0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Что такое дольник в стихах

Дольник

Литературная энциклопедия. — В 11 т.; М.: издательство Коммунистической академии, Советская энциклопедия, Художественная литература . Под редакцией В. М. Фриче, А. В. Луначарского. 1929—1939 .

  • Долинин
  • Dolce stil nuovo

Полезное

Смотреть что такое «Дольник» в других словарях:

Дольник В. Р. — Дольник Виктор Рафаэльевич В. Р. Дольник Дата рождения: 13 января 1938 года Место рождения: г. Свердловск Гражданство: РФ Научная сфера: Биология Место работы … Википедия

Дольник В. — Дольник Виктор Рафаэльевич В. Р. Дольник Дата рождения: 13 января 1938 года Место рождения: г. Свердловск Гражданство: РФ Научная сфера: Биология Место работы … Википедия

ДОЛЬНИК — промежуточная форма между силлабо тоническим и чисто тоническим стихосложением: стих, в котором объем слабых промежутков между сильными (преимущественно ударными) местами колеблется в пределах 1 2 слогов ( Черный ворон в сумраке снежном , А. А.… … Большой Энциклопедический словарь

ДОЛЬНИК — стихотворный размер, получивший признание и достигший расцвета и популярности в первые десятилетия ХХ в. в эпоху символизма и акмеизма. Д. (см. СИСТЕМА СТИХА ХХ ВЕКА) представляет собой размер, метрический ряд которого состоит из ударных слогов,… … Энциклопедия культурологии

ДОЛЬНИК — ДОЛЬНИК, дольника, муж. (лит.). Стихотворный размер с произвольным, неравным числом неударных слогов между ударными, напр.: «В густой | траве | пропадёшь | с головой. || В тихий дом | войдёшь | не стучась.» А.Блок. Толковый словарь Ушакова. Д.Н.… … Толковый словарь Ушакова

ДОЛЬНИК — ДОЛЬНИК, а, муж. (спец.). В стихосложении: промежуточная форма между силлабо тоническим и тоническим стихом 1. Толковый словарь Ожегова. С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова. 1949 1992 … Толковый словарь Ожегова

дольник — сущ., кол во синонимов: 2 • паузник (2) • стих (38) Словарь синонимов ASIS. В.Н. Тришин. 2013 … Словарь синонимов

Дольник — У этого термина существуют и другие значения, см. Дольник (значения). Дольник (ранее иногда употреблялся термин паузник) вид тонического стиха, где в строках совпадает только число ударных слогов, а количество безударных слогов между ними… … Википедия

дольник — вид стиха, в котором при соблюдении равного количества ударных слогов внутри строки количество безударных колеблется между ударными от одного до двух трех. Дольник является своеобразной промежуточной формой между силлабо тоническим и тоническим… … Терминологический словарь-тезаурус по литературоведению

Дольник — паузник, русский стихотворный размер. Занимает промежуточное положение между силлабо тоническими и чисто тоническими системами стихосложения. Как и силлабо тонические размеры, Д. имеет ощутимый внутренний ритм, образуемый чередованием… … Большая советская энциклопедия

Дольник

Дольник – стихотворный размер, являющийся промежуточной формой между силлабо-тоническим и чисто-тоническим стихосложением; это стих, в котором число безударных слогов между ударными колеблется в пределах 1-2, причем расположение ударений в строках не упорядоченное на протяжении всего стихотворения.

Дольник – термин с не очень четким значением. Сам термин был введен В. Я. Брюсовым, однако у Брюсова он означал не совсем то, о чем сейчас пойдет речь. Некоторые специалисты (например, А. П. Квятковский) вообще категорически не принимают этого термина, однако он прижился и вошел в терминологический обиход большинства стиховедов (М. Л. Гаспаров, В. Е. Холшевников, Н. А. Бого­мо­лов и др.). У разных авторов термин различается оттенками смысла, но в целом расхождения эти не так уж велики. Поскольку единой традиции понимания термина нет, далее речь пойдет о том, какое значение нам кажется наиболее удачным. Приводить разные точки зрения, отличающиеся чаще всего нюансами, в пределах данного пособия кажется излишним, это тонкости стиховедения, а сейчас речь идет об азах этой науки.

Дольник – это свободный (вольный) логаэд. Если логаэд комбинирует силлабо-тонические стопы по какой-то строго определенной схеме, то дольник делает это произвольно. Чаще всего комбинируются двухсложные и трехсложные стопы. Порой безударные слоги вообще выпадают, тогда можно говорить или о дольнике, более тяготеющем к тонической системе, либо о так называемом тактовике – особом ритме. Единства мнений здесь нет, поскольку нет и четких границ между дольником и тактовиком.

Тренированный слух отличит дольник (при всем бесконечном разнообразии его вариаций) сразу. У дольника характерное «рваное» звучание:

Настоящую нежность не спутаешь
Ни с чем, и она тиха.
Ты напрасно бережно кутаешь
Мне плечи и грудь в меха.
И напрасно слова покорные
Говоришь о первой любви,
Как я знаю эти упорные
Несытые взгляды твои!
(А. Ахматова)

Проще всего почувствовать, как силлабо-тоника «переходит» в дольник, если провести небольшой эксперимент. Давайте создадим конструированное стихотворение, написанное, например, трехстопным анапестом:

Как всегда, ты забыла отправить
Мне письмо из своей суеты…
Что же делать! Придется оставить
О несбыточном счастье мечты.

О литературных достоинствах этого конструированного текста речь сейчас, разумеется, не идет, нас интересует ритмический эксперимент. Метрическая схема трехстопного анапеста U U – U U – U U – .

Чтобы «сделать» дольник, нам надо оставить по три ритмических «кусочка» в строке, но изменить слова так, чтобы не все эти «кусочки» стали анапестами. Причем, сделаем это с разными по позиции в стихе стопами. Проще всего убрать односложные слова, находящиеся в ритмически слабых позициях:

Как всегда, забыла отправить
Письмо из недр суеты.
Что делать! Надо оставить
О несбыточном счастье мечты.

Последнюю строчку мы оставили без изменения, но стих зазвучал иначе. Это уже звучание дольника.

Этот пример, конечно, не должен сбивать с толку. Серьезный поэт не пишет «сначала силлабо-тоникой», чтоб потом ее ломать, он уже мыслит дольником. Но зато мы наглядно увидели сущность ритмических изменений.

Дольники очень любил А. Блок:

Его встречали повсюду
На улицах в сонные дни.
Он шел и нес свое чудо,
Спотыкаясь в морозной тени.

К дольникам часто обращался С. Есенин. Вспомним знаменитую «Песнь о собаке»:

В синюю высь звонко
Глядела она, скуля,
А месяц скользил тонкий
И скрылся за холм в полях.
И глухо, как от подачки,
Когда бросят ей камень в смех,
Покатились глаза собачьи
Золотыми звездами в снег.

Дольники очень популярны и сегодня. Ритмически они представляют собой как бы переходное звено от силлабо-тонической к тонической системе. Но поскольку «остатки стоп» все же ощущаются, дольник чаще рассматривают как особый вариант силлабо-тоники.

Дольник

То, что основу русской классической поэзии XVIII – начала и середины XIX вв. составляет силлабо-тоническое стихосложение, ни у кого не вызывает сомнения. Конечно, в некоторых отдельных произведениях встречаются размеры и приёмы, нехарактерные для этой системы, но такая ситуация – скорее исключение из общей тенденции. С конца XIX века наблюдается уже серьёзное отклонение от принятой традиции. Силлаботоника начинает отступать на второй план, а на первый выступают принципы и системы стихосложения. Всё чаще в творчестве авторов этого периода можно обнаружить признаки чистой тоники и силлабики, а иногда и подражания античной метрике.

Понятно, что и силлабо-тоника не исчезла полностью. На стыке между ней и чисто тоническими системами рождаются новые интересные явления. Одним из них является дольник, также называемый русским паузником. С силлабо-тоническими размерами дольник роднит выраженный внутренний ритм, который образуется вследствие чередования сильных (ударных) и слабых (безударных) мест. Но поскольку величина межударных интервалов в дольнике не постоянна, а колеблется в диапазоне одного-двух слогов, то причислять этот размер к силлабо-тонике не представляется корректным.

Термин «дольник» (вероятно, от слова «доля» как составная часть стиха) был введён Валерием Яковлевичем Брюсовым в труде «Краткий курс науки о стихе» (1918 г.). Следует отметить, что сам поэт вкладывал в него несколько иное значение, нежели то, каким мы пользуемся теперь. Валерий Яковлевич называл дольниками стихи, в которых учитывается только количество ударных слогов, и выделял двухдольники, трёхдольники, четырёхдольники и т. д. Стоит отметить, что поэт считал цезуру, ритмическую паузу, неотъемлемым элементом стихов, в которых сильных мест четыре и более.

Некоторые исследователи (А. П. Квятковский) не признавали этого понятия, но другие, например, Н. А. Богомолов, М. Л. Гаспаров и т. д. приняли его и стали использовать его в своей практике. В наше время чаще всего под дольником понимается одна из форм тонического стиха, в которой в пределах одной строки могут соединяться и комбинироваться в произвольной форме двух– и трёхсложные стопы. Таким образом, этот размер объединяет в себе черты и тоники, и силлаботоники. Слабые безударные слоги могут выпадать; в этом случае дольник будет тяготеть к тонической системе, либо трансформироваться в тактовик. Отсюда вытекает сложность определения границ между дольником и тактовиком. Поэтому единого взгляда на термин в стиховедческом сообществе исследователей нет.

Читать еще:  Стихи девушке которая не отвечает на смс

Считается, что проникновение дольника в русскую поэзию в XIX веке связано с переводами английских и немецких авторов романтического направления. Вот отрывок из «Жалобы пастуха» Генриха Гейне, переложенной на русский язык Василием Андреевичем Жуковским в 1817 году:

На ту | знакомую | гору
Сто раз | я в день | прихожу;
Стою,| склоняся | на посох,
И в дол | с вершины | гляжу.

Вздохнув,| медлительным | шагом
Иду | вослед | я овцам
И ча|сто, часто в | долину
Схожу,| не чувству|я сам.

Характерная черта дольника – это неравномерное, «рваное» звучание. Читатель, привыкший к строгому порядку силлабо-тонических размеров, сразу приметит эту неровность, присутствующую в произведениях многих поэтов Серебряного века. Часто дольник встречается в творчестве таких авторов, как В. Я. Брюсов, А. А. Блок, А. А. Ахматова, С. А. Есеник, Н. С. Гумилёв и др.

Рассмотрим примеры использования дольника в различных стихотворениях. Следующие отрывки В. Я. Брюсов поместил в своё исследование, о котором говорилось выше, для иллюстрации этого размера:

Стамати| был стар | и бессилен,
А Елена | молода | и проворна;
Она так-то | его | оттолкнула,
Что ушёл он | охая | да хромая.
Поделом тебе,| старый |бесстыдник!
Ай да баба!| отделалась | славно!

«Песни западных славян. Феодор и Елена», А. С. Пушкин.

Как видим, внутренний ритм действительно присутствует. Он поддерживается за счёт постоянного числа ударений в каждой строке, но количество безударных интервалов между ними не равно, отчего возникает ощущение неровности, асимметрии. Но эта асимметрия придаёт строкам плавность, непредсказуемость и сходство с древними стихами.

Вот пример дольника у А. А. Блока:

Девушка | пела | в церковном | хоре
О всех | усталых | в чужом | краю,
О всех | кораблях,| ушедших | в море,
О всех,| забывших | радость | свою.

Так пел | её голос, | летящий | в купол,
И луч | сиял | на белом | плече,
И каждый | из мрака | смотрел | и слушал,
Как белое | платье | пело | в луче.

«Девушка пела в церковном хоре…»

Можно заметить, что строки сложены из силлабо-тонических стоп. Но это стопы разных размеров, а число безударных слогов изменчиво. Поэтому речь здесь идёт именно о дольнике, а не о каком-либо искажённом или видоизменённом силлабо-тоническом размере.

Следующее стихотворение принадлежит перу Анны Андреевны Ахматовой:

Вместо | мудрости |– опытность,| пресное
Неутоляющее | питье.
А юность| была как | молитва | воскресная…
Мне ли | забыть | её?

Сколько | дорог| пустынных | исхожено
С тем, кто| мне не | был мил,
Сколько| поклонов | в церквах | положено
За того,| кто меня | любил

Стала | забывчивей | всех забывчивых,
Тихо | плывут | года.
Губ не|целован|ных, глаз | неулыбчивых
Мне не | вернуть | никогда.

«Вместо мудрости – опытность, пресное…»

Таким образом, видим, что дольник встречается ещё у классиков русской поэзии, но в их произведениях обнаруживаются единичные примеры использования. Они связаны скорее с переводческой деятельностью, нежели с индивидуальной практикой применения. Зато в поэзии Серебряного века и далее встречаем большое разнообразие дольников, обусловленное поисками нового звучания и ритмического рисунка. Следует отметить, что дольник широко используется и по сей день в творчестве современных авторов.

Дольник

Из Википедии — свободной энциклопедии

До́льник (ранее иногда употреблялся термин паузник) — стихотворный размер, занимающий промежуточное положение между силлабо-тонической и тонической системами стихосложения [1] ; в отличие от силлабо-тонических размеров не имеет метра и, соответственно, стоп; в отличие от разновидностей тонического стиха в дольнике упорядочено не только число сильных слогов в строке (иктов), но и количество междуиктовых интервалов — 1 или 2. «Основной признак дольников: интервалы между иктами переменны, то два слога, то один, обычно с преобладанием 2-сложных, что создает ощутимую инерцию 3-сложников» [2] ; «доли в дольниковой строке могут быть то двусложны, то трёхсложны. Поэтому мы называем дольник переходной формой от силлабо-тоники к чистой тонике и измеряем в нём длину стиха не числом стоп, а числом сильных мест (иктов), слабые интервалы между которыми колеблются от 1 до 2 слогов» [3] . Распространённое ныне понимание термина утвердилось далеко не сразу: например, в Литературной энциклопедии 1929—1939 А. П. Квятковский [4] , разрабатывавший свою альтернативную терминологию, предлагал называть дольником и более расшатанный стих, в котором величина междуиктового интервала колеблется от 0 до 2.

Общая формула дольника: X Ú X Ú X Ú и т. д. (Ú — ударные слоги, X — безударные; величина X — переменна; X = 1, 2). В зависимости от числа ударений в строке различают двухударный (или двухиктный) дольник, трёхударный (трёхиктный), четырёхударный и т. д. Такой вид стиха характерен для языков с тоническим стихосложением и очень часто встречается в английской, русской, немецкой поэзии. Можно различать целый ряд модификаций дольника, в зависимости от числа ударений в строке. Согласно М. Л. Гаспарову, наиболее популярными в русской поэзии стали трёх- и четырёхиктный дольники [5] , хотя нередко встречаются модификации дольника, где не соблюдено равное число ударений (так называемые разноударные дольники, характерные, в частности, для Маяковского) или налицо единичные отступления от общей формулы в виде междуиктовых интервалов в 3 или 0 слогов (по В. Е. Холшевникову такие «неурегулированные дольники» являются «переходной формой от дольника к тактовику») [6] .

Первые эксперименты с дольником встречаются уже в творчестве Г. Р. Державина, например, в оде «На взятие Варшавы» (1795); поэты XIX столетия обращались к дольнику спорадически, главным образом при имитации русского народного стиха и в переводах немецких стихотворений, написанных этим размером. Расцвет дольников в русском стихосложении начинается в период Серебряного века, когда к нему обращается целый ряд крупнейших русских поэтов (Брюсов, Гиппиус, Блок, Ахматова, Гумилёв, Есенин и другие).

Разновидностью дольника можно считать и русский гекзаметр.

Николаев А. И. Основы литературоведения

Николаев А. И. Основы литературоведения: учебное пособие для студентов филологических специальностей. – Иваново: ЛИСТОС, 2011

Дольник, тоническая система, свободный стих

Дольник, тоническая система, свободный стих

В классической русской поэзии конца XVIII–XIX веков господствовала классическая силлабо-тоника. Среди ученых ведется немало споров о различного рода осложнениях и «инородных» вкраплениях в тех или иных стихах, но в любом случае речь идет об относительно небольшом числе произведений. В рамках нашего пособия от этого можно абстрагироваться, силлабо-тоническая доминанта русской классики ни у кого сомнений не вызывает.

Однако к концу XIX века ситуация заметно меняется. Упорядоченные силлабо-тонические стопы перестают полностью удовлетворять поэтов. Этому есть несколько объяснений.

Во-первых, начала сказываться инерция однообразия силлабо-тонических ритмов. При всем своем ритмическом богатстве силлабо-тоника все-таки накладывала очень жесткие ограничения на звучание стиха.

Во-вторых, рубеж XIX–XX веков – это время, когда эстетическое сознание стало понимать «прелесть асимметрии». Этот процесс коснулся самых разных видов искусства – от пантомимы и балета, где стали утверждаться «изломанные», асимметричные позы, до живописи и музыки. Вспомните асимметричные картины П. Пикассо или «рваные» музыкальные ритмы А. Н . Скрябина. Не случайно на эти же годы приходятся музыкальные открытия А. Шенберга, «взорвавшие» классические представления о гармонии.

Выяснение философских и психологических причин этого эстетического взрыва находится далеко за пределами задач нашего пособия, сейчас лишь обратим внимание на то, что ритмические эксперименты в поэзии – частное проявление логики развития искусства.

Читать еще:  Я не люблю когда наполовину или когда прервали разговор стих

Сразу надо сказать, что силлабо-тонические метры из русской поэзии никуда не ушли, и сегодня поэты в России часто пишут ямбами, хореями или анапестами. Речь не том, что какая-то система вытеснила силлабо-тонику, а о том, что параллельно стали развиваться альтернативные ритмические системы.

Русская поэзия XX века полностью признала выразительные возможности логáэда и дóльника. Эти термины менее привычны начинающему филологу, поэтому есть смысл остановиться на этом чуть подробнее.

Логаэд

Логаэд – это стих с упорядоченным чередованием разных силлабо-тонических стоп (например, анапест + ямб + анапест + ямб). Логаэд – строгий метр, все строки написаны по одной схеме. Логаэды знала уже античная поэзия, в XIX веке они были популярны в Германии, но в русской поэзии до XX их было относительно мало. Русская культура предпочла повторение одних и тех же стоп.

В XX веке логаэды оказались активно воспринятыми русской культурой, их ритмические возможности проявились в полной мере:

По холмам – круглым и смуглым,

Под лучом – сильным и пыльным,

Сапожком – робким и кротким —

За плащом – рдяным и рваным.

По пескам – жадным и ржавым,

Под лучом – жгучим и пьющим,

Сапожком – робким и кротким —

За плащом – следом и следом.

По волнам – лютым и вздутым,

Под лучом – гневным и древним,

Сапожком – робким и кротким —

За плащом – лгущим и лгущим. (М. И. Цветаева)

Как видим, каждая строка построена по одной метрической схеме: анапест + хорей + амфибрахий. И в то же время стихотворение сразу обретает неповторимый ритмический рисунок, выделяется из всей русской поэзии. Это происходит потому, что чередование разных стоп в стихе на порядок повышает возможное число сочетаний, поэт может услышать и выразить неповторимый ритм каждого стихотворения.

Если, например, озвучить только метрическую схему известного стихотворения (текста песни) Р. Рождественского, мы узнаем его, даже если не слышим слов:

Я сегодня до зари встану.

По широкому пройду полю.

Что-то с памятью моей стало,

Все, что было не со мной – помню.

Бьют дождинки по щекам впалым,

Для вселенной двадцать лет – мало,

Даже не был я знаком с парнем,

Обещавшим: «Я вернусь, мама!»

Схема логаэда U U – U – U – – U (анапест +ямб +ямб + хорей) слишком ассоциируется именно с этим текстом.

Дольник

Дольник – термин с не очень четким значением. Сам термин был введен В. Я. Брюсовым, однако у Брюсова он означал не совсем то, о чем сейчас пойдет речь. Некоторые специалисты (например, А. П. Квятковский) вообще категорически не принимают этого термина, однако он прижился и вошел в терминологический обиход большинства стиховедов (М. Л. Гаспаров, В. Е. Холшевников, Н. А. Бого­мо­лов и др.). У разных авторов термин различается оттенками смысла, но в целом расхождения эти не так уж велики. Поскольку единой традиции понимания термина нет, далее речь пойдет о том, какое значение нам кажется наиболее удачным. Приводить разные точки зрения, отличающиеся чаще всего нюансами, в пределах данного пособия кажется излишним, это тонкости стиховедения, а сейчас речь идет об азах этой науки.

Дольник – это свободный (вольный) логаэд. Если логаэд комбинирует силлабо-тонические стопы по какой-то строго определенной схеме, то дольник делает это произвольно. Чаще всего комбинируются двухсложные и трехсложные стопы. Порой безударные слоги вообще выпадают, тогда можно говорить или о дольнике, более тяготеющем к тонической системе, либо о так называемом тактовике – особом ритме. Единства мнений здесь нет, поскольку нет и четких границ между дольником и тактовиком.

Тренированный слух отличит дольник (при всем бесконечном разнообразии его вариаций) сразу. У дольника характерное «рваное» звучание:

Настоящую нежность не спутаешь

Ни с чем, и она тиха.

Ты напрасно бережно кутаешь

Мне плечи и грудь в меха.

И напрасно слова покорные

Говоришь о первой любви,

Как я знаю эти упорные

Несытые взгляды твои! (А. Ахматова)

Проще всего почувствовать, как силлабо-тоника «переходит» в дольник, если провести небольшой эксперимент. Давайте создадим конструированное стихотворение, написанное, например, трехстопным анапестом:

Как всегда, ты забыла отправить

Мне письмо из своей суеты…

Что же делать! Придется оставить

О несбыточном счастье мечты.

О литературных достоинствах этого конструированного текста речь сейчас, разумеется, не идет, нас интересует ритмический эксперимент. Метрическая схема трехстопного анапеста U U – U U – U U – .

Чтобы «сделать» дольник, нам надо оставить по три ритмических «кусочка» в строке, но изменить слова так, чтобы не все эти «кусочки» стали анапестами. Причем, сделаем это с разными по позиции в стихе стопами. Проще всего убрать односложные слова, находящиеся в ритмически слабых позициях:

Как всегда, забыла отправить

Письмо из недр суеты.

Что делать! Надо оставить

О несбыточном счастье мечты.

Последнюю строчку мы оставили без изменения, но стих зазвучал иначе. Это уже звучание дольника.

Этот пример, конечно, не должен сбивать с толку. Серьезный поэт не пишет «сначала силлабо-тоникой», чтоб потом ее ломать, он уже мыслит дольником. Но зато мы наглядно увидели сущность ритмических изменений.

Дольники очень любил А. Блок:

Его встречали повсюду

На улицах в сонные дни.

Он шел и нес свое чудо,

Спотыкаясь в морозной тени.

К дольникам часто обращался С. Есенин. Вспомним знаменитую «Песнь о собаке»:

В синюю высь звонко

Глядела она, скуля,

А месяц скользил тонкий

И скрылся за холм в полях.

И глухо, как от подачки,

Когда бросят ей камень в смех,

Покатились глаза собачьи

Золотыми звездами в снег.

Дольники очень популярны и сегодня. Ритмически они представляют собой как бы переходное звено от силлабо-тонической к тонической системе. Но поскольку «остатки стоп» все же ощущаются, дольник чаще рассматривают как особый вариант силлабо-тоники.

Тоническая система

Термин «тоническая система» понимается в нескольких смыслах. В широком смысле слова – это все стихи, где учитывается ударение. Тогда силлабо-тоника – это вариант тонической системы. Однако чаще этот термин употребляется в узком смысле – как «чистая» тоника, учитывающая только ударения и практически не учитывающая безударные. Принято различать два вида тонических стихов (впрочем, границы здесь очень условные):

Тактовик – это стих с колебаниями числа безударных вокруг ударного от нуля до трех-четырех

Акцентный стих – стих с колебаниями числа безударных от нуля до (теоретически) бесконечности, а практически – до восьми. Более глубокие колебания в русской поэзии, насколько нам известно, не зафиксированы. В реальности просто трудно произнести сочетание слогов из одного ударного и более чем восьми безударных.

Тонический акцентный стих был характерен для многих жанров народной поэзии, в письменной же литературе он сначала не прижился: был вытеснен силлабикой, а затем силлабо-тоникой. «Прописку» акцентному стиху в письменной литературе обеспечил уже в XX веке такой новатор ритма, как В. Маяковский:

Я недаром вздрогнул.

Не загробный вздор.

как расплавленное лето,

В блюдечках-очках спасательных кругов.

Как я рад, что ты живой

дымной жизнью труб,

Здесь совершенно бесполезно искать стопы, даже «расшатанные», как в дольнике. Ритм держится не столько на словесных ударениях, сколько на акцентном выделении слов или даже группы слов.

После Маяковского энергетику тонического стиха почувствовали многие поэты, и сегодня это одна из популярных ритмических систем. Вполне возможны и комбинации тоники и силлабо-тоники. В частности, на такой пример ссылается известный специалист по «переходным ритмам» Ю. Б. Орлицкий [1] :

Там хорошо, где нас нет:

В солнечном лесу, в разноцветной капле,

Под дождем, бормочущим «крибле-крабле»,

В зелени оранжевой на просвет.

На краю сиреневой пустоты

Человек, как черточка на бумаге.

Летчик, испугавшийся высоты,

Открывает глаза в овраге.

Воздух скручивается в петлю

По дуге от чужого к родному.

Человек произносит: «Люблю!»

И на ощупь выходит из дому.

Ночь, как время, течет взаперти.

День, как ангел, стоит на пороге.

Человек не собьется с пути,

Потому что не знает дороги.

Это стихотворение Дмитрия Веденяпина интересно тем, что начинается в системе «чистой тоники», затем плавно переходит в дольник, а заканчивается «классическим» анапестом. Правда, сам анапест в таком окружении начинает звучать по-особому, но различать такие тонкости можно лишь по мере накопления опыта и знаний.

Читать еще:  Кто переводил стихи эдгара по

Свободный стих (верлибр)

Свободный стих (верлибр) появился в русской поэзии лишь в конце XIX века, хотя истоки его мы можем обнаружить и раньше. Верлибр – это слабо упорядоченный ритмически стих, чаще всего нерифмованный. Формальным признаком верлибра является разбивка на строки и, соответственно, подчеркивание межстиховых пауз. Однако не любой «разломанный» на строки прозаический текст станет верлибром. При кажущейся ритмической свободе верлибр вовсе не произволен. В нем ощущается внутренняя ритмика, позволяющая сразу почувствовать, что это именно стих. Кроме того, в верлибрах много так называемых «вторичных» примет поэзии: инверсий, стыков, повторов, значительно усилена (по сравнению с прозой) метафоризация речи. Вот, например, знаменитый верлибр А. Блока:

Она пришла с мороза,

Ароматом воздуха и духов,

И совсем неуважительной к занятиям

Она немедленно уронила на пол

Толстый том художественного журнала,

И сейчас же стало казаться,

Что в моей большой комнате

Очень мало места.

Совершенно прав был известный поэт И. Бродский (большой мастер верлибров), когда замечал, что «когда пишешь верлибром, должен быть какой-то организующий принцип». Этот организующий принцип может быть разным, но он все равно должен присутствовать. В противном случае получится не прекрасный стих, а плохая проза.

[1] Подробнее об этом см.: Орлицкий Ю. Б. Заметки о современном русском стихе // http://www.arion.ru/mcontent.php?year=2&number=106&idx=2100

Дольник, тоническая система, свободный стих

Что такое дольник в стихах

Мысль, вооруженная рифмами

Цель этой антологии — показать на образцах русской поэзии особенности русского стиха. История стиха — существенная часть истории поэзии, поэтому книга в значительной мере отражает и ее историю. Однако стихотворные произведения подбирались здесь прежде всего для показа истории развития русского стиха, его метрики, ритмики, строфики, интонации.

В каждый исторический период были излюбленные жанры, стихотворные размеры, строфы и т. п., ими писались и пишутся сотни и тысячи стихотворений. Но лучшие поэты постоянно искали новые выразительные средства, и нередко единичные в свое время формы становились впоследствии широко распространенными. Поэтому в антологии наряду с популярными формами представлены и более редкие. В результате количественное соотношение популярных и более редких размеров и строф здесь нарушено; зато ярче рисуется картина поэтических поисков каждой поры.

Составитель стремился помещать в антологию целые стихотворения, но это не всегда было возможно. Длинные произведения пришлось приводить в отрывках. Многие шедевры не попали в книгу. Так, например, драматический 5-стопный ямб представлен отрывком из «Орлеанской девы» Жуковского, а написанные этим размером драматические произведения Пушкина, А. К. Толстого, А. Н. Островского остались за пределами антологии; помещены вольные ямбы басен и элегий, а «Горе от ума» и «Маскарад» лишь названы.

В конце книги дан указатель употребленных стиховедческих терминов, совмещенный со списком сокращений, и краткий указатель литературы по стиховедению. Примечания к стихотворениям имеют стиховедческий характер. Реальный комментарий дается только в том случае, если стихотворение без него непонятно.

В каждом разделе все стихотворения обозначены порядковыми номерами. Отсылки на стихи даются в круглых скобках: римской цифрой указывается раздел, арабской — порядковый номер стихотворения; при ссылках на стиховедческие работы в тексте в квадратных скобках приводятся фамилия автора и номер страницы.[1]

Большинство стихотворений печатается по 2-му изданию большой серии «Библиотеки поэта». Перепечатки из других изданий оговорены в примечаниях.

Составитель благодарит рецензентов К. Д. Вишневского и М. Л. Гаспарова за ценные советы и замечания.

Настоящая антология по истории русского стиха — первый опыт книги такого рода, поэтому просчеты и недостатки в ней неизбежны. Составитель просит все замечания и пожелания направлять по адресу: 199164, Ленинград, Университетская набережная, 7/9, Издательство ЛГУ.

Что такое русский стих

Почему мысль из головы поэта выходит уже вооруженная четырьмя рифмами, размеренная стройными однообразными стопами?

…У вас ересь. Говорят, что в стихах — стихи не главное. Что же главное? проза? должно заранее истребить это гонением, кнутом, кольями…

Салтыков-Щедрин, убежденный прозаик, шутил, что писать стихи — все равно, что ходить по разостланной по полу веревочке, да еще на каждом шагу приседая. Однако нет на свете народа, у которого не было бы стихотворной речи; на ранних стадиях культурного развития она слита с напевом, потом стих отделяется от породившей его песни, сохраняя некоторые ее черты: ритмичность и выделенность звуков слова.

Некоторые полагают, что содержание стихов то же, что и прозы, что поэзия отличается от нее лишь «красивой формой». Это глубокое заблуждение. Проделаем простой опыт — попробуем выразить прозой, изменив лишь порядок слов, содержание одного знаменитого стихотворения: Я вас любил, может быть, в моей душе любовь не совсем угасла, но пусть она больше вас не тревожит. Я не хочу ничем вас печалить.

Слова те же, что и у Пушкина, но содержание их очень обеднено. Исчезли деление на стихотворные строчки, ритмическое движение фразы, рифма — и потускнели нежность, любовь, доброта, деликатность, уважение, возвышенное благородство чувств; вместо выражения переживаний остался сухой их перечень.

Вот почему неверно старинное сравнение содержания художественного произведения с вином, а формы — со стаканом.

Форма органически связана с содержанием и, более того, форма содержательна.

Чем же отличается стихотворная речь от прозы? Очень удачно это определил Б. В. Томашевский: «1) стихотворная речь дробится на сопоставимые между собой единицы (стихи), а проза есть сплошная речь; 2) стих обладает внутренней мерой (метром), а проза ею не обладает… Для современного восприятия первый пункт значительнее второго» <Томашевский, 10>.

Оба признака придают речи ритмичность. Первый интернационален. На языках всех народов принято теперь каждый стих печатать отдельной строкой, выделяя его тем самым как основную единицу стихотворной речи. Второй признак сугубо национален и зависит от фонетического строя данного языка, прежде всего от характера слогообразующих гласных.

Следует предостеречь читателя от появляющихся время от времени «музыкальных» («тактометрических») теорий стихотворного ритма. Суть их сводится к тому, что речевой ритм отождествляется с музыкальным, а стих — с музыкальным тактом, равным по длительности произношения другому такту (стиху).

Несостоятельность «музыкальных» теорий стиха давно доказана и теоретически <Жирмунский, 14, 16–18; Томашевский, 29, 33–38>, и методами экспериментальной фонетики <Теория стиха, 211–217>.

Ритм стихов — не музыкальный, а речевой: «В стихе нет ничего, кроме того, что есть в языке» <Тимофеев, 14>. В разговоре, на вывесках, в газетных заголовках постоянно встречаются словосочетания, которые в стихотворном контексте звучали бы как стихи: «Ремонт велосипедов» — 3-стопный ямб, «Овощи и фрукты» — 3-стопный хорей и т. д. Но то, что случайно и незаметно в прозе, организовано и ясно слышно в стихах.

Какова же «внутренняя мера» русского стиха? В русском стихе ударение в слове подвижно, т. е. может стоять на любом слоге слова: в начале, в середине, в конце (в отличие, например, от польского, в котором ударение падает на предпоследний слог). Изменение места ударения может менять значение слова (мука́ — му́ка) или его грамматическую форму (ру́ки — руки́). Поэтому ударный гласный звук произносится энергично, а безударный редуцируется (т. е. сокращается) и менее отчетлив. Основа ритмичности русского стиха — более или менее урегулированное чередование качественно неравноправных ударных и безударных слогов, при этом главенствующее значение принадлежит ударным. Это общий родовой признак русского стиха; такой стих называют тоническим. Тонический стих имеет ряд по-разному звучащих видов. Самая строгая его форма — так называемый силлабо-тонический стих, в котором чередование ударных и безударных слогов урегулировано наиболее отчетливо. Он господствовал в русской поэзии с конца 30-х годов XVIII в. до XX в., затем потерял свое монопольное положение, но живет и развивается и в наши дни.

Его противоположность, самая свободная форма — акцентный, или чисто тонический, стих, в котором урегулировано, и то не всегда строго, только расположение ударных слогов, а количество безударных между ними произвольно. Между силлабо-тоникой и акцентным стихом расположен ряд переходных форм. Рассмотрим все эти формы в порядке постепенного убывания урегулированности, что в основном будет соответствовать историческому развитию русского стиха.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector