0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Какой поэт писал стихи с матом

uCrazy.ru

  • Войти через Соц.сети
  • Регистрация
  • Забыли пароль?

Навигация

  • 3D игры
  • Фотоприколы
  • Фотоподборки
  • Гифки
  • Демотиваторы
  • Видео
  • Знаменитости
  • Интересное
  • Фильмы и трейлеры
  • Анекдоты и истории
  • Хайтек
  • Авто / Мото
  • Спорт
  • Музыка
  • Флеш игры и ролики
  • Всячина
  • Животные
  • В хорошие руки
  • Жесть
  • Девушки
  • Конкурс
  • Новости сайта
  • On-Line Игры
  • Реклама на сайте

ЛУЧШЕЕ ЗА НЕДЕЛЮ

  • Виктор Васнецов. Образ тво.
  • Random GIFs
  • Весёлые
  • Заведи себе служанку
  • Так себе картинки
  • Картинки и мемы для настро.
  • Подборка приколов
  • Картинки
  • Гифки
  • Девушки без предрассудков
  • Весёлые
  • Картинки и мемы для настро.
  • Чуток картинок
  • Гифки
  • Гифки
  • Откровенно о сокровенном: .
  • Гифки
  • Нестандартный юмор 🙂
  • Гифки
  • Картинки
  • Есть еще лучше!

ОПРОС

СЕЙЧАС НА САЙТЕ

  • 17 пользователей

КАЛЕНДАРЬ

Сегодня день рождения

Рекомендуем

Матерные стихотворения известных русских поэтов.

Александр Пушкин
С утра садимся мы в телегу,
Мы рады голову сломать
И, презирая лень и негу,
Кричим: пошёл! *бёна мать!
(“Телега жизни”)

.
Молчи ж, кума; и ты, как я, грешна,
А всякого словами разобидишь;
В чужой п*зде соломинку ты видишь,
А у себя не видишь и бревна!
(“От всенощной вечор. ”)
.
Мы пили — и Венера с нами
Сидела, прея, за столом.
Когда ж вновь сядем вчетвером
С бл*дьми, вином и чубуками?
(“27 мая 1819”)
.
Подойди, Жанета,
А Луиза — поцелуй,
Выбрать, так обидишь;
Так на всех и встанет х*й,
Только вас увидишь.
(“Сводня грустно за столом”)

Ты помнишь ли, как были мы в Париже,
Где наш казак иль полковой наш поп
Морочил вас, к винцу подсев поближе,
И ваших жён похваливал да ёб?
(“Рефутация г-на Беранжера”)

А шутку не могу придумать я другую,
Как только отослать Толстого к х*ю.

Накажи, святой угодник,
Капитана Борозду,
Разлюбил он, греховодник,
Нашу матушку п*зду.

Аполлон Григорьев

Прощай, холодный и бесстрастный
Великолепный град рабов,
Казарм, борделей и дворцов,
С твоею ночью, гнойно-ясной,
С твоей холодностью ужасной
К ударам палок и кнутов.
С твоею подлой царской службой,
С твоим тщеславьем мелочным,
С твоей чиновнической жопой,
Которой славны, например,
И Калайдович, и Лакьер.
С твоей претензией — с Европой
Идти и в уровень стоять.
Будь проклят ты, *бена мать!

Николай Некрасов

Наконец из Кенигсберга
Я приблизился к стране,
Где не любят Гуттенберга
И находят вкус в говне.
Выпил русского настою,
Услыхал «ебёну мать»,
И пошли передо мною
Рожи русские писать.

Сергей Есенин
***

Ветер веет с юга
И луна взошла,
Что же ты, бл*дюга,
Ночью не пришла?

Не пришла ты ночью,
Не явилась днем.
Думаешь, мы дрочим?
Нет! Других *бём!

Не тужи, дорогой, и не ахай,
Жизнь держи, как коня, за узду,
Посылай всех и каждого на х*й,
Чтоб тебя не послали в п*зду!

Владимир Маяковский

Не те
бл*ди,
что хлеба
ради
спереди
и сзади
дают нам
ебти,
Бог их прости!
А те бл*ди —
лгущие,
деньги
сосущие,
ебать
не дающие —
вот бл*ди
сущие,
мать их ети!

ГИМН ОНАНИСТОВ
Мы,
онанисты,
ребята
плечисты!
Нас
не заманишь
титькой мясистой!
Не
совратишь нас
п*здовою
плевой!
Кончил
правой,
работай левой.

Нам *бля нужна
как китайцам
рис.
Не надоест х*ю
радиомачтой топорщиться!
В обе дырки
гляди —
не поймай
сифилис.
А то будешь
перед врачами
корчиться!

Эй, онанисты,
кричите «Ура!» —
машина *бли
налажена,
к вашим услугам
любая дыра,
вплоть
до замочной
скважины.

Лежу
на чужой
жене,
потолок
прилипает
к жопе,
но мы не ропщем —
делаем коммунистов,
назло
буржуазной
Европе!
Пусть х*й
мой
как мачта
топорщится!
Мне все равно,
кто подо мной —
жена министра
или уборщица!

Алексей Добряков
***
Когда расступаются тучи
И с неба сияет звезда —
О члене большом и могучем
В мечтах молодая п*зда.

Не все, что судьба предвещает,
Имеет достойный конец.
И вот уж п*зду навещает
Зажатый в руке огурец!

Один при члене при своем,
Один — такое дело.
А та, что числится при нем,
Смертельно надоела.
И хоть приставлена судьбой,
Но все ж сказала гнусно:
«Я ухожу — и х*й с тобой!»
Да, х*й со мной. Но грустно.

Матерные стихи великих поэтов. 16+

Мат (матерщи́на, ма́терный язык, ма́терная ру́гань, устаревшее — лая матерная) — наиболее грубая разновидность ненормативной лексики в русском и в близких к нему языках…
Известны и более ранние случаи употребления (в том числе в виде «ребусов» с многоточиями) мата в литературе, в частности, в произведениях классических авторов:
А. С. Пушкина,В. В. Маяковского и др.,
— сообщает нам Википедия.

О том, что у поэтов есть стихи с крепкими словечками, я думаю, слышал каждый.
Что-то об этом я слышал в школе, что-то от старшего поколения, и вот, недавно, решил найти это всё дело в интернете.
Конечно, полностью на 100 процентов, нельзя сказать, что подлинность авторства гарантирована, но слог каждого поэта очень хорошо прослеживается.
Как говорится, нет дыма без огня.
Собственно, сами стихи:

Александр Пушкин

С утра садимся мы в телегу,
Мы рады голову сломать
И, презирая лень и негу,
Кричим: пошёл! Е*ёна мать!
(“Телега жизни”)

Молчи ж, кума; и ты, как я, грешна,
А всякого словами разобидишь;
В чужой пиз*е соломинку ты видишь,
А у себя не видишь и бревна!
(“От всенощной вечор. ”)

Мы пили — и Венера с нами
Сидела, прея, за столом.
Когда ж вновь сядем вчетвером
С б*ядьми, вином и чубуками?
(“27 мая 1819”)

Подойди, Жанета,
А Луиза — поцелуй,
Выбрать, так обидишь;
Так на всех и встанет х*й,
Только вас увидишь.
(“Сводня грустно за столом”)

Ты помнишь ли, как были мы в Париже,
Где наш казак иль полковой наш поп
Морочил вас, к винцу подсев поближе,
И ваших жён похваливал да ё*?
(“Рефутация г-на Беранжера”)

Сергей Есенин

Ветер веет с юга
И луна взошла,
Что же ты, б*ядюга,
Ночью не пришла?

Не пришла ты ночью,
Не явилась днем.
Думаешь, мы дрочим?
Нет! Других е*ём!

Не тужи, дорогой, и не ахай,
Жизнь держи, как коня, за узду,
Посылай всех и каждого на х*й,
Чтоб тебя не послали в пиз*у!

Читать еще:  40 лет совместной жизни какая свадьба стихи

Мне бы женщину — белую, белую
Ну а впрочем какая разница
Я прижал бы ее с силой к дереву
И в задницу, в задницу, в задницу

Владимир Маяковский

Не те
б*яди,
что хлеба
ради
спереди
и сзади
дают нам
е*ти,
Бог их прости!
А те б*яди —
лгущие,
деньги
сосущие,
е*ать
не дающие —
вот б*яди
сущие,
мать их ети!

Мы,
онанисты,
ребята
плечисты!
Нас
не заманишь
титькой мясистой!
Не
совратишь нас
пи*довою
плевой!
Кончил
правой,
работай левой.

Нам е*ля нужна
как китайцам
рис.
Не надоест х*ю
радиомачтой топорщиться!
В обе дырки
гляди —
не поймай
сифилис.
А то будешь
перед врачами
корчиться!

Эй, онанисты,
кричите «Ура!» —
машина е*ли
налажена,
к вашим услугам
любая дыра,
вплоть
до замочной
скважины.

Лежу
на чужой
жене,
потолок
прилипает
к жопе,
но мы не ропщем —
делаем коммунистов,
назло
буржуазной
Европе!

Пусть х*й
мой
как мачта
топорщится!
Мне все равно,
кто подо мной —
жена министра
или уборщица!

вы видели розы?
а я на них срал!
стране нужны паровозы,
нам нужен металл!
товарищ!
не охай,
не ахай!
не дёргай узду!
коль выполнил план,
посылай всех
в пи*ду
не выполнил —
сам
иди
на
х*й

Аполлон Григорьев

Прощай, холодный и бесстрастный
Великолепный град рабов,
Казарм, борделей и дворцов,
С твоею ночью, гнойно-ясной,
С твоей холодностью ужасной
К ударам палок и кнутов.
С твоею подлой царской службой,
С твоим тщеславьем мелочным,
С твоей чиновнической жопой,
Которой славны, например,
И Калайдович, и Лакьер.
С твоей претензией — с Европой
Идти и в уровень стоять.
Будь проклят ты, е*ена мать!

Николай Некрасов

Наконец из Кенигсберга
Я приблизился к стране,
Где не любят Гуттенберга
И находят вкус в говне.
Выпил русского настою,
Услыхал «ебёну мать»,
И пошли передо мною
Рожи русские писать.

Алексей Добряков

Когда расступаются тучи
И с неба сияет звезда —
О члене большом и могучем
В мечтах молодая пи*да.

Не все, что судьба предвещает,
Имеет достойный конец.
И вот уж пи*ду навещает
Зажатый в руке огурец!

Один при члене при своем,
Один — такое дело.
А та, что числится при нем,
Смертельно надоела.
И хоть приставлена судьбой,
Но все ж сказала гнусно:
«Я ухожу — и х*й с тобой!»
Да, х*й со мной. Но грустно.

org_gorod_tomsk

  • Добавить в друзья
  • RSS

СНГ — Старый Новый Город Томск

Мат (матерщи́на, ма́терный язык, ма́терная ру́гань, устаревшее — лая матерная) — наиболее грубая разновидность ненормативной лексики в русском и в близких к нему языках…
Известны и более ранние случаи употребления (в том числе в виде «ребусов» с многоточиями) мата в литературе, в частности, в произведениях классических авторов:
А. С. Пушкина,В. В. Маяковского и др.,
— сообщает нам Википедия.

О том, что у поэтов есть стихи с крепкими словечками, я думаю, слышал каждый.
Что-то об этом я слышал в школе, что-то от старшего поколения, и вот, недавно, решил найти это всё дело в интернете.
Конечно, полностью на 100 процентов, нельзя сказать, что подлинность авторства гарантирована, но слог каждого поэта очень хорошо прослеживается.
Как говорится, нет дыма без огня.
Собственно, сами стихи:

Александр Пушкин

С утра садимся мы в телегу,
Мы рады голову сломать
И, презирая лень и негу,
Кричим: пошёл! Е*ёна мать!
(“Телега жизни”)

Молчи ж, кума; и ты, как я, грешна,
А всякого словами разобидишь;
В чужой пиз*е соломинку ты видишь,
А у себя не видишь и бревна!
(“От всенощной вечор. ”)

Мы пили — и Венера с нами
Сидела, прея, за столом.
Когда ж вновь сядем вчетвером
С б*ядьми, вином и чубуками?
(“27 мая 1819”)

Подойди, Жанета,
А Луиза — поцелуй,
Выбрать, так обидишь;
Так на всех и встанет х*й,
Только вас увидишь.
(“Сводня грустно за столом”)

Ты помнишь ли, как были мы в Париже,
Где наш казак иль полковой наш поп
Морочил вас, к винцу подсев поближе,
И ваших жён похваливал да ё*?
(“Рефутация г-на Беранжера”)

Сергей Есенин

Ветер веет с юга
И луна взошла,
Что же ты, б*ядюга,
Ночью не пришла?

Не пришла ты ночью,
Не явилась днем.
Думаешь, мы дрочим?
Нет! Других е*ём!

Не тужи, дорогой, и не ахай,
Жизнь держи, как коня, за узду,
Посылай всех и каждого на х*й,
Чтоб тебя не послали в пиз*у!

Мне бы женщину — белую, белую
Ну а впрочем какая разница
Я прижал бы ее с силой к дереву
И в задницу, в задницу, в задницу

Владимир Маяковский

Не те
б*яди,
что хлеба
ради
спереди
и сзади
дают нам
е*ти,
Бог их прости!
А те б*яди —
лгущие,
деньги
сосущие,
е*ать
не дающие —
вот б*яди
сущие,
мать их ети!

Мы,
онанисты,
ребята
плечисты!
Нас
не заманишь
титькой мясистой!
Не
совратишь нас
пи*довою
плевой!
Кончил
правой,
работай левой.

Нам е*ля нужна
как китайцам
рис.
Не надоест х*ю
радиомачтой топорщиться!
В обе дырки
гляди —
не поймай
сифилис.
А то будешь
перед врачами
корчиться!

Эй, онанисты,
кричите «Ура!» —
машина е*ли
налажена,
к вашим услугам
любая дыра,
вплоть
до замочной
скважины.

Лежу
на чужой
жене,
потолок
прилипает
к жопе,
но мы не ропщем —
делаем коммунистов,
назло
буржуазной
Европе!

Пусть х*й
мой
как мачта
топорщится!
Мне все равно,
кто подо мной —
жена министра
или уборщица!

вы видели розы?
а я на них срал!
стране нужны паровозы,
нам нужен металл!
товарищ!
не охай,
не ахай!
не дёргай узду!
коль выполнил план,
посылай всех
в пи*ду
не выполнил —
сам
иди
на
х*й

Аполлон Григорьев

Прощай, холодный и бесстрастный
Великолепный град рабов,
Казарм, борделей и дворцов,
С твоею ночью, гнойно-ясной,
С твоей холодностью ужасной
К ударам палок и кнутов.
С твоею подлой царской службой,
С твоим тщеславьем мелочным,
С твоей чиновнической жопой,
Которой славны, например,
И Калайдович, и Лакьер.
С твоей претензией — с Европой
Идти и в уровень стоять.
Будь проклят ты, е*ена мать!

Николай Некрасов

Наконец из Кенигсберга
Я приблизился к стране,
Где не любят Гуттенберга
И находят вкус в говне.
Выпил русского настою,
Услыхал «ебёну мать»,
И пошли передо мною
Рожи русские писать.

Читать еще:  Стихи кто нас защищает

Алексей Добряков

Когда расступаются тучи
И с неба сияет звезда —
О члене большом и могучем
В мечтах молодая пи*да.

Не все, что судьба предвещает,
Имеет достойный конец.
И вот уж пи*ду навещает
Зажатый в руке огурец!

Один при члене при своем,
Один — такое дело.
А та, что числится при нем,
Смертельно надоела.
И хоть приставлена судьбой,
Но все ж сказала гнусно:
«Я ухожу — и х*й с тобой!»
Да, х*й со мной. Но грустно.

Очень много мата. Матерные стихи великих поэтов

Мат (матерщи?на, ма?терный язык, ма?терная ру?гань, устаревшее лая матерная) — наиболее грубая, обсценная разновидность ненормативной лексики в русском и в близких к нему языках….

Известны и более ранние случаи употребления (в том числе в виде «ребусов» с многоточиями) мата в литературе, в частности, в произведениях классических авторов: А. С. Пушкина , В. В. Маяковского и др., — сообщает нам Википедия.

С утра садимся мы в телегу,
Мы рады голову сломать
И, презирая лень и негу,
Кричим: пошёл! Е*ёна мать!
(“Телега жизни”)

.
Молчи ж, кума; и ты, как я, грешна,
А всякого словами разобидишь;
В чужой пиз*е соломинку ты видишь,
А у себя не видишь и бревна!
(“От всенощной вечор. ”)
.
Мы пили — и Венера с нами
Сидела, прея, за столом.
Когда ж вновь сядем вчетвером
С б*ядьми, вином и чубуками?
(“27 мая 1819”)
.
Подойди, Жанета,
А Луиза — поцелуй,
Выбрать, так обидишь;
Так на всех и встанет х*й,
Только вас увидишь.
(“Сводня грустно за столом”)

Ты помнишь ли, как были мы в Париже,
Где наш казак иль полковой наш поп
Морочил вас, к винцу подсев поближе,
И ваших жён похваливал да ё*?
(“Рефутация г-на Беранжера”)

Ветер веет с юга
И луна взошла,
Что же ты, б*ядюга,
Ночью не пришла?

Не пришла ты ночью,
Не явилась днем.
Думаешь, мы дрочим?
Нет! Других е*ём!

Не тужи, дорогой, и не ахай,
Жизнь держи, как коня, за узду,
Посылай всех и каждого на х*й,
Чтоб тебя не послали в пиз*у!

***
Мне бы женщину — белую, белую
Ну а впрочем какая разница
Я прижал бы ее с силой к дереву
И в задницу, в задницу, в задницу

Не те
б*яди,
что хлеба
ради
спереди
и сзади
дают нам
е*ти,
Бог их прости!
А те б*яди —
лгущие,
деньги
сосущие,
е*ать
не дающие —
вот б*яди
сущие,
мать их ети!

Мы,
онанисты,
ребята
плечисты!
Нас
не заманишь
титькой мясистой!
Не
совратишь нас
пи*довою
плевой!
Кончил
правой,
работай левой.

Нам е*ля нужна
как китайцам
рис.
Не надоест х*ю
радиомачтой топорщиться!
В обе дырки
гляди —
не поймай
сифилис.
А то будешь
перед врачами
корчиться!

Эй, онанисты,
кричите «Ура!» —
машина е*ли
налажена,
к вашим услугам
любая дыра,
вплоть
до замочной
скважины.

Лежу
на чужой
жене,
потолок
прилипает
к жопе,
но мы не ропщем —
делаем коммунистов,
назло
буржуазной
Европе!
Пусть х*й
мой
как мачта
топорщится!
Мне все равно,
кто подо мной —
жена министра
или уборщица!

вы видели розы?
а я на них срал!
стране нужны паровозы,
нам нужен металл!
товарищ!
не охай,
не ахай!
не дёргай узду!
коль выполнил план,
посылай всех
в пи*ду
не выполнил —
сам
иди
на
х*й

Прощай, холодный и бесстрастный
Великолепный град рабов,
Казарм, борделей и дворцов,
С твоею ночью, гнойно-ясной,
С твоей холодностью ужасной
К ударам палок и кнутов.
С твоею подлой царской службой,
С твоим тщеславьем мелочным,
С твоей чиновнической жопой,
Которой славны, например,
И Калайдович, и Лакьер.
С твоей претензией — с Европой
Идти и в уровень стоять.
Будь проклят ты, е*ена мать!

Наконец из Кенигсберга
Я приблизился к стране,
Где не любят Гуттенберга
И находят вкус в говне.
Выпил русского настою,
Услыхал «ебёну мать»,
И пошли передо мною
Рожи русские писать.

***
Когда расступаются тучи
И с неба сияет звезда —
О члене большом и могучем
В мечтах молодая пи*да.

Не все, что судьба предвещает,
Имеет достойный конец.
И вот уж пи*ду навещает
Зажатый в руке огурец!

Один при члене при своем,
Один — такое дело.
А та, что числится при нем,
Смертельно надоела.
И хоть приставлена судьбой,
Но все ж сказала гнусно:
«Я ухожу — и х*й с тобой!»
Да, х*й со мной. Но грустно.

Какой поэт писал стихи с матом

(о ненормативной лексике в поэзии)

Опубликовано в журнале Арион, номер 4, 2012

(о ненормативной лексике в поэзии)

…Но зато перебросилась брань

На поэзию: в отрасли этой

Малонужной, немного смешной,

Я всегда говорил, что отсталой, —

Виртуозный сверкает, сплошной,

Оскорбительный мат небывалый!

Сплошной, хотя и далеко не всегда виртуозный, мат ворвался в русскую поэзию в начале 1990-х — поначалу в его употреблении удержу не знали. За десятилетие новизна и, соответственно, сила воздействия приема поистерлись, и поток несколько схлынул. Но это не значит, что совсем иссяк. Сегодня бывшенепечатные выражения вполне спокойно смотрят на читателя со страниц солидных литературных журналов и поэтических сборников, будто они уравнены в правах со всеми другими словами русского языка.

И тем не менее полного и непритворного равнодушия к ним не получается — видимо, этому противостоит сама природа некогда табуированных культурой слов с их, как точно подметил Ю.Левин, “иллокутивной силой”: “ругательства не только стилистически маркированы… более существенно то, что, употребляя их, я не только хочу выразить это грубо (что относится к стилистике), но и хочу, так сказать, “выразить грубость”, совершить “акт грубости”, то есть, если угодно, “бранный иллокутивный акт””*. Вопрос в том, совместима ли брань с поэзией, причем поэзией, что называется, “высокой”, а не с ее малыми линиями — шуточной, кощунственно-обсценной или сатирически-“ямбической” (идущей еще от Архилоха).

* Ю.Левин. Об обсценных выражениях русского языка. — Анти-мир русской культуры. М., 1996.

Читать еще:  Стих улыбнись когда на небе тучи

Первое побуждение — заявить, что поэзия, будучи областью полной и совершенной свободы, может пользоваться всеми словами и регистрами русского языка. А если кому-то это кажется оскорблением общественной морали и порчей нравов, то можно и на этот счет привести мнение умнейшего мужа России, который в “Опровержении на критики” высказался в том духе, что литература существует не для пятнадцатилетних девиц и не для тринадцатилетних мальчиков. Защитники матерных выражений в поэзии тут непременно прибавят, что Пушкин и сам ими баловался.

С другой стороны, Пушкин именно что баловался ими: допустимость матерщины тесно связывается у него — как и у всех его предшественников на поэтическом поприще, начиная с Ломоносова, — с вполне определенной жанровой системой. Мат допускался (и даже приветствовался) на ее нижних, “не для печати”, этажах — в пародиях, эпиграммах, стихотворных попытках поставить на место зарвавшегося врага, бурлескных стихах и даже в дружеских посланиях на неустаревающую тему веселой пирушки, участники которой готовы ревностно служить Вакху и Киприде. Здесь мат получает вид народной простоты выражений или “шутки, вдохновенной сердечной веселостию”, показателем “веселого и бодрого расположения духа”. Выходит что-то вроде воспоминания о вечере в тесном кругу друзей:

Мы пили — и Венера с нами

Сидела, прея за столом.

Когда ж вновь сядем вчетвером

С блядьми, вином и чубуками?

Или забавнейшей ссоры Антипьевны с Марфушкою:

В чужой пизде соломинку ты видишь,

А у себя не видишь и бревна.

Все это — не более чем беззлобная шутка, и матерные слова парадоксально маркируют здесь стихию домашности и простоты, без которых юмор вообще немыслим. Кстати, создается впечатление, что совсем изгоняют мат из поэтической практики люди и эпохи, лишенные чувства юмора и бегущие от простоты, как черт от ладана, — не случайно у символистов обсценных выражений в стихах не сыщешь: их общеизвестная склонность к мрачной эротике никак не совмещалась с матерной бесхитростной простотой и, в общем-то, антиэротичностью. “Стихотворения, коих цель горячить воображение любострастными описаниями… превращая ее божественный нектар в воспалительный состав” (Пушкин), писались ими в самых изысканных выражениях.

Ну а в первой половине XIX столетия обсценная лексика в стихах еще воспринималась как игровой элемент и даже, по справедливому наблюдению Андрея Зорина, маркер принадлежности к узкому кругу интеллектуальной элиты, реализующей “элитарность культурной позиции через ее снятие”*. Иначе говоря, бравировать нарушениями табу склонны только “круги, уверенные в своем культурном статусе”, тогда как социальные слои, приобщившиеся к культуре недавно, напротив, пытаются упрочить свое положение через ужесточение запретов и воспринимают мат, по выражению Е.Тоддеса, как “нарушение неких правил игры, согласно которым литература должна говорить красиво, не должна воспроизводить некультурное”**. Утверждение это, кажется, совершенно универсальное: в 1990-х и далее литературный мат тоже будет производиться в основном культурной элитой, интеллигенцией.

Кроме того, как будет и в ситуации 1980—1990-х годов, в пушкинское время использование ненормативной лексики нередко связывалось с “фигой в кармане” властям (и провоцировалось размышлениями о ситуации в России). Это заметил еще Огарев в предисловии к сборнику “Русская потаенная литература XIX столетия”, изданному им в 1861 г. в Лондоне: “…как ни странно встретить в одной книге поэзию гражданских стремлений и поэзию неприличную… они связаны больше, чем кажется. В сущности они ветви одного дерева, и в каждой неприличной эпиграмме вы найдете политическую пощечину. Любовь к непристойностям, общая всем народам, очень домашняя у русского народа, всегда — у нас, как и везде, — находила выражение в литературе”***.

* А.Зорин. Легализация обсценной лексики и ее культурные последствия. — Анти-мир русской культуры.

** Е.А.Тоддес. Энтропии вопреки (О поэзии Тимура Кибирова). — “Родник” № 4/ 1990.

*** Н.П.Огарев. Избранное. М., 1977.

Больше, чем эпиграммы (вроде пушкинской “На Аракчеева”), в этом отношении интересно “Сравнение Петербурга с Москвой” П.Вяземского:

Стихи с матами! Великих классиков.

Великие классики! Стихи с матами!

Здравствуйте дорогие читатели! Сегодня решил запилить такую тему как, стихи великих классиков с нецензурными выражениями! Собрав более менее стихи с «действительно» не слабыми выражениями.. и так на старт:

Сергей Есенин!

Ветер веет с юга!

Ветер веет с юга

Что же ты, б**дюга,

Ночью не пришла?

Не пришла ты ночью,

Не явилась днем.

Думаешь, мы дрочим?

Не смотри, что рассеян в россыпь!

Не смотри, что рассеян в россыпь,

что ломаю и мну себя,

Я раздел эту девку — Осень

, и забылся, ее *бя.Ах ты с*ка!

Такое теломеж бл**ьми мне не сыскать!

Сладкой влагой плодов вспотела,

кольца ягод в твоих сосках. Распахнула!

О алый бархат, губ и губ! сумасшедший визг!

Не могу! Позовите Баха! он напишет “сонату пи*д”.

Ах пора ты моя живая! Голова — голова — минет.

Разрывает меня, сжигает, я кончаю…простите мне.

Владимир Маяковский

Стоит баба с ж*пой метр на метр!

Стоит баба с жопой метр на метр

В очереди за продовольствием.

Отрастить бы себе х*й

Силу в кулак, волю в узду!

Чувства в кулак, волю в узду!

Выполнил план — посылай всех в п*ду!

А не выполнил —Сам иди на*й!

Александр Пушкин!

Недавно тихим вечерком!

Недавно тихим вечерком

Пришел гулять я в рощу нашу

И там у речки под дубком

Увидел спящую Наташу.

Вы знаете, мои друзья,

К Наташе вдруг подкравшись, я

Поцеловал два раза смело,

Спокойно девица моя

Во сне вздохнула, покраснела;

Я дал и третий поцелуй,

Она проснуться не желала,

Тогда я ей засунул *й —

И тут уже затрепетала.

Александр Пушкин

Тень Баркова

Однажды зимним вечерком

В бордели на Мещанской

Сошлись с расстригою попом

Поэт, корнет уланской

Московский модный молодец,

Подьячий из Сената,

Да третьей гильдии купец,

Да пьяных два солдата.

Всяк пуншу осушил бокал,

Лег с бл**ью молодою

И на постели откачал

Вот этот стих считаю 1-н из лучших!

Наум Коржавин!

Ты разве женщина? О нет!

Наврали все, что ты такая.

Ведь я, как пугало, одет,

А ты меня не избегаешь.

Пусть у других в карманах тыщи,

Но — не кокетка и не бл**ь —

Поэзия приходит к нищим,

Которым нечего терять.

Уажаемые читатели! Если вам понравилась публикация.. пожалуйста оцените! С Уважением Юрий!

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector