и начала

«Слово о полку Игореве»

Книга-феникс: сгоревшая и воскресшая

Летописная история: горькое поражение и странный плен

Автор: искусство видеть мир

Князь Игорь: героизм и трагедия

Денис Иванович Фонвизин (1745-1792)

Годы: друг свободы

Тексты: сатиры смелый властелин

Умри, Денис: странная комедия

Старинные люди: плоды злонравия

Другой век: утопия просвещения

Гавриил Романович Державин (1743-1816)

Годы: от солдата до министра

Оды: истина царям и щука с голубым пером

Николай Михайлович Карамзин (1766-1826)

Годы: от русского путешественника до «графа истории»

Бедная Лиза»: грани чувствительности

Василий Андреевич Жуковский (1783-1852)

Годы: от незаконного наследника до воспитателя наследника

Стихи: поэзия чувства и сердечного воображения

Александр Сергеевич Грибоедов 1795 (1790)-1829

«Горе» мое: жизнь поэта

Горе уму: смерть Вазир-Мухтара

Горе от ума (1823-1824)

Дом как мир: грибоедовская Москва

Карикатуры и портреты: 25 глупцов?

Русский странник: ум с сердцем не в ладу

Сценическая поэма: вошло в пословицу

Странная комедия: странствия во времени

Александр Сергеевич Пушкин (1799-1837)

Лицей как дом: «…Нам целый мир чужбина…»

Счастье странствий: Крым, Молдавия, Одесса

Дом как чужбина: Михайловское и две столицы

Болдинская осень: ай да Пушкин…

Последний Петербург: я числюсь по России

«Цыганы»: парадокс о воле

Любовь и дружество: два дивных чувства

Мудрость Пушкина: печаль моя светла

Евгений Онегин (1824 – 1831)

Большое стихотворение: 7 лет 4 месяца 17 дней

Роман в стихах: дьявольская разница

Роман героев: парадоксы любви

Роман автора: энциклопедия души

Роман романов: энциклопедия русской литературы

Читать еще:  Как в поэзии 19 века изображается природа

Михаил Юрьевич Лермонтов (1814-1841)

Строптивый корнет: пока не требует поэта

Великий поэт: подтвердив своей судьбою строчку

Художественный мир лирики Лермонтова

Тяжба с миром: любовь и ненависть

Поиски выхода: земля и небо

Герой нашего времени (1839-1840)

Спиральная композиция: герой в зеркалах

Странный человек: грани скуки

Внутренний человек: парадоксы психологизма

Герой и автор: несходство и родство

Вечный образ: лишний человек или русский Гамлет?

Гоголек: веселый меланхолик

Новый Гоголь: непонятый пророк

Мертвые души (1842)

Поэма: Гомер, Данте, Сервантес и Чичиков

Первая страница: образ целого

Герой: подлец-приобретатель или воскресшая душа?

Портреты: смех и страх

Автор: лирик и пророк

Стиль: слова и краски

Эпилог как пролог: веселые ребяти

Игорь Николаевич Сухих

Классное чтение: от горухщи до Гоголя

В последние годы я занимался большой работой (итоговый ее объем – 110 авторских листов), результаты которой оказались продуктом двойного назначения.

«Совершенно уникальный случай за все почти 75 лет (включая и школьные годы, и обучение в пединституте, и годы учительства, что я связан со школой) – учебники Игоря Сухих: один автор создал систему учебников для 10-х и 11-х классов» (Лев Айзерман. «В поисках альтернативы. На педагогическом базаре в Год учителя»). Эти учебники отрецензированы, согласованы, утверждены и могут сегодня использоваться в любой российской школе.

Но пока тянулся долгий мучительный марафон, фрагменты учебников в течение нескольких лет – по собственной инициативе – печатал журнал «Звезда». Это тоже, кажется, уникальный случай: публикация учебных книг на страницах литературного журнала. Отзывы на них появлялись не только в специальной прессе, но и в «Известиях» (старых), «Литературной газете», журнале «Что читать». Оказалось, учебники можно просто читать – не «изучая», а вспоминая; не для оценки, а для удовольствия.

В «Неве» будут публиковаться главы из первой части сложившейся школьной трилогии. Программа девятого класса – шедевры русской классики от «Слова о полку Игореве» до «Мертвых душ». Однако, как и раньше, они помещены в расширяющийся, позволяющий лучше понять эти произведения контекст: мир писателя – биография – история литературы – общая история.

Название нашей рубрики можно произнести с разными интонациями: нейтрально, прагматически (то, что изучается в школьном классе) и эмоционально, идеалистически – как реплику неизвестного адресата: «Классное чтение!»

История: от призвания до восстания

Река времен: кто произвел великое государство?

«Надобно твердо держаться вот какого положения: время не поддается такому расследованию, как все остальные свойства предметов…» Этим словам древнегреческого философа Эпикура более двух тысяч лет.

Однако время – настолько непонятный, загадочный, волнующий всех предмет, что попытки не только «расследовать» его, но и найти наглядное, поэтическое определение бесконечны. В конце XVIII века немецкий ученый Ф. Страсс придумал оригинальную карту-картину «Река времен». Откуда-то сверху, из облака, с божественных высот изливаются водные струи, разделяющиеся на отдельные рукава-русла. Эти символические реки, как и реальные, сливаются, расходятся, исчезают. Каждый рукав – история какого-то государства – членится на столетия и заполняется датами царствований и важнейших событий.

Читать еще:  Как поэзия символистов связана с романтизмом

Русский вариант этой карты (1805) висел на стене кабинета Г. Р. Державина. Крайняя справа почти прямая «река» имела заглавие «Изобретения, открытия, успехи просвещения. Славные мужи». Она объединяла научные и культурные достижения разных народов. Среди славных мужей последнего ко времени публикации карты века – Ньютона, Вольтера, Ломоносова – был, упомянут и Державин. Глядя на «Реку времен» и на свое имя в ее потоке, поэт сочинил свое последнее стихотворение.

Метафора время-вода– одна из самых распространенных в литературе.

О. Мандельштам назвал свою книгу «Шум времени» (1928). В ней поэт призывал «следить за веком, за шумом и прорастанием времени», прислушиваться «к нарастающему шуму века». Время и здесь косвенно сравнивается с водой: Мандельштаму представляется ров, провал, заполненный шумящим временем.

В пушкинской трагедии «Борис Годунов» этот образ обнаруживает иную грань. В монологе летописца Пимена река превращается в сказочное море-окиян:

Краткая история русской поэзии

Русская поэзия пережила три поэтических подъема, три волны.

Первой волной русской поэзии была поэзия «золотого века», поэзия Пушкина и Лермонтова, поэзия декабристов. Завершился первый поэтический подъем печально — сначала восстание декабристов было разгромлено в 1825 году, затем Пушкин — которого многие посчитали предателем — были убит, потом был убит и Лермонтов, ставший известным сразу после смерти Пушкина. Также в 1829 году был убит и Грибоедов.

Фактически, к 1841 году вся русская поэзия была разгромлена. На сцене остались только совершенно плюшевые Тютчев и Фет, писавшие исключительно на разрешенные темы, и пародийный Козьма Прутков, да бастард Аполлон Григорьев.

С их кончиной русская поэзия умерла вообще. Литературные журналы заполонила проза гоголевской школы — Гончаров, Тургенев, Толстой, Достоевский.

Вторая волна русской поэзии была еврейской поэзией на русском языке. Причем вначале русско-еврейская поэзия шла в одном русле, а затем разделилась на чисто еврейскую и чисто русскую. Источником еврейской поэзии на русском языке была в первую очередь европейская поэзия — французская, немецкая, итальянская, английская. Но также не следует сбрасывать со счетов еврейскую религиозную литературу.

Первым еврейским поэтом на русском языке был Семен Надсон, проживший всего 24 года. Надсон был певцом революции и социализма, как и положено еврею, но стихи его были плохи. После кончины Надсона появился Александр Блок, проживший 41 год. Блок был выдающимся поэтом, пожалуй, его творчество является вершиной еврейской поэзии на русском языке.

Русские и татарские поэты на русском языке, творившие одновременно с Надсоном и Блоком, не шли с ними по глубине мысли и творческому размаху ни в какое сравнение.

Читать еще:  Персидская поэзия как ключ к культуре ирана

Валерий Брюсов, Гиппиус с Мережковским, Николай Гумилев с Ахматовой — поэты на порядок более примитивные, в сравнении с Блоком.

Этот период еврейского господства в русском языке называется «серебряным веком русской поэзии». Хотя собственно, «серебряный век русской поэзии» закончился после революции 1917 года, некоторые литературоведы продлевают его и на советский период.

В советский период большинство поэтов — как еврейских на русском языке, так и русских, включая татарских — было уничтожено. Блок и Брюсов сами умерли после революции. Николая Гумилева расстреляли. Затем «покончили с собой» «имажинист» Есенин и «футурист» Маяковский. В 1937 году умер еще один еврейский поэт на русском языке — Осип Мандельштам, а также были расстреляны Введенский и Хармс (Ювачев). В 1945 году погиб Дмитрий Кедрин, который по всей видимости, также был евреем. Этой смертью закончился «серебряный век».

После второй мировой войны и Холокоста русская и еврейская поэзия на русском языке разделились. Борис Пастернак и Самуил Маршак творили в пространстве, отделенном от русской действительности. Однако полученная в 1958 году Пастернаком Нобелевская премия по литературе снова активизировали еврейское творчество на русском языке, и появился еще один еврейский эпигон европейского творчества на русском языке — Иосиф Бродский. Помимо русского Бродский писал также на английском. Он также получил Нобелевскую премию по литературе в 1987 году. Бродский и Евтушенко — это видимо, низшая точка падения русской поэзии и вообще русского языка.

Третья волна подъема русской поэзии началась в 1987 году с появления первого крупного поэта-восточного азиата на русском языке, явившегося из мира песенной рок-музыки — Виктора Цоя. После появления Цоя русский рок занял место русской поэзии. Другой восточноазиатский поэт-песенник на русском языке — Юлий Ким — это место не занял, и так называемая бардовская песня фактически умерла.

При этом и русский рок, и русская бардовская песня были не просто русскими, а русско-еврейскими. В бардовской песне ведущую роль играл Владимир Высоцкий, а в русском роке — Макаревич и Майк Науменко. Высоцкий был по всей видимости, последним настоящим еврейским поэтом на русском языке, он умер в 1980 году. Продолжателем Высоцкого стал чеченский бард и террорист Тимур Муцураев.

Несмотря на смерть Цоя в 1990 году в возрасте 28 лет, а также смертей других деятелей русского рока — Башлачева, того же Майка Науменко, и других — подъем русской поэзии продолжился в интернете. Фактически, эта третья волна расцвета русской поэзии, ее «бронзовый век».

Как в период второго подъема русской поэзии ведущую и определяющую роль в ней играли поэты еврейского происхождения, в период третьего подъема русской поэзии ведущую роль в ней играют поэты восточноазиатского происхождения. Наряду с поэтами русскими, и еврейскими на русском языке.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector