0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Как назывались блокноты куда пушкин писал стихи

Как назывались блокноты куда пушкин писал стихи

К сожалению, ни один документальный источник не сохранил тексты первых сочинений маленького Александра. Его младший брат и литературный секретарь Лев Пушкин вспоминал:

«Страсть к поэзии проявилась в нем с первыми понятиями: на восьмом году (то есть примерно в 1807 году. — Прим. ред.), умея уже читать и писать, он сочинял на французском языке маленькие комедии». Эти пьески юный Пушкин обожал разыгрывать для старшей сестры Ольги.

Самые ранние из сохранившихся стихотворений поэта, датированные периодом между 1809 и 1811 годом, известны сегодня как раз благодаря Ольге Пушкиной (в замужестве — Павлищевой). Их записал с ее слов, а позже опубликовал в «Материалах для биографии А.С. Пушкина» историк литературы и литературный критик Павел Анненков:

«Первые попытки авторства, вообще рано проявляющиеся у детей, пристрастившихся к чтению, обнаружились у Пушкина, разумеется, на французском языке и отзывались влиянием знаменитого комического писателя Франции [Мольера]. Пушкин любил импровизировать комедийки и, по общему согласию с сестрой, устроил нечто вроде театра, где автором и актером был брат, а публикой — сестра. Раз как-то публика освистала его пьесу «L’Escamoteur» [«Похититель»]. Автор отделался от оскорбления эпиграммой, сохранившейся доселе в памяти тогдашнего судьи»:

К сожалению, ни один документальный источник не сохранил тексты первых сочинений маленького Александра. Его младший брат и литературный секретарь Лев Пушкин вспоминал: «Страсть к поэзии проявилась в нем с первыми понятиями: на восьмом году (то есть примерно в 1807 году. — Прим. ред.), умея уже читать и писать, он сочинял на французском языке маленькие комедии». Эти пьески юный Пушкин обожал разыгрывать для старшей сестры Ольги.

Самые ранние из сохранившихся стихотворений поэта, датированные периодом между 1809 и 1811 годом, известны сегодня как раз благодаря Ольге Пушкиной (в замужестве — Павлищевой). Их записал с ее слов, а позже опубликовал в «Материалах для биографии А.С. Пушкина» историк литературы и литературный критик Павел Анненков:

«Первые попытки авторства, вообще рано проявляющиеся у детей, пристрастившихся к чтению, обнаружились у Пушкина, разумеется, на французском языке и отзывались влиянием знаменитого комического писателя Франции [Мольера]. Пушкин любил импровизировать комедийки и, по общему согласию с сестрой, устроил нечто вроде театра, где автором и актером был брат, а публикой — сестра. Раз как-то публика освистала его пьесу «L’Escamoteur» [«Похититель»]. Автор отделался от оскорбления эпиграммой, сохранившейся доселе в памяти тогдашнего судьи: »

Dis moi, pourquoi l’Escamoteur
Est-il sifflé par le parterre?
Hélas! c’est que le pauvre auteur
L’escamota de Molière.

Скажите мне, почему «Похититель»
Освистан партером?
Увы, потому что бедный автор
Похитил его у Мольера. (Пер. с франц.)

Известно еще одно маленькое стихотворение, которое Пушкин сочинил до поступления в лицей. Его также опубликовал Павел Анненков:

Je chante ce combat, que
Toly remporta,
Où maint guerrier périt, où Paul se signala,
Nicolas Maturin et la belle Nitouche,
Dont la main fut le prix d’une horrible escarmouche.

Пою сей бой, в котором
Толи одолел,
Где погиб не один воин, где Поль отличился,
Никола Матюрин и прекрасная Нитуш,
Рука которой была трофеем ужасной стычки.
(Пер. с франц.)

«Стишки гладенькие и легкие. Они были предшественниками таких же русских стихов, которые Пушкин начал писать уже в лицее, — писал Анненков. — Авторство шло параллельно с его чтением. Ознакомившись с Лафонтеном, Пушкин стал писать басни. Начитавшись «Генриады», он задумал поэму в шести песнях, но здесь останавливает нас одна характеристическая особенность. Это была не героическая поэма, как следовало бы ожидать, а шуточная. Содержанием послужила война между карлами и карлицами во времена Дагоберта. Карло последнего, по имени Толи, был героем ее, почему и вся поэма называется «La Tolyade» («Толиада»). Начиналась она вышеуказанным четверостишием. Все это было во вкусе того, что слышал Пушкин вокруг себя и чему он довольно долго подражал, как увидим после. Гувернантка похитила тетрадку поэта и отдала мосье Шеделю, жалуясь, что «мосье Александр» за подобными вздорами забывает о своих уроках. Шедель расхохотался при первых стихах. Раздраженный автор тут же бросил в печку свое произведение».

На какой бумаге писал Пушкин? Тайны усадьбы Гончаровых

Предлагаю вам провести день в старинной усадьбе Гончаровых! Целый день гулять по тихим аллеям и представлять, как бегала здесь юная, но уже очаровательная Наташа… Смотреть на окна господского дома — там, за одним из них, Пушкин просил руки Натальи у её деда Афанасия Николаевича…

Зайти в дом и пройтись по залам: вот в этом поэт ссорился со своей будущей тёщей из-за приданного, а в этом выпивал рюмку домашней настойки вместе с отцом своей невесты, который это дело очень уважал…

Посидеть в Пушкинской беседке… Пушкин сидел в ней часами, любуясь речкой и сочиняя. Может, милый экспромт «Я влюблён, я очарован, Я совсем огончарован…» родился именно здесь, в этой беседке? И попробовать в кафе «Гончаров», расположенном в бывшем доме конюха, фирменную «Афанасьевскую» кашу…

И узнать всё про историю бумаги, и своими руками изготовить бумажный лист в новом, с иголочки, музее бумаги. Аллея в парке
Фото: anashina.com

Это ни с чем не сравнимое удовольствие — прогуливаться по барской усадьбе. А если ещё эта усадьба хранит память о великом нашем поэте…

Крестьянские дети, жившие в Полотняном Заводе, Пушкина побаивались.

«Еще бы не знать Пушкина! Бывало, сидят они на балконе, а мы детьми около бегаем. Черный такой был, конопатый, страшный из себя», — так много позже вспоминал поэта крепостной художник, не оставивший, к сожалению, ни одного пушкинского портрета.

А Пушкин любил имение Гончаровых, мечтал его выкупить и, когда бывал здесь, много работал. И каждое утро, если позволяла погода, купался в Суходреве…
На первом этаже усадьбы
Фото: anashina.com

«…Кабы Заводы были мои, так меня бы в Петербург не заманили и московским калачом. Жил бы себе барином», — писал он жене. И добавлял: «…я прочел, что Пугачев поручил Хлопуше грабеж заводов — слышишь ли, моя Хло-Пушкина? Ограбь заводы и возвратись с добычей».

А в 1837 году, через три недели после смерти Пушкина, через Спасские ворота в имение въехала карета, в которой сидела почерневшая от горя Натали и 4 её детей. Она провела здесь долгих 2 года в трауре, как и просил её муж перед смертью…

Читать еще:  Стихи девушке которую обидел

Местные аллеи помнят её лёгкую походку… Жаль, что не сохранился «Красный» дом, где и жила эти 2 года Наталья Гончарова и где любил ночевать Пушкин, будучи здесь в гостях. Говорят, что на стенах этого дома было множество автографов поэта…

А кого только не видели стены Главного барского дома! Здесь квартировал Кутузов со своим штабом, заезжали Гоголь, сёстры Гнесины, отдыхал Луначарский… И императрица Екатерина II, в память о посещении которой Полотняного Завода в Германии была заказана бронзовая статуя.
Парадная лестница
Фото: anashina.com

Императрица, кстати, очень удивилась богатству имения и строго спросила у хозяина: «Что это у тебя, Гончаров, куда ни взгляни, сплошь каменные постройки?» «А на меня, Ваше Величество, три раза золотой дождь шел», — ответил Гончаров, имея в виду три войны с участием парусного флота, которые его и обогатили. Ведь полотна гончаровских фабрик славились в мире-море, и, по свидетельствам современников, весь английский флот того времени ходил под парусами из них. «Бронзовая бабушка» (воспроизведение оригинальной скульптуры)
Фото: anashina.com

А судьба бронзовой статуи достойна пера Пушкина — он, кстати, называл её «бронзовая бабушка». Сначала она не понравилась заказчику — Афанасию Гончарову, и позже была отдана Пушкину в качестве… приданого! Поэт увёз её с собой, продал и через несколько лет статуя всплыла в Екатеринославле (Днепропетровске), а во время войны оказалась в личной коллекции Геринга.

В 1943 году она была переплавлена и пошла на оснащение немецкой подлодки. Лодка была потоплена. Масляное пятно на глади моря — всё, что осталось от приданого Натальи Гончаровой…

Копия этой многострадальной скульптуры стоит в одном из изысканных залов дома Гончаровых — в императорской опочивальне, и её покойное одиночество нарушает лишь пение канареек, коих в доме-музее огромное количество. Зал
Фото: anashina.com

Но Полотняный Завод — это не только полотно для парусов. Это бумага, это старейшая в России бумажная фабрика, работающая до сих пор, и это недавно открытый музей бумаги с экзотическим названием «Бузеон».

Музей расположен в бывших складских помещениях фабрики, которые за все годы вросли в землю чуть ли не на метр. Их очистили, отреставрировали и превратили в модное и познавательное арт-пространство, в лофт, в котором интересно будет всем. Здесь все станки работают, шумит-гремит водяная мельница, притягивают взор бумажные китайские зонтики и веера, японские ширмы, оригами, скульптуры, одежда, игрушки. Всё сделано… разумеется, из бумаги! Кабинет
Фото: anashina.com

Где и когда появилась бумага? Что связывает бумагу и… осиные гнёзда? Как при Полотняном заводе появилась бумажная фабрика? Из «какого сора» делали первую бумагу, а делали её именно из сора? Почему семья Гончаровых сначала разбогатела, выпуская полотно и бумагу, а потом разорилась? Что можно сотворить из бумаги? А из простого бумажного листа, оказывается, можно делать совершенно восхитительные вещи, и вы их увидите и даже попытаетесь повторить работу мастеров. Что Пушкин, кроме «бронзовой бабушки», получил в приданое и какие деловые отношения связывали его с Гончаровыми?

Музей уникальный, «авторский», с интересными мастер-классами и квестами, с комнатами, будто перенесёнными сюда машиной времени из средневековых Японии и Азии. Вы сможете даже побыть в роли восточного каллиграфа и поймёте, почему китайцы советуют для успокоения души заниматься каллиграфией. В музее бумаги «Бузеон»
Фото: Источник

А отношение к бумаге после посещения музея у вас поменяется кардинально! Вам жаль будет выбрасывать даже ненужный чек из продуктового магазина — ведь за этим чеком стоит такая интересная история и такой труд…

Тетрадка, которую вы соберёте сами и по собственному дизайн-проекту, ещё долго будет напоминать вам об этом прекрасном месте — Полотняный Завод, музей бумаги «Бузеон». Место, где творилась российская история …

А знаете ли вы… историю обычного блокнота?

Мы нашли несколько занятных фактов из “жизни” этого простого и уже так прочно вошедшего в наш обиход предмета.

Сведения о времени появления первой тетради разнятся, но можно сказать, что примерно появилось это изобретение в 7 веке. По логике вещей, блокнот не сильно отличается от тетради по конструкции и должен был бы появиться если не вместе со своим родителем, то уж не сильно позже.

И тем не менее, пришлось подождать. История его началась в 17 веке и неутомимо продолжается по сей день. На этом пути мы сделаем несколько остановок и расскажем о наиболее ярких событиях, которые привели нас к современным блокнотам и ежедневникам.

Впервые блокнот потребовался французам — при дворе Людовика XIV любили писать записочки и передавать их было принято незаметно. А как передашь даме во время бала длинный бумажный свиток так, чтобы никто не обратил на это внимания? Пришлось искать возможные пути.

К тому же, эти записки не должны были быть просто клочками бумаги, это была целая культура, и потребность в эстетике присутствовала немалая. Для хранения и удобства использования листочки содержались в специальной маленькой обложке-книжечке. Как правило, они были еще и предварительно согнуты так, чтобы можно было быстро свернуть послание конвертом и скрыть от посторонних глаз.

Вот таким и был первый блокнот.

Следующая история тоже родом из Франции, но несколько более поздняя. В городе Туре 200 лет назад появилось маленькое семейное производство хозяйственных блокнотов для бытовых нужд. Это были книжицы, перетянутые резинкой во избежание утери листов, с твердой, непромокаемой обложкой и со скругленными углами, которые не впивались в ногу, если положить блокнот в карман брюк. Назывались они “молескины” от двух слов “mole” (крот) и “skin” (кожа), кротовая или, как еще говорили, чертова кожа была прочной и отлично защищала бумагу с записями по хозяйству. Кстати, бумага, которую использовали в производстве не идет ни в какое сравнение с современными листами цвета слоновой кожи. Нет, это были прессованные бумажные отходы.

Словом, такие записные книжки быстро вошли в моду. И постепенно, со временем, перестали предназначаться только для быта, перейдя из рук кухарок в руки деятелей искусства. Так, например, путешественник Брюс Чатвин любил именно молескины, хотя на его век уже было изобретено множество других разновидностей блокнотов. Само собой разумеется, что качество бумаги и обложки серьезно возросло с изменением целевой аудитории.

А вот перфорацию листов, для того, чтобы быстро и аккуратно отрывать листы, не прибегая к помощи ножниц, придумал всем известный Марк Твен, создатель “Приключений Тома Сойера”. Что бы мы делали без его прекрасной идеи!

Читать еще:  Ты лучшее что было в моей жизни стихи

Многие великие личности использовали блокнот в качестве “сети для ускользающих мыслей” (Б. Чатвин), и эти записные книжки стали теперь музейными экспонатами. Так, например, хранятся сейчас записи Пикассо и Ван Гога.

В 19 веке блокнотами пользовались в основном актеры, писатели, художники, журналисты. В частности известно, что многие актеры использовали свои записные книжки в качестве суфлера, чтобы не забывать текст.

Постепенно блокнот модернизировался, менялась бумага, которую использовали на производстве, изобретались новые материалы для обложки, была придумана персонализация с помощью разных способов тиснения, перфорация углов, всевозможные закладки, вставки, внутренние карманы, конверты и еще множество деталей. Очевидно, что сегодня выбор огромен.

Ну, а группа компаний ”Самсон” в свою очередь предлагает обширный ассортимент различных блокнотов, чтобы вы могли порадовать своих покупателей. К тому же именно сейчас цены в каталоге снижены на большинство моделей.

Приобретайте качественный товар по самой выгодной цене!

Что было у Пушкина в книжном шкафу?

Приблизительное время чтения: 10 мин.

Наверняка у каждого из нас дома есть хотя бы одна книга Пушкина. А у кого-то даже целое собрание сочинений! Представить домашнюю библиотеку без томика Александра Сергеевича просто невозможно. Но что же было в книжном шкафу у самого гения русской поэзии? «Фома» рассказывает о 7 книгах с книжной полки поэта!

Уильям Шекспир. «Ромео и Джульетта»

«У меня кружится голова после чтения «Шекспира. Я как будто смотрю в бездну», — признавался Пушкин. Имя английского драматурга русский поэт начинает упоминать уже в 1820-х годах. Впервые шекспировская цитата появляется во второй главе «Евгения Онегина» (1823): это слова «Poor Yorick!» «Бедный Иорик!» — восклицание Гамлета над черепом шута (примечание Пушкина) из трагедии «Гамлет». Владимир Ленский вспоминает эти слова при посещении сельского кладбища.

Шекспир оказал большое влияние на творчество Пушкина. Свою драму «Борис Годунов» Пушкин создавал под несомненным влиянием Шекспира. Отсылки к автору «Макбета» и «Бури» есть во многих пушкинских стихотворениях. Например, шекспировские образы есть в «Кин­жале» (1821), а в позднем поэтическом тексте «Не дорого ценю я громкие права» (1836) Пушкин снова цитирует Гамлета: «Слова, слова, слова».

«Читайте Шекспира» — советует поэт в одном из своих писем. Сохранился подробный отзыв Пушкина о трагедии «Ромео и Джульетта». Он с восхищением пишет, что в этой пьесе «отразилась Италия, с ее климатом, страстями, праздниками, негой, сонетами, с ее роскошным языком, исполненным блеска». Помимо итальянского драматического колорита, Пушкин отмечал очаровательных главных героев, однако среди действующих лиц особенно симпатизировал Меркуцио, которого считал «образцом молодого кавалера того времени. Изысканный, привязчивый, благородный Меркутио есть замечательнейшее лицо из всей трагедии».

Вальтер Скотт. «Роб Рой»

В 1820-1830-х годах произведения Вальтера Скотта пользовались огромным успехом у читателей во всем мире. Пушкин не стал исключением и признавался, что романы «шотландского чародея» — «это моя пища души». Историческая правдивость, жизненность, широкая и объективная народность текстов Скотта привлекала Пушкина больше всего:

«Главная прелесть его романов состоит в том, что мы знакомимся с прошедшим временем не с напыщенностью французских трагедий, — не с чопорностию чувствительных романов — не с достоинством истории, но современно, но домашним образом. Тут наоборот что нас очаровывает в историческом романе — это то, что историческое в них есть подлинно то, что мы видим. »

Так, Пушкин очень ценил исторический роман «Роб Рой» (1817) о национальном герое Шотландии Роберте Рое, разбойнике, которого именуют «шотландским Робин Гудом».

В «Капитанской дочке», где Пушкин поднимает тему крестьянского восстания, хорошо заметно увлечение русского поэта этой книгой Скотта. Оба романа социальные с сильным авантюрно-семейным сюжетным элементом, сконцентрированы на «смутных» моментах истории XVIII века. Оба представляют собой «рукописи»-отчеты об «ошибках, доблестях и увлечениях молодости», в которых довольно много схожих сюжетных поворотов (например, картина набега на крепость). А образ вождя Роба Роя, симпатизирующего главному герою-молодому человеку, очень напоминает Пугачева. Также стоит заметить, что в «Капитанской дочке» пушкинисты видят переклички не только с романом «Роб Рой», но и с другими текстами Скотта: «Эдинбургской темницей», «Уэверли» и т.д.

Жан де Лафонтен. «Басни»

«Певец любезный, мудрец простосердечный, Ванюша Лафонтен!» — так ласково в своем «Городке» Пушкин вспоминал французского баснописца Жана де Лафонтена, с произведениями которого он познакомился еще в детстве. Еще ребенком Пушкин сам пробовал сочинять басни. Также Лафонтен входил в обязательную программу обучения в Царскосельском лицее. В 1815 году, описывая свое уединение в Захарове, Пушкин пишет: «Вот здесь под дубом наклоненным с Горацием и Лафонтеном в приятных погружен мечтах».

Лафонтен писал не только басни: Пушкин высоко ценил его сказки, повести и поэмы. Русского поэта особенно привлекал необычный стиль Лафонтена: не назидательный, как, например, в баснях Эзопа, а очень непосредственный, легкий, близкий каждому человеку. Французский автор учил трезвому и ясному взгляду на жизнь, изящно затрагивал темы уединения человека и любви. След текстов Лафонтена заметен в сказочной поэме Пушкина «Руслан и Людмила», где описание волшебного сада Черномора, как считают многие исследователи-пушкинисты, является красноречивой отсылкой к одному из текстов Лафонтена «Любовь Психеи и Купидона». Также, например, в стихотворении Пушкина «Аквилон» (аквилон — «северный ветер») встречаются басенные мотивы Лафонтена.

Недавно черных туч грядой
Свод неба глухо облекался,
Недавно дуб над высотой
В красе надменной величался.

Но ты поднялся, ты взыграл,
Ты прошумел грозой и славой —
И бурны тучи разогнал,
И дуб низвергнул величавый.

Пускай же солнца ясный лик
Отныне радостью блистает,
И облачком зефир играет,
И тихо зыблется тростник.

Хорас Уолпол. «Замок Отранто»

В 1834 году библиотека Пушкина пополнилась одним примечательным лондонским изданием (поэт неплохо знал английский язык и читал оригинальную литературу). Это был популярнейший в Англии роман под названием «Замок Отранто». Это был первый в истории литературы готический роман, а его автор, Хорас Уолпол, родоначальник этого жанра, был одним из самых известных европейских авторов XVIII века. В 1750 году он начал строить маленький готический замок в небольшом поместье в окрестностях Лондона. Уолпол писал: «мой дом похож на монастырь»: там были арочные окна с фигурами святых, зал, в котором можно было молиться, арки, стены с готическими узорами, витражные окна с фигурами святых. Именно сюда писатель поместил место действия своего романа «Замка Отранто» (1764) о всевозможных сверхъестественных явлениях и чудесах на территории старинного замка.

Читать еще:  Мальчик который читает стихи

Помимо романа Уолпола, в пушкинской библиотеке были другие классические готические романы: «Старый английский барон» Клары Рив, «Ватек» Уильяма Бекфорда и «Венецианский разбойник» Мэтью Грегори Льюиса. Увлечение Пушкина готикой отразилось в некоторых его известных текстах. Например, в «Гробовщике» и в «Пиковой даме», в которой он использует не только устойчивые мистические готические образы (например, призрака или загадочной тайны, которую необходимо узнать герою), но и пародирует штампы готического романа.

Николай Гоголь. «Вечера на хуторе близ Диканьки»

Пушкин и Гоголь были хорошо знакомы, вели переписку и нередко встречались. Например, летом 1831 года Гоголь, совсем молодой и начинающий автор, жил в Павловске и почти каждый вечер уезжал в гости в Царское Село, где жили Пушкин и Василий Жуковский. Гоголь нередко обращался к Пушкину за советом, просил помочь ему устроиться на службу в университет, подсказать сюжеты для произведений.

Первая книга Гоголя — сборник повестей «Вечера на хуторе близ Диканьки» (1829-1832), куда входит знаменитая «Ночь перед Рождеством», произвела на Пушкина глубокое впечатление. Он писал: «Сейчас прочел «Вечера близ Диканьки». Они изумили меня. Вот настоящая веселость, искренняя, непринужденная, без жеманства, без чопорности. А местами какая поэзия! какая чувствительность! Все это так необыкновенно в нашей нынешней литературе, что я доселе не образумился. Мне сказывали, что когда издатель вошел в типографию, где печатались «Вечера», то наборщики начали прыскать и фыркать, зажимая рот рукою». Книга Гоголя была такая смешная и веселая, что наборщики «помирали со смеху». Пушкин также назвал гоголевские «Вечера. » «изумительной русской книгой». Пушкин отмечал впоследствии эволюцию и совершенствование стиля Гоголя. «Невский проспект» поэт особенно любил, а «шутливая, трогательная идиллия» повесть «Старосветские помещики» заставила Пушкина смеяться «сквозь слезы грусти и умиления». Гоголевского же «Тараса Бульбу» Пушкин и вовсе сравнивал с текстами одного из своих любимых писателей — Вальтера Скотта.

Джордж Гордон Байрон. «Корсар»

Влияние Байрона на Пушкина было очень велико: русский поэт сам признавался, что «сходил с ума» от чтения английского поэта-романтика. Байрон «подарил» европейской лирической романтической поэме центрального сильного («байронического») героя и описание его внутренних переживаний, которые доминируют над действием поэмы. Именно Байрон создал в поэмах особую атмосферу действия — экзотические картины Востока, его природу, обитателей и соответствующие этой обстановке сюжетные ходы — битвы, похищения, переодевания, проделки разбойников и т. д.

В 1813—1816 годах Байрон создал цикл поэм, подсказанных его путешествием на Восток. Это так называемые «восточные поэмы»: «Гяур», «Абидосская невеста», «Корсар», «Осада Коринфа», «Лара» и «Паризина». «Восточные поэмы» повторяют одну и ту же сюжетную схему. В них присутствуют три основных действующих лица: герой, его возлюбленная и его противник. Под непосредственным влиянием этих «восточных поэм» возникли так называемые «южные поэмы» Пушкина (1820—1824). Под этим названием объединяются «Кавказский пленник», «Братья-разбойники», повествовательный отрывок «Вадима», «Бахчисарайский фонтан» и «Цыганы». Название «южные поэмы» имеет двоякий смысл: во-первых, поэмы написаны в ссылке, на юге России (за исключением «Цыган», законченных в селе Михайловском); во-вторых, они в основном описывают экзотический Юг.

Пушкин, как и его английский «коллега», показывает нам в «южных поэмах» необычную, романтическую, приключенческую обстановку: есть и лагерь разбойников, и кочующие цыгане, и дикие племена свободных черкесов, и гарем крымского султана. Особенное сходство литературоведы замечают между поэмами «Кавказский пленник» Пушкина и «Корсар» Байрона. Образы поэм действительно очень похожи, вплоть до развитий отношений главного героя-пленника и влюбленной в него красавицы: девушка открывает герою свою любовь и узнает о том, что он любит другую.

Библия

Венчает список главная книга человечества — Библия. Известно, что в библиотеке Пушкина хранилась Библия в переводе на французский язык, изданная Российским Библейским обществом в Петербурге в 1817 году. То есть русский поэт, превосходно знавший французский, прочитал Библию в современном переводе до того, как появился её перевод с церковно-славянского и греческого на русский: Новый Завет с Псалтырью были впервые переведены на русский в 1820 году. Новый Завет 1824 года также хранился в библиотеке поэта. Ветхозаветные же книги (кроме Псалтири) так и не были переведены на русский язык при жизни Пушкина и могли быть читаемы либо на церковнославянском, либо в переводах на другие европейские языки.

На протяжении всей жизни в личных письмах поэт нередко сообщал, что читает Священное Писание. С самого детства Пушкин был знаком с православными традициями, посещал церковные службы, был внимательным читателем православной богословской литературы и часто использовал библейские сюжеты, мотивы и цитаты в своем творчестве. Достаточно вспомнить стихотворение «Пророк» (1826), в основу которого положен библейский сюжет о видении пророку Исайи Господа Саваофа, окруженного серафимами, или стихотворение «Отцы пустынники и жены непорочны» (1836) — переложение покаянной молитвы преподобного Ефрема Сирина.

Известно следущее высказывание Пушкина о Библии: «Есть книга, коей каждое слово истолковано, объяснено, проповедано во всех концах земли, применено ко всевозможным обстоятельствам жизни и происшествиям мира; из коей нельзя повторить ни единого выражения, которого не знали бы все наизусть, которое не было бы уже пословицею народов; она не заключает уже для нас ничего неизвестного; но книга сия называется Евангелием, — и такова ее вечно новая прелесть, что если мы, пресыщенные миром или удрученные унынием, случайно откроем ее, то уже не в силах противиться ее сладостному увлечению и погружаемся духом в ее божественное красноречие». Друг Пушкина, поэт Василий Жуковский, замечал изменения, произошедшие в Пушкине в последние годы его жизни: «Как Пушкин созрел, и как развилось его религиозное чувство! Он несравненно более верующий, чем я. »

Использованная литература: В. Жирмунский «Байрон и Пушкин», Н. Захаров «Шекспир в творческой эволюции Пушкина», Н. Захаров «Ромео и Джульетта Шекспира в критике и поэтике А. С. Пушкина», В. Вацуро «Готический роман в России», Г. Лукач «Пушкин и Вальтер Скотт», Д. Якубович «„Капитанская дочка“ и романы Вальтер Скотта», Б. Томашевский «Пушкин и Лафонтен», «Переписка А. С. Пушкина. В 2-х т. Т. 2», К. Дубровина «Библейские образы и библеизмы в произведениях А.С. Пушкина», Ф. Кичатов «Христианские мотивы в творчестве А.С. Пушкина», Н. Саяпина «Кавказский пленник» А.С. Пушкина и «Корсар» Дж. Г. Байрона: к проблеме жанра и романтического героя».

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector