0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Любовь так же как и поэзия относится по фету

Чубукова Е.В, Мокина Н.В.: Русская поэзия XIX века
Афанасий Афанасьевич Фет.
Любовь в лирике Фета

Любовь в лирике Фета

Особое место в фетовской лирике занимает тема любви. «Любовь фетовской лирики, – писал Д. Д. Благой, – отнюдь не некое восхищенно-мечтательное, бесплотное, а самое что ни на есть естественное, порожденное природой для продолжения на земле чувство, именно в этой своей сущности бесконечно прекрасное – одно из высших проявлений «музыки» мира, подобно красоте, разлитой во вселенной».

Но следует отметить и другую особенность любовной лирики Фета: поэт поразительно сильно сумел передать мысль о преображении человека чувством любви: обретении им способности под влиянием переживаемого чувства открыть душу мира, его тайную прекрасную жизнь:

Я видел твой млечный, младенческий волос,
Я слышал твой сладко вздыхающий голос –
И первой зари я почувствовал пыл;
Налету весенних порывов подвластный,
Дохнул я струею и чистой и страстной
У пленного ангела с веющих крыл.

Я понял те слезы, я понял те муки,
Где слово немеет, где царствуют звуки,
Где слышишь не песню, а душу певца,
Где дух покидает ненужное тело,
Где внемлешь, что радость не знает предела,
Где веришь, что счастью не будет конца.

Созерцание возлюбленной, внимание ее голосу позволяет герою понять и красоту мира и придают ему поразительную мощь, способность к полету и обретению тайны мироздания – счастья и радости, скрытых в слезах и муках. Но любящему герою не только открывается красота и тайна мироздания. Любовь делает его всемогущим, помогая преобразить сам мир, передать ему частицу собственного огня – своей души, одухотворить – зажечь его своим чувством, внести тепло и свет в холодную мглу:

Теснее и ближе сюда!
Раскрой ненаглядное око!
– в сердце с румянцем стыда,
Я – луч твой, летящий далеко.

На горы во мраке ночном,
На серую тучку заката,
Как кистью, я этим лучом
Наброшу румянца и злата.

Напрасно холодная мгла,
Чернея, все виснет над нами:
Пускай и безбрежность сама
От нас загорится огнями.

Пожалуй, впервые в русской поэзии чувство любви осознается как сила, меняющая человеческую природу, рождающая у человека способность к взлету – подобно птице или ангелу – над земным бытием. Столь характерный для последующего поэтического поколения – русских символистов мотив полета влюбленных источником имеет, конечно же, поэтически дерзкий образ А. Фета:

Люби меня! Как только твой покорный
Я встречу взор,
У ног твоих раскину я узорный
Живой ковер.

Окрылены неведомым стремленьем,
Над всем земным, –
В каком огне, с каким самозабвеньем
Мы полетим!

И, просияв в лазури сновиденья,
Предстанешь ты
Царить навек в дыханьи песнопенья
И красоты.

дал сам Фет. В одном из писем Я. П. Полонскому он утверждал: «Ты совершенно прав, полагая, что человек, не переживший лично всего любовного томления во всевозможных его оттенках, не способен писать о нем; но человек, бесповоротно теряющий пережитые душевные моменты, не может называться поэтом».

Пытаясь определить своеобразие звучания темы любви у Фета, исследователи отмечают неизменное соединение в переживаниях героя двух взаимоисключающих чувств – радости и страдания, усматривая в фетовской поэзии источник известного блоковского утверждения «Радость – Страданье – одно». Любовь, даже любовь счастливая, у Фета всегда вызывает не только свет, но и боль. Неразделимость этих двух чувств во многом и определяет переживания фетовского героя. Так, вспоминая о счастливом событии юности, герой говорит о горечи счастья («Глядя в огонь, я забывался, / Волшебный круг меня томил, / И чем-то горьким отзывался / Избыток счастия и сил»). Высшее переживание любви определяется героем с помощью оксюморона «страданье блаженства» («В страданьи блаженства стою пред тобою»).

Можно отметить еще одну особенность поэзии Фета, оказавшуюся столь необычной на фоне современной ему лирики и столь значимой для следующего поэтического поколения: героиня его стихов предстает не только идеальным воплощением земной женщины, но и богиней или небесным светилом. При этом идеальное явление обретает трепет и чувства человека, а в человеческом переживании соединяется земное чувство любви с преклонением и благоговением:

Упреком, жалостью внушенным,
Не растравляй души больной;
Позволь коленопреклоненным
Мне оставаться пред тобой!

Горя над суетной землею,
Ты милосердно разреши
Мне упиваться чистотою
И красотой твоей души,

Глядеть, каким прозрачным светом
Окружена ты на земле,
Как Божий мир на свете этом
В голубоватой тонет мгле.

О, я блажен среди страданий!
Как рад, себя и мир забыв,
Я подступающих рыданий
Горячий сдерживать прилив!

То же соединение земного и небесного в образе героини можно увидеть в стихотворении «Ты вся в огнях, – твоих зарниц»

И я сверканием украшен.
Под сенью ласковых ресниц
Огонь небесный мне не страшен,

Но я боюсь таких высот,

Как сохранить мне образ тот,
Что придан мне душой твоею?

Такие стихотворения позволили позднее Блоку говорить о том, что идея Вечной Женственности была прочно установлена еще Фетом. Можно сказать, что поэтический образ любви в лирике Фета поразительно совпадает с концепцией любви, утверждаемой в работах младшего фетовского современника, философа Вл. Соловьева. По мнению философа, есть два рода любви: к высшему существу – богине и к человеку. «Любовью восходящей» «мы любим высшее по отношению к нам существо, получая от него богатство, которым он обладает и которого мы не можем достичь своими собственными силами». «Любовью нисходящей» «мы любим низшее по сравнению с нами существо, которому мы даем имеющееся у нас духовное богатство, получив его от нашего высшего возлюбленного». И только соединение двух этих переживаний и составляет, по Вл. Соловьеву, любовь совершенную.

С поразительной силой любовь восходящая и нисходящая, земная и небесная соединяются в переживаниях героя в стихотворении «С какой я негою желанья», 1863. Здесь высокая любовь к звезде позволяет герою осознать свою любовь к земной подруге, предназначенность ее ему:

С какой я негою желанья
Одной звезды искал в ночи!
Как я любил ее мерцанье,

Любовь, участие, забота
Моим очам дрожали в ней
В степи, с речного поворота,
С ночного зеркала морей.

Не шлет мне луч ее нигде,

В твоем саду, в твоем пруде.

Любовь к земной женщине и любовь к богине не противопоставлены в лирике Фета. Пожалуй, можно сказать, что и «она» – богиня, и «она» – земная женщина в чем-то близки для лирического «я». Близкими, похожими их делает свет, излучаемый и юной возлюбленной, и небесным светилом («Если зимнее небо звездами горит. », «Ах, дитя, к тебе привязан. »).

Тема любви в лирике Фета (в творчестве) сочинение

Любовь – это чувство, которое является вдохновляющим для любого поэта. Переживания, эмоции, разочарование, разлука – это струны, используемые поэтом в творчестве.

Поэзия любви А.А.Фета – это не только его талант, как поэта, это еще и личная драма, оставившая печальный след в его сердце. Стихи о любви у Фета большей частью автобиографичные. В молодости поэт был страстно влюблен в Марию Лазич . Поэт был женат, поэтому Мария всегда знала, что он не может связать себя узами брака с ней, однако чувства были настолько высокими, что это казалось неважным. Мария погибает. Вину за ее смерть Фет будет чувствовать всю жизнь.

В быту А.Фет был прагматичным, холодным, расчетливым человеком. В стихах – тонкий лирик, живущий в параллельном мире. Фет все время хочет объединиться с любимой(«Alter ego»). Мария умерла, но Фет ежеминутно чувствует ее присутствие.

Поэма «Сон» — еще одно подтверждение неразрывной связи поэта с любимой. Поручик Лосев в поэме — это сам Фет. Сомнения и терзания поручика — это переживания поэта. Колебания поручика – это из биографии поэта. Образ любимой Фета виден в каждой строчке поэта.

Лирика Фета наполнена любовью и страстью, трагедией и терзаниями. Яркий пример двойственности чувств поэта стихотворение «На заре ты ее не буди. ». Если вначале произведения чувствуется безмятежность, то постепенно напряжение нарастает, а в конце звучит крик души.

Страстные поэтические порывы у Фета в стихах «Сияла ночь, луной был полон сад. », «Когда читала ты мучительные строки. ».

Печальный опыт любви поэта в молодости не опустошил его. Современники удивлялись, как ему удается писать о любви с такой страстностью и в преклонном возрасте. Фет отвечал, что у него очень хорошая память на чувства. Ярким подтверждением этому является стихотворение «На качелях». Фет описал девушку и свои чувства через 40 лет.

В своей поэзии Фет, кроме душевных переживаний, очень точно передает звуки природы. Он мастерски вплетает их в общий текст. Критики, рассматривая поэзию Фета, иногда сравнивают его с художником, который знает, где краски сгустить, а где наоборот, заретушировать. На стихи поэта написано очень много романсов: «На заре ты ее не буди. », «Осень», «Я тебе ничего не скажу. » и другие. П.Чайковский высоко оценил музыкальность стихов Фета.

Творчество Фета ценно лиричностью и душевностью. Его стихи легко заучиваются и в памяти остаются надолго.

Любовная лирика Фета 10 класс

А. А. Фет – один из самых тонких лириков в мировой литературе. Одной из главных тем в его творчестве является тема любви. Поэт подобрал самые верные слова, чтобы передать волнующие мгновения и трепет, возникающие в душе возлюбленного, и облачить их в поэтическую форму с особым ритмом и неподражаемыми рифмами. Стихотворения классика о любви поражают драматизмом и надолго остаются в сердце. В лирике ему удалось изобразить сиюминутные, едва уловимые порывы души и человеческие состояния. Отсюда романтичность и «воздушность» стихов А. А. Фета

Чувство любви у Фета противоречиво. С одной стороны, любовь – великое счастье и радость, дарованные свыше, вдохновение женской красотой, восторг и упоение. С другой, – тяжелые страдания, обусловленные драматическими событиями. Две стороны любовного чувства причудливо переплетены. Поэтому неслучайно появление в лирике поэта таких же противоречивых образов – символов: блаженство страдания, сладость тайных мук, безумная мечта.

Центральное место в любовной лирике А. А. Фета отведено циклу стихов, посвященных дочери сербского помещика Марии Лазич. Поэт любил талантливую девушку. По воле обстоятельств, они не могли быть вместе. Мария умерла при невыясненных обстоятельствах. Всю жизнь лирик горько страдал и винил себя за то, что не сумел сберечь любимую, называл себя «несчастным палачом». Глубокие переживания лежат в основе замечательных стихов: «Неотразимый образ», «Ты отстрадала, я еще страдаю», «Старые письма». Чувство поэта постоянно, как постоянны его боль и скорбь. «До старости глубокой я тот же преданный, я раб твоей любви…». В стихах А. А. Фета нет конкретного портрета любимой, читателю внушается ее исключительность. Происходит обобщение и идеализация ее образа.

Лирический герой верит в вечную любовь: «…нас нельзя разлучить!». В лирике А. А. Фета звучит мотив вынужденного расставания и вера в неизбежность воссоединения с возлюбленной. В своих лирических произведениях автор горячо клянется пронести светлое чувство через всю жизнь». Боль от потери любимой сильна. Нет слов, которые смогли бы передать все горе, охватившее поэта. Но, признавая неограниченную власть любви, он пишет, что « слова любви» бессмертны. Чувство духовного родства героев – одно из сильных чувств, существующих между влюбленными.

Одним из ярких стихотворений, написанных о любви, считается «Шепот, робкое дыханье…». В этой лирической миниатюре речь идет о любовном свидании на природе. Это первое произведение в нашей литературе, написанное одними назывными предложениями. Ни одного глагола – выразителя действия поэт не употребил, создавая свой шедевр, но создал динамичный сюжет, в основе которого — изменения «милого лица» на фоне ночи, переходящей в рассвет.

Читать еще:  Каковы темы ранней поэзии вознесенского

В лирике А. А. Фета сквозит надежда на встречу с любимой, отражены глубокие чувства. Этой встрече ничто не может помешать: любовь вечна. Существует лишь она. Апофеозом любовной лирики А. А. Фета можно считать слова, прозвучавшие в одном из его стихотворений: «Как будто вне любви есть в мире что-нибудь!»

Вариант 3

Тема любви играет большую роль в творчестве Фета. Любовь – это маленький лирический мир поэта.

Вдохновение для написания стихотворений о любви для поэта стали его чувства к Марии Лазич. Их любовь была очень большой и искренней, но, к сожалению, закончилась она очень печально. Девушка знала, что Фет никогда не предложит ей замужество. Ее смерть была загадочна и трагична, многие полагали, что это было самоубийство. Поэтому чувство вины преследовало поэта всю его дальнейшую жизнь. Как отмечали современники, что Фет был весьма сдержанным, холодным и несколько жестким человеком. Все переживания от потери любимой поэт смог вылить именно в своих стихотворениях. Его лирика о любви – это небольшой мир, в котором он мог побыть наедине с любимой женщиной, живущей в его сердце.

Образ Марии Лазич стал для Фета нравственным идеалом. Его лирика наполнена не только чувством нежности и любви, но и глубокой печалью и трагизмом. Воспоминая ложатся в основу его стихотворений, мечты и надежды на воссоединение с любимой – это то, что проходит красной нитью через все его творчество.

«Старые письма» — это одно из стихотворений, которое поэт посвятил Марии Лазич. В первой строфе читатель узнает, что лирическое произведение отображает чувства давно угасшие, но воспоминания о которых продолжают воскрешать в памяти героя «всё, что давно-давно, утрачено душой». Вторая, третья и четвертая строфы говорят о прошлом. Оказывается, что роман прошлых лет закончился трагично по вине самого героя. Девушка любила, в ней жила надежда на ответную любовь и на счастье. Но ее мечтам не суждено было сбыться. Как говорит сам лирический герой:

Я дерзко оттолкнул писавшую вас руку,
Я осудил себя на вечную разлуку.

В пятом четверостишие чувствуется боль и горечь от того, что нельзя ничего изменить. Письма напоминают былую любовь, воскрешают ее в памяти. Но они не дают герою второго шанса на счастье, Они лишь обрекают его на тяжкие муки совести. Мотив стихотворения возник не случайно. Мария Лазич погибла в страшных муках при пожаре. И единственное что она успела крикнуть, это были слова : «Берегите письма!». Те письма, которые ей писал Фет.

Еще одно стихотворение, посвященное Лазич – «В благословенный день, когда стремлюсь душою..». В нем лирический герой обращается к любимой, веря, что когда закончится «земное бытие» его ангел отзовется «на имя нежное» возлюбленной. Та же самая тема, как в стихотворении «Старые письма», проходит и через это лирическое произведение. Горечь утраты и надежа на воссоединение в другом мире то, что их объединяет.

Таким образом, любовная лирика Фета – это своеобразный мир, посвященный образу любимой женщины. Мир, наполненный душевными исканиями своего идеала, верой на встречу с ним.

Сочинение Тема любви в творчестве Фета

В лирическом творчестве Афанасия Афанасьевича Фета не на последнем месте стоит тема любви. Особый талант и великий дар поэта объясняют то, что стихи о любви он создал прекрасные, пронеся их сквозь поколения и вручив нам в руки. Стихотворения Фета находят своё отражение и в жизни великого поэта, ведь вдохновением для него всегда было высокое чувство к дочери помещика, девушке необычайной красоты, Марии Лазич. Но единение их душ, хотя и было вызвано поистине прекрасным чувством — величайшие вещи всегда заканчиваются величайшими трагедиями. Не суждено им было обвенчаться, и гибель Марии остаётся темной и загадочной, поговаривают, что имело место самоубийство. Для новых поколений это — тайна за семью печатями, но известно, что А. А. Фета долго терзало едкое чувство собственной вины, наступая на пятки в течение всей жизни.

Вполне возможно, что именно такие глубокие переживания о смерти возлюбленной и стали толчком к созданию нового мира — мира лирических переживаний, трепетных чувств, навсегда запертых в стихотворениях. Именно в последних поэт чувствовал себя не одиноким, будто Мария жива, всё ещё находится рядом с ним и никакие беды не посмеют их души разъединить.

Духовная близость с любимой женщиной ни на миг не покидала Фета, об этом кричит буквально каждое написанное стихотворение:

«Ты отстрадала, я еще страдаю.
В тиши и мраке таинственной ночи. »

Поэт всегда говорил о себе, не тая, что жизнь на этой земле поможет вынести лишь одно: бессмертный образ любимой, живущий в его сердце и периодически находящий выход в стихотворения.

«И подушка ее горяча,
И горяч утомительный сон».

Эти философские строчки — своеобразный указатель и доносит до нас, что душа поэта будто сгорает в пламени поэзии, а его животрепещущая любовь к Марии здесь — костёр, вовек не гаснущий.

«Ужель ничто тебе в то время не шепнуло:
здесь человек сгорел!»

Невзирая на тот факт, что мучительно медленно тянулось время, безграничная любовь поэта ни на миг не становилась слабее, ведь являлась величайшей и искренней. Даже по прошествии сорока лет, он всё же писал о вещах, которые оставили следы в его душе навеки. Доказательство тому — письмо, отправленное другу. Фет написал, что 40 лет назад он «качался на качелях с прекрасной девушкой, а платье её трепетало от ветра». Эти слова — ещё одно подтверждение тому, что любовь Марии и Афанасия была непритворной и бессмертной, раз оставила такой отпечаток на воспоминаниях поэта, что спустя столько лет он всё ещё с улыбкой вспоминал о минувшем времени!

Всегда в поэзии творец оставляет кусочек души, но в случае Афанасия Афанасьевича Фета — душа целиком осталась в выведенных из-под его пера строках. И в пору будет упомянуть цитату: «То, что нас не убивает, делает сильнее», ведь незаконченная любовь двух молодых людей породила на свет столько стихотворений, в которых многие люди и сейчас находят отражение своим переживаниям, что диву даёшься, как поэт не сломался под тяжестью всех мыслей!

Возможно, если бы в своей жизни Афанасий не повстречал Марию, то его талант писать так и остался бы нераскрытым, лишив нас лирического наследия.

Подводя итог, любые трудности, разочарования и неудачи в жизни — не всегда отрицательный опыт. Если, как А. А. Фет, найти для себя то, во что можно переживания вылить — это станет не только панацеей от боли, но и значимым духовным наследием.

Вариант 5

Афанасий Афанасьевич Фет — один из величайших поэтов девятнадцатого века. Любовная лирика автора поражает читателя своим неподражаемым, уникальным стилем. В стихотворениях отсутствуют сложные эпитеты, литературные обороты, излюбленные многими поэтами. Произведения Фета просты, наполнены светом и радостью. Естественные, не вычурные, написанные на одном дыхании:

«Я пришел к тебе с приветом
Рассказать, что солнце встало!»

И солнце действительно встает, наполняя теплом душу и сердце. Описание природы так ярко сочетаются с внутренним состоянием человека, подчеркивают его приподнятое, радостное настроение. Читатель невольно улыбается над этими строками.

Изучая стихотворения Афанасия Афанасьевича, передо мной представал образ автора: юноша, молодой, немного ветреный и абсолютно счастливый. Узнав о личной трагедии поэта, я была поражена. Как, как ему удавалось создавать такие светлые произведения, имея на душе столь сильную рану?

Девятнадцатый век — время, когда статус, материальное положение и знатность человека играли главенствующую роль в создании семьи. Люди, привыкшие жить напоказ, становились алчными и неискренними. Любовь продавалась и покупалась, руша множество жизней и судеб. Сейчас это кажется неописуемо страшным, но в те года было в порядке вещей. Это было нормально.

Мария — возлюбленная Афанасия Фета, была дочерью помещика. Девушка испытывала искренние и нежные чувства к поэту, но была бесприданницей. «Бедность — не порок, а вдвое хуже» — говорит русская пословица. Узнав о том, что никогда не сможет создать семью с любимым, Мария трагически погибает. Смерть разлучила влюбленных в этом мире, но в мире поэзии они были вместе навсегда.

Трагедия отразилась в стихотворениях Фета, печаль автор выражает с горечью и спокойствием. Он стойко переносит все невзгоды, в произведениях не встретишь ярости и злости. Успокаивая сам себя, он продолжает жить.

«Опять посетит меня радость
Без бури тоски и веселья,
И снова безмолвные стены
Раздвинет уютная келья»

Жить в мире грез и иллюзий, но быть счастливым. Создавая из букв и строк образ своей возлюбленной, поэт снова был с ней, не смотря ни на что. До конца жизни Афанасий Фет был верен призраку Марии — девушке из его стихов. Возможно, кто-то посчитает такую жизнь напрасной и пустой, но я думаю, что это один из ярких примеров чистой и светлой любви.

Гениальный в своей простоте, Афанасий Афанасьевич Фет учит своих читателей относиться к жизни проще, быть счастливыми сейчас, в данный момент, а не когда то еще. Неудачи и трагедии переносить стойко, радоваться — искренне и заразительно, а любить — верно и навсегда.

Также читают:

Картинка к сочинению Тема любви в творчестве Фета

Популярные сегодня темы

  • Композиционные особенности Слова о полку Игореве

«Слово о полку Игореве» — это настоящее культурное наследие в российской истории, написанное более 800 лет тому назад неизвестным писателем. Это произведение учит мужеству, отваге, чести, рассказывает, как жили наши далёкие предки

Схожесть Ларры и Данко в рассказе «Старуха Изергиль» в том, что оба они — молодые, красивые, смелые и гордые юноши. Каждый из них является лидером, оба они противопоставляют себя обществу.

Каждый человек начинает свою жизнь в семье. С семьи начинается процесс социализации человека. Члены семьи — это самые близкие люди, которые будут поддерживать на протяжении всей жизни

В числе трудов В. Короленко существует небольшое творение «Огоньки». Напоминающее стихи в прозе Ивана Сергеевича Тургенева по жанру и серьезности мыслей, это сочинение сразу стало знаменитым в кругу коллег Короленко

Одно из ключевых мест в романе писатель отдаёт героине Наташе Ростовой, которая является одним из самых ярких его образов. Писатель наделяет героиню чертами характера, которые являются с его точки зрения главными в человеке

Сочинение на тему: Тема любви в лирике Фета

Сочинение.
Тема любви в лирике А. А. Фета

Тема любви является одной из составляющих теории чистого искусства, наиболее широко в русской литературе отраженной в стихах Фета и Тютчева. Эта вечная тема поэзии тем не менее нашла здесь свое новое преломление и зазвучала несколько по-новому. Салтыков-Щедрин в 70-е годы писал, что теперь никто не отважится уже воспевать соловьев и розы. Для Фета тема любви, напротив, явилась основополагающей всего его творчества до конца жизни. Создание прекрасных стихов о любви объясняется не только божеским даром и особым талантом поэта. В случае с Фетом оно имеет и реальную автобиографическую подоплеку. Вдохновением для Фета являлась любовь его молодости — дочь сербского помещика Мария Лазич. Любовь их была столь высока и неугасаема, сколь и трагична. Лазич знала, что Фет никогда не женится на ней, тем не менее ее последними словами перед смертью было восклицание: “Виноват не он, а я!” Обстоятельства ее смерти так и не выяснены, как и обстоятельства рождения Фета, но есть основания полагать, что это было самоубийство. Сознание косвенной вины и тяжести утраты яготило Фета на протяжении всей его жизни, и результатом этого явилось двоемирие, чем-то сродни двоемирию и Жуковского. Современники отмечали холодность, расчетливость и даже некоторую жестокость Фета в повседневной жизни. Но какой контраст это составляет с другим миром Фета — миром его лирических переживаний, воплощенных в его стихотворениях. Всю жизнь Жуковский верил в соединение с Машей Протасовой в другом мире, он жил этими воспоминаниями. Фет также погружен в свой собственный мир, ведь только в нем возможно единение с любимой. Фет ощущает себя и любимую (свое “второе я”) нераздельно слитыми в другом бытии, реально продолжающемся в мире поэзии: “И хоть жизнь без тебя суждено мне влачить, но мы вместе с тобой, нас нельзя разлучить”. (“Alter ego”.) Поэт постоянно ощущает духовную близость со своей любимой. Об этом стихотворения “Ты отстрадала, я еще страдаю…”, “В тиши и мраке таинственной ночи…”. Он дает любимой торжественное обещание: “Я пронесу твой свет через жизнь земную: он мой — и с ним двойное бытие” (“Томительно-призывно и напрасно…”). Поэт прямо говорит о “двойном бытии”, о том, что его земную жизнь поможет ему перенести лишь “бессмертие” его любимой, что она жива в его душе. Действительно, для поэта образ любимой женщины на протяжении всей жизни являлся не только прекрасным и давно ушедшим идеалом другого мира, но и нравственным судьей его земной жизни. В поэме “Сон”, посвященной также Марии Лазич, это ощущается особенно четко. Поэма имеет автобиографическую основу, в поручике Лосеве легко распознается сам Фет, а средневековый дом, где он остановился, также имеет свой прототип в Дерпте. Комическое описание “клуба чертей” сменяется неким морализаторским аспектом: поручик колеблется в своем выборе, и ему вспоминается совсем иной образ — образ его давно умершей любимой. К ней он обращается за советом: “О, что б сказала ты, кого назвать при этих грешных помыслах не смею”. Литературовед Благой в своих исследованиях указывает на соответствие этих строк словам Вергилия к Данте о том, что “как язычник, он не может сопровождать его в рай, и в спутники ему дается Беатриче”. Образ Марии Лазич (а это, несомненно, она) для Фета является нравственным идеалом, вся жизнь поэта — это стремление к идеалу и надежда на воссоединение. Но любовная лирика Фета наполнена не только чувством надежды и упования. Она также глубоко трагична. Чувство любви очень противоречиво, это не только радость, но и муки, страдания. В стихах часто встречаются такие сочетания, как радость — страдание, “блаженство страданий”, “сладость тайных мук”. Стихотворение “На заре ты ее не буди” все наполнено таким двояким смыслом. На первый взгляд перед нами безмятежная картина утреннего сна девушки. Но уже второе четверостишие сообщает какое-то напряжение и разрушает эту безмятежность: “И подушка ее горяча, и горяч утомительный сон”. Появление “странных” эпитетов, таких, как “утомительный сон”, указывает уже не на безмятежность, а на какое-то болезненное состояние, близкое к бреду. Далее объясняется причина этого состояния, стихотворение доходит до кульминации: “Все бледней становилась она, сердце билось больней и больней”. Напряжение нарастает, и вдруг последнее четверостишие совершенно меняет картину, оставляя читателя в недоумении: “Не буди ж ты ее, не буди, на заре она сладко так спит”. Эти строки представляют контраст с серединой стихотворения и возвращают нас к гармонии первых строк, но уже на новом витке. Призыв “не буди ж ты ее” звучит уже почти истерично, как крик души. Такой же порыв страсти чувствуется и в стихотворении “Сияла ночь, луной был полон сад…”, посвященном Татьяне Берс. Напряжение подчеркивается рефреном: “Тебя любить, обнять и плакать над тобой”. В этом стихотворении тихая картина ночного сада сменяется и контрастирует с бурей в душе поэта: “Рояль был весь раскрыт и струны в нем дрожали, как и сердца у нас за песнею твоей”. “Томительная и скучная” жизнь противопоставлена “сердца жгучей муке”, цель жизни сосредоточена в едином порыве души, пусть даже в нем она сгорает дотла. Для Фета любовь — костер, как и поэзия — пламя, в котором сгорает душа. “Ужель ничто тебе в то время не шепнуло: там человек сгорел!” — восклицает Фет в стихотворении “Когда читала ты мучительные строки…”. Мне кажется, что так же Фет мог сказать о муке любовных переживаний. Но один раз “сгорев”, то есть пережив настоящую любовь, Фет тем не менее не опустошен, и всю свою жизнь он сохранил в памяти свежесть этих чувств и образ любимой. Как-то Фета спросили, как может он в его годы так по-юношески писать о любви? Он ответил: по памяти. Благой говорит, что “Фет отличается исключительно прочной поэтической памятью”, и приводит в пример стихотворение “На качелях”, толчком для написания которого явилось воспоминание 40-летней давности (стихотворение написано в 1890 году). “Сорок лет тому назад я качался на качелях с девушкой, стоя на доске, а платье ее трещало от ветра”, — пишет Фет в письме к Полонскому. Такая “звуковая деталь” (Благой), как платье, которое “трещало от ветра”, наиболее памятна для поэта-музыканта. Вся поэзия Фета построена на звуках, переливах и звуковых образах. Тургенев говорил о Фете, что ждет от него стихотворение, последние строки которого надо будет передавать лишь безмолвным шевелением губ. Ярким примером может служить стихотворение “Шепот, робкое дыханье…”, которое построено на одних существительных и прилагательных, без единого глагола. Запятые и восклицательный знак тоже передают великолепие и напряжение момента с реалистической конкретностью. Это стихотворение создает точечный образ, который при близком рассмотрении дает хаос, “ряд волшебных”, неуловимых для человеческого глаза “изменений”, а в отдалении — точную картину. Фет, как импрессионист, основывает свою поэзию, а в частности описание любовных переживаний и воспоминаний, на непосредственной фиксации своих субъективных наблюдений и впечатлений. Сгущение, но не смешение красочных мазков, как на картинах Монэ, придает описанию любовных переживаний кульминационность и предельную четкость образу любимой. Какая же она? “Я знаю твою страсть к волосам”, — говорит Григорьев Фету о его рассказе “Кактус”. Эта страсть не раз проявляется в фетовских стихах: “люблю на локон твой засматриваться длинный”, “кудрей руно златое”, “тяжким узлом набежавшие косы”, “прядь пушистая волос” и “косы лентой с обеих сторон”. Хотя эти описания и носят несколько общий характер, тем не менее создается довольно четкий образ прекрасной девушки. Чуть по-другому Фет описывает ее глаза. То это “лучистый взор”, то “недвижные очи, безумные очи” (аналогично стихотворению Тютчева “Я очи знал, о эти очи”). “Твой взор открытой и бесстрашней”, — пишет Фет, и в этом же стихотворении он говорит о “тонких линиях идеала”. Любимая для Фета — нравственный судия и идеал. Она имеет большую власть над поэтом на протяжении всей его жизни, хотя уже в 1850 году, вскоре после смерти Лазич, Фет пишет: “Идеальный мир мой разрушен давно”. Влияние любимой женщины на поэта чувствуется и в стихотворении “Долго снились мне вопли рыданий твоих”. Поэт называет себя “несчастным палачом”, он остро чувствует свою вину за гибель любимой, и наказанием за это явились “две капельки слез” и “холодная дрожь”, которые он в “бессонные ночи навек перенес”. Это стихотворение окрашено в тютчевские тона и вбирает в себя и тютчевский драматизм. Биографии этих двух поэтов во многом сходны — оба они пережили смерть любимой женщины, и безмерная тоска по утерянному давала пищу для создания прекрасных любовных стихотворений. В случае с Фетом этот факт кажется наиболее странным — как можно сначала губить девушку, а затем всю жизнь писать о ней возвышенные стихи? Мне кажется, что потеря произвела на Фета столь глубокое впечатление, что поэт пережил некий катарсис, и результатом этого страдания явился гений Фета — он был допущен в высокую сферу поэзии, все его описание любимых переживаний и ощущение трагизма любви так сильно действует на читателя потому, что Фет сам пережил их, а его творческий гений облек эти переживания в стихотворную форму. Только могущество поэзии смогло передать их, следуя тютчевскому изречению: мысль изреченная есть ложь, Фет сам неоднократно говорит о могуществе поэзии: “Как богат я в безумных стихах”.
Любовная лирика Фета дает возможность глубже проникнуть в его общефилософские, а соответственно, и эстетические взгляды, как говорит Благой, “в решение им коренного вопроса об отношении искусства и действительности”. Любовь, так же как и поэзия, по Фету, относится к другому, потустороннему миру, который дорог и близок Фету. В своих стихах о любви Фет выступал “не как воинствующий проповедник чистого искусства в противовес шестидесятникам, а создавал свой собственный и самоценный мир” (Благой). И мир этот наполнен истинными переживаниями, духовными стремлениями поэта и глубоким чувством надежды, отраженными в любовной лирике поэта.

Читать еще:  Потому что искусство поэзии требует слов

Тема любви в лирике А. А. Фета

Тема любви является одной из составляющих теории чистого искусства, наиболее полно в русской литературе представленной в стихах Фета и Тютчева. Эта вечная тема поэзии тем не менее нашла здесь свое новое преломление и зазвучала несколько по-новому.

Создание прекрасных стихов о любви объясняется не только божественным даром и особым талантом поэта. Фет пережил сильнейшую страсть, которая осветила всю его жизнь; так рождались его прекрасные стихи. Вдохновением для Фета стала любовь его молодости – дочь сербского дворянина Мария Лазич. Любовь их была подлинным высоким и трагичным чувством. Лазич была бедна и знала, что Фет никогда не женится на ней, но все же ее последними словами перед смертью было восклицание: «Виноват не он, а я!» Обстоятельства ее смерти так и не выяснены, как и обстоятельства рождения Фета, но есть основания полагать, что это было самоубийство. Сознание косвенной вины и тяжести утраты тяготило Фета на протяжении всей его жизни.

Любимая для Фета – нравственный судья и идеал. Она имеет большую власть над поэтом на протяжении всей его жизни, хотя уже в 1850 г., вскоре после смерти Лазич, Фет пишет: «Идеальный мир мой разрушен давно». Влияние любимой женщины на поэта чувствуется и в стихотворении «Долго снились мне вопли рыданий твоих». Автор называет себя «несчастным палачом», он остро чувствует свою вину за гибель любимой, и наказанием за это явились «две капельки слез» и «холодная дрожь», которые он в «бессонные ночи навек перенес».

Скованный собственными амбициями, Фет был подчас мелочен в обыденной жизни. Но, сочиняя стихи, Фет погружался в свой собственный мир, и только в нем соединялся с возлюбленной. Он ощущает себя и любимую (свое второе «я») нераздельно слитыми в другом бытии, реально продолжающемся в мире поэзии:

И хоть жизнь без тебя суждено мне влачить,

Но мы вместе с тобой, нас нельзя разлучить.

Поэт постоянно ощущает духовную близость со своей любимой. Об этом – стихотворения «Ты отстрадала, я еще страдаю. », «В тиши и мраке таинственной ночи. ». Он дает любимой торжественное обещание: «Я пронесу твой свет через жизнь земную; он мой – и с ним двойное бытие» («Томительно-призывно и напрасно. »).

Поэт прямо говорит о «двойном бытии», о том, что его земную жизнь поможет ему перенести лишь «бессмертие» его любимой, что она жива в его душе. В поэме «Сон», посвященной Марии Лазич, мотив двойного бытия прослеживается особенно четко. Поэма имеет автобиографическую основу, в поручике Лосеве легко распознается сам Фет, а средневековый дом, где он остановился, также имеет свой прототип в Дерпте. Комическое описание «клуба чертей» сменяется неким аспектом морального выбора, поручик колеблется: брать или не брать предложенное ими богатство, и ему вспоминается совсем иной образ – образ его давно умершей любимой. К ней он обращается за советом:

Читать еще:  Молитва как жанр в поэзии лермонтова

О, что б сказала ты, кого назвать

При этих грешных помыслах не смею.

Образ Марии Лазич (а это, несомненно, она) для Фета является нравственным проводником по дороге жизни, как Беатриче была проводником Данте в рай. Вся жизнь поэта – это стремление к идеалу и надежда на воссоединение с ним в другой жизни.

Чувство фетовской любви очень противоречиво, это не только радость, но и муки. В стихах часто встречаются такие сочетания, как радость – страдание, «блаженство страданий», «сладость тайных мук». Стихотворение «На заре ты ее не буди» все наполнено таким двояким смыслом. На первый взгляд перед нами безмятежная картина утреннего сна девушки. Но уже второе четверостишие сообщает какое-то напряжение и разрушает эту безмятежность: «И подушка ее горяча, и горяч утомительный сон».

Появление «странных» эпитетов, таких, как «утомительный сон», указывает уже не на безмятежность, а на какое-то болезненное состояние, близкое к бреду. Далее объясняется причина этого состояния, стихотворение доходит до кульминации: «Все бледней становилась она, сердце билось больней и больней». Напряжение нарастает, и вдруг последнее четверостишие совершенно меняет картину, оставляя читателя в недоумении: «Не буди ж ты ее, не буди, на заре она сладко так спит».

Эти строки представляют контраст с серединой стихотворения и возвращают нас к гармонии первых строк, но уже на новом витке.

Любовная лирика Фета дает возможность глубже проникнуть в его общефилософские, а, соответственно, и эстетические взгляды. Любовь, так же как и поэзия, по Фету, относится к другому, потустороннему миру, который дорог и близок поэту.

Сочинение: Любовная лирика А. А. Фета

Тема любви является одной из составляющих теории «чис­того искусства», наиболее широко в русской литературе отра­женной в стихах А. А. Фета и Ф. И. Тютчева. Эта вечная тема нашла у этих поэтов иное преломление и зазвучала несколько по-новому. Салтыков-Щедрин писал, что теперь никто не отва­жится воспевать соловьев и розы. Но для творчества Фета тема любви явилась основополагающей.

Создание прекрасных стихов о любви объясняется не только особенностями дарования поэта. Здесь имеется и ре­альная биографическая подоплека. Источником вдохновения для поэта явилась любовь его молодости — дочь сербского по­мещика Мария Лазич. Любовь их была столь сильна и высо­ка, сколь и трагична. Лазич знала, что Фет никогда не женит­ся на ней, тем не менее, ее последними словами перед смер­тью было восклицание: «Виноват не он, а я!» Обстоятельства ее смерти так и не выяснены, но есть основания полагать, что это было самоубийство.

Жуковский всю жизнь верил в соединение с Машей Прота­совой в другом мире, он жил этими мыслями. Фет также погру­жен в свой собственный мир, ведь только в нем возможно еди­нение с любимой. Фет ощущает себя и любимую (свое «второе я») нераздельно слитыми в другом бытии, реально продолжаю­щемся в мире поэзии: «И хоть жизнь без тебя суждено мне влачить, но мы вместе с тобой, нас нельзя разлучить». («Alter ego».) Поэт постоянно ощущает духовную близость со своей любимой. Об этом стихотворения «Ты отстрадала, я еще стра­даю. », «В тиши и мраке таинственной ночи. ». Он дает люби­мой торжественное обещание: «Я пронесу твой свет через жизнь земную: он мой — и с ним двойное бытие» («Томитель­но-призывно и напрасно. »).

Поэт прямо говорит о «двойном бытии», о том, что его зем­ную жизнь поможет ему перенести лишь «бессмертие» его лю­бимой, что она жива в его душе. Действительно, для поэта об­раз любимой женщины на протяжении всей жизни являлся не только прекрасным и давно ушедшим идеалом другого мира, но и нравственным судьей его земной жизни.

В поэме «Сон», посвященной также Марии Лазич, эти моти­вы ощущаются особенно четко. Поэма автобиографична: в по­ручике Лосеве легко распознается сам Фет, а средневековый дом, где он остановился, также имеет свой прототип в Дерпте. Комическое описание «клуба чертей» сменяется неким морали-заторским аспектом: поручик колеблется в своем выборе, и ему вспоминается совсем иной образ — образ его давно умершей любимой. К ней он обращается за советом: «О, что б сказала ты, кого назвать при этих грешных помыслах не смею».

В критике отмечалось соответствие этих строк словам Вер­гилия к Данте о том, что «как язычник, он не может сопровож­дать его в рай, и в спутники ему дается Беатриче». Образ Ма­рии Лазич (а это, несомненно, она) для Фета является нравст­венным идеалом, вся жизнь поэта — это стремление к идеалу и надежда на воссоединение с любимой.

Но любовная лирика Фета наполнена не только чувством на­дежды и упования. Она глубоко трагична. Ведь чувство любви очень противоречиво и чаще всего несет не только счастье, но и муки. В стихах Фета часто встречаются такие сочетания, как «радость — страдание»: «блаженство страданий», «сладость тайных мук». Стихотворение «На заре ты ее не буди._» все на­полнено таким двояким смыслом. На первый взгляд, перед на­ми безмятежная картина утреннего сна девушки. Но уже вто­рое четверостишие сообщает какое-то напряжение и разрушает эту безмятежность: «И подушка ее горяча, и горяч утомитель­ный сон».

Появление «странных» эпитетов, таких, как «утомитель­ный сон», указывает уже не на безмятежность, а на какое-то болезненное состояние, близкое к бреду. Далее объясняется причина этого состояния, стихотворение доходит до кульминации: «Все бледней становилась она, сердце билось больней и больней». Напряжение нарастает, и вдруг последнее четве­ростишие совершенно меняет картину, оставляя читателя в недоумении: «Не буди ж ты ее, не буди, на заре она сладко так спит». Эти строки представляют контраст с серединой стихотворения и возвращают нас к гармонии первых строк, но уже на новом витке. Призыв «не буди ж ты ее» звучит уже как крик души.

Такой же порыв страсти чувствуется и в стихотворении «Сияла ночь, луной был полон сад. », посвященном Татьяне Берс. Напряжение подчеркивается рефреном: «Тебя любить, обнять и плакать над тобой». В этом стихотворении тихая кар­тина ночного сада сменяется и контрастирует с бурей в душе поэта: «Рояль был весь раскрыт и струны в нем дрожали, как и сердца у нас за песнею твоей».

«Томительная и скучная» жизнь противопоставлена «сердца жгучей муке», цель жизни сосредоточена в едином порыве ду­ши, пусть даже в нем она сгорает дотла. Для Фета любовь — костер, а поэзия — пламя. «Ужель ничто тебе в то время не шепнуло: там человек сгорел!» — восклицает Фет в стихотво­рении «Когда читала ты мучительные строки. ». Похоже, что так же Фет мог сказать о собственных муках любовных пере­живаний. Но один раз «сгорев», то есть пережив настоящую любовь, Фет, тем не менее, не опустошен, он на всю свою жизнь сохранил в памяти свежесть этих чувств и образ любимой..

Как-то Фета спросили, как может он в его годы так по-юно­шески писать о любви. Он ответил: «По памяти». Литературо­вед Д. Благой говорит, что Фет отличается исключительно прочной поэтической памятью, и приводит в пример стихотво­рение «На качелях», толчком для написания которого явилось воспоминание 40-летней давности (стихотворение написано в 1890 году). Фет в письме к Полонскому вспоминал, как «сорок лет тому назад я качался на качелях с девушкой, стоя на доске, а платье ее трещало от ветра». Такая «звуковая деталь», как платье, которое «трещало от ветра», наиболее памятна для по­эта- музыка нта. Вся поэзия Фета построена на звуках, перели­вах и звуковых образах.

И. С. Тургенев говорил о Фете, что ждет от поэта стихо­творения, последние строки которого надо будет передавать лишь безмолвным шевелением губ. Ярким примером может служить стихотворение «Шепот, робкое дыханье. », которое построено на одних существительных и прилагательных, без единого глагола:

Свет ночной, ночные тени,
Тени без конца,
Ряд волшебных изменений
Милого лица.
В дымных тучках пурпур розы,
Отблеск янтаря,
И лобзания, и слезы, и заря, заря.

Лишь запятые и восклицательный знак также передают ве­ликолепие и напряжение момента, но передают с реалистичес­кой конкретностью. Это стихотворение создает точный образ, который при близком рассмотрении являет хаос, «ряд волшеб­ных», неуловимых для человеческого глаза «изменений», а в от­далении — точную картину.

Фет, как импрессионист, основывает свою поэзию, в частно­сти описание любовных переживаний и воспоминаний, на непо­средственной фиксации своих субъективных наблюдений и впечатлений. Сгущение, но не смешение красочных мазков, как на картинах Моне, придает описанию любовных пережива­ний кульминационность и предельную четкость образу люби­мой. Какова же она? Еще А. Григорьев отметил у Фета страсть к волосам, имея в виду рассказ «Кактус». Эта страсть не раз проявляется в фетовских стихах: «люблю на локон твой засма­триваться длинный», «кудрей руно златое», «тяжким узлом на­бежавшие косы», «прядь пушистая волос» и «косы лентой с обеих сторон». Хотя эти описания и носят несколько общий характер, тем не менее, возникает довольно четкий образ пре­красной девушки.

Несколько иначе Фет описывает ее глаза. То это «лучистый ззор», то «недвижные очи, безумные очи» (аналогично стихо­творению Ф. Тютчева «Я очи знал, о эти очи. »). «Твой взор от­крытый и бесстрашный», — пишет Фет, и в этом же стихотво­рении он говорит о «тонких линиях идеала». Возлюбленная для Фета — нравственный судия и идеал. Она имеет большую власть над поэтом на протяжении всей его жизни, хотя уже в 1850 году, вскоре после смерти Лазич, Фет пишет, что идеаль­ный мир для него разрушен давно.

Влияние любимой женщины на поэта ощутимо и в стихотво­рении «Долго снились мне вопли рыданий твоих. ». Поэт назы­вает себя «несчастным палачом», он остро чувствует свою вину за гибель любимой, и наказанием за это явились «две капельки слез» и «холодная дрожь», которые он в «бессонные ночи навек перенес». Это стихотворение окрашено в тютчевские тона, вби­рает в себя и тютчевский драматизм.

Биографии этих двух поэтов во многом сходны — оба пере­жили смерть любимой женщины, и безмерная тоска по утерян­ному давала пищу для создания прекрасных любовных стихо­творений. В случае с Фетом этот факт кажется наиболее стран­ным — как можно сначала «губить» девушку, а затем всю жизнь писать о ней возвышенные стихи? Видимо, потеря про­извела на Фета столь глубокое впечатление, что поэт пережил некий катарсис, и результатом этого страдания явился гений Фета — он был допущен в высокую сферу поэзии, все его опи­сание любовных переживаний и ощущение трагизма любви так сильно действуют на читателя потому, что Фет сам пережил их, а его творческий гений облек эти переживания в стихотвор­ную форму. Только могущество поэзии смогло передать их, следуя тютчевскому «мысль изреченная есть ложь». Фет сам неоднократно говорит о могуществе поэзии: «Как богат я в бе­зумных стихах».

Любовная лирика Фета дает возможность понять его обще­философские, а соответственно и эстетические взгляды; это ка­сается и решения им вопроса об отношении искусства и дейст­вительности. Любовь, как и поэзия, по Фету, относится к друго­му, потустороннему миру, который дорог и близок автору. В своих стихах о любви Фет «не как воинствующий проповед­ник чистого искусства в противовес шестидесятникам создавал свой собственный и самоценный мир» (по словам Д. Благого). Мир этот наполнен истинными переживаниями, духовными стремлениями и глубоким чувством надежды, отраженными в любовной лирике поэта.[/sms]

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector