0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Кто автор стихов каждый выбирает по себе женщину религию дорогу

Юрий Левитанский — Каждый выбирает для себя: Стих

Каждый выбирает для себя
женщину, религию, дорогу.
Дьяволу служить или пророку —
каждый выбирает для себя.

Каждый выбирает по себе
слово для любви и для молитвы.
Шпагу для дуэли, меч для битвы
каждый выбирает по себе.

Каждый выбирает по себе.
Щит и латы. Посох и заплаты.
Мера окончательной расплаты.
Каждый выбирает по себе.

Каждый выбирает для себя.
Выбираю тоже — как умею.
Ни к кому претензий не имею.
Каждый выбирает для себя.

Анализ стихотворения «Каждый выбирает для себя» Левитанского

Стихотворение «Каждый выбирает для себя» Юрия Давидовича Левитанского было опубликовано в 1983 году, но оно останется актуальным в любое время. Проблема выбора часто встает перед человеком, и каждому приходится принимать какое-то решение, влияющее в дальнейшем на всю его жизнь.

Поэт рассуждает о том, что все люди свободны и сами делают выбор, от которого зависит их судьба. Он выделяет самые значимые из них. Люди сами выбирают свой жизненный путь, строят свои нравственные качества – «дьяволу служить или пророку». Самостоятельно определяют, с кем связать свою судьбу, семейные отношения и дружбу. Выбирают профессию и занятие.

Правильный выбор всегда сложно сделать, каждый полагается на свой личный опыт, чувства, вкусы и интересы. Важно обдумать все возможные варианты и их последствия. И далеко не всегда видно сразу, что правильно, а что нет. А в некоторых случаях выбирать приходится по принуждению. Но за будущее от своих решений каждый всегда расплачивается сам, выбирая даже саму «меру окончательной расплаты», которая может выражаться в душевных ранах, проблемах со здоровьем, потере интересов, вынужденной необходимостью заниматься нелюбимым делом.

Каждый наш день состоит из череды принятых решений. Каким-то человек придает небольшое значение, совершая их автоматически из раза в раз. Другие же влияют на всю судьбу в дальнейшем, поэтому всегда важно видеть ценность такого выбора.

Три из катренов посвящены описанию мыслей автора извне, размышлениям и наказам. Последний же противопоставлен остальным, в нем поэт переходит на повествование от первого лица, говоря о том, что он, как и все, тоже постоянно делает выбор. И принимает он эти решения, как умеет, ведь это нелегко для каждого, и для автора тоже. Он показывает, что все его размышление основано на личном опыте. И Левитанский подчеркивает, что «ни к кому претензий не имеет», как бы говоря, что и на свой счет он их также не принимает.

Стихотворение написано в жанре повествования, философских размышлений. Пятистопный хорей с опоясывающей рифмовкой. Первая и последняя строчка в каждом катрене повторяются, что создает некую закольцованность четверостиший. Этим приемом автор выделяет основной посыл своего произведения, остальными строками лишь разъясняя главную мысль.

Произведение затрагивает очень важную тему. Выбор это всегда сложно, особенно если он повлияет на всю дальнейшую судьбу. И важно понимать, что каждый сам ответственен за принятые решения, и прежде, чем винить других, следует об этом задуматься.

Ю. Левитанский

Ю. Левитанский Каждый выбирает для себя
Школа Поэзии
Юрий Левитанский

КАЖДЫЙ ВЫБИРАЕТ ДЛЯ СЕБЯ

Каждый выбирает для себя
женщину, религию, дорогу.
Дьяволу служить или пророку —
каждый выбирает для себя.

Каждый выбирает по себе
слово для любви и для молитвы.
Шпагу для дуэли, меч для битвы
каждый выбирает по себе.

Каждый выбирает по себе.
Щит и латы. Посох и заплаты.
Меру окончательной расплаты
каждый выбирает по себе.

Каждый выбирает для себя.
Выбираю тоже — как умею.
Ни к кому претензий не имею.
Каждый выбирает для себя.
_____
Из школы в сердце уношу. С благодарностью.

***
Ю. Левитанский Диалог у новогодней елки
Школа Поэзии
Юрий Левитанский

ДИАЛОГ У НОВОГОДНЕЙ ЕЛКИ

— Что происходит на свете? — А просто зима.
— Просто зима, полагаете вы? — Полагаю.
Я ведь и сам, как умею, следы пролагаю
в ваши уснувшие ранней порою дома.

— Что же за всем этим будет? — А будет январь.
— Будет январь, вы считаете? — Да, я считаю.
Я ведь давно эту белую книгу читаю,
этот, с картинками вьюги, старинный букварь.

— Чем же все это окончится? — Будет апрель.
— Будет апрель, вы уверены? — Да, я уверен.
Я уже слышал, и слух этот мною проверен,
будто бы в роще сегодня звенела свирель.

— Что же из этого следует? — Следует жить,
шить сарафаны и легкие платья из ситца.
— Вы полагаете, все это будет носиться?
— Я полагаю, что все это следует шить.

— Следует шить, ибо сколько вьюгЕ ни кружить,
недолговечны ее кабала и опала.
— Так разрешите же в честь новогоднего бала
руку на танец, сударыня, вам предложить!

— Месяц — серебряный шар со свечою внутри,
и карнавальные маски — по кругу, по кругу!
— Вальс начинается. Дайте ж, сударыня, руку,
и — раз-два-три,
раз-два-три,
раз-два-три,
раз-два-три.
***

В ожидании дел невиданных
из чужой страны
в сапогах, под Берлином выданных,
я пришел с войны.

Огляделся.
Над белым бережком
бегут облака.
Горожанки проносят бережно
куски молока.

И скользят,
на глаза на самые
натянув платок.
И скрежещут полозья санные,
и звенит ледок.

Очень белое все
и светлое —
ах, как снег слепит!
Начинаю житье оседлое —
позабытый быт.

Пыль очищена,
грязь соскоблена —
и конец войне.
Ничего у меня не скоплено,
все мое — на мне.

Я себя в этом мире пробую,
я вхожу в права —
то с ведерком стою над прорубью,
то колю дрова.

Растолку картофель отваренный —
и обед готов.
Скудно карточки отоварены
хлебом тех годов.

Но шинелка на мне починена,
нигде ни пятна.
Ребятишки глядят почтительно
на мои ордена.

И пока я гремлю,
орудуя
кочергой в печи,
все им чудится:
бьют орудия,
трубят трубачи.

Но снежинок ночных кружение,
заоконный свет —
словно полное отрешение
от прошедших лет.

Ходят ходики полусонные,
и стоят у стены
сапоги мои, привезенные
из чужой страны.

Юрий Левитанский. Стороны света.
Москва: Советский писатель, 1959.
***

Он лежал на спине,
как ребенок,
я поил его чаем из ложки,
вытирал его лоб и губы
влажной больничной марлей,
не отходя от него
все десять дней и ночей,
не зная еще,
что будут они последними.
Он лежал на спине,
как ребенок,
глядя печально
куда-то перед собой.
— Трудно,- любил говорить он,-
бывает
только первые пятьдесят лет.-
Это была его любимая поговорка.
Легкой жизни не знал он.
Ничего за жизнь не скопил.
— После войны,-
говорил, размечтавшись когда-то,-
всем куплю по буханке хлеба
и одну из них съем
сам.-

Читать еще:  Анализ стиха кое-как удалось разлучиться

Так за всю свою жизнь
ничего не скопил,
ничего не имел.
Не умел.

Чувство юмора
было единственным
его капиталом —
тем единственным
драгоценным металлом,
которым столь щедро
его наделил господь.

Господи,
помоги же и мне
до последнего дня
не растратить его
и сберечь,
королевское это
наследство —
кстати сказать,
далеко не худшее средство
для безбедного существованья
на этой земле.

ВОСПОМИНАНЬЕ О СКРИПКЕ

Откуда-то из детства
бумажным корабликом,
запахом хвойной ветки,
рядом со словом полька
или фольга,
вдруг выплывает
странное это слово,
шершавое и смолистое —
канифоль.
Бумажный кораблик,
елочная игрушка
скрипочка,
скрипка.
Шумные инструменты моего детства —
деревянные ложки,
бутылки,
а также гребенки,
обернутые папиросной бумагой —
это называлось тогда
шумовым оркестром
и были там свои гении и таланты,
извлекавшие из всего этого
звуки,
потрясавшие наши сердца.
Я играл на бутылках,
на деревянных ложках,
я был барабанщиком
в нашем отряде,
но откуда
это воспоминанье о скрипке,
это шершавое
ощущенье смычка,
это воспоминанье
о чем-то,
что не случилось?

Проторенье дороги, предчувствие, предваренье.
Тихое настроенье, словно идет снег.
И хочется написать длинное стихотворенье,
в котором сошлись бы на равных и это и то.
Что-нибудь вроде — гнев, о богиня,
воспой Ахиллеса,
Пелеева сына — и дальше, строка за строкой,
где будут на равных провидящие и слепые,
и нищий певец, скорбящий о тех и других.
И чтобы в финале — семь городов состязались
за мудрого корень — и несколько еще слогов,
слагающихся из звуков паденья снега
и короткого звука лопающейся струны.
Проторенье дороги, евангелье от Сизифа,
неизменное, как моленье и как обряд,
повторенье до, повторенье ре, повторенье мифа,
до-ре-ми-фа-соль одним пальцем сто лет подряд.
И почти незаметное, медленное продвиженье,
передвиженье, медленное, на семь слогов,
на семь музыкальных знаков,
передвиженье
на семь изначальных звуков, на семь шагов,
и восхожденье,
медленное восхожденье,
передвиженье к невидимой той гряде,
где почти не имеет значенья до или после,
и совсем не имеет значенья когда и где,
и дорога в горы,
где каждый виток дороги
чуть выше, чем предыдущий ее виток,
и виток дороги — еще не итог дороги,
но виток дороги важней, чем ее итог,
и в конце дороги —
не семь городов заветных,
а снова все те же, ощупью и впотьмах,
семь знаков, как семь ступенек, едва заметных,
семь звуков, как семь городов на семи холмах.
Проторенье дороги, смиренье, благодаренье.
Шаг, и еще один шаг, и еще шажок.
Тихий снежок, ниспадающий в отдаленье.
За поворотом дороги поющий рожок.
И как отзвук той неизбывной светлой печали,
в сумерках, одним пальцем, до-ре-ми-фа-соль,
и огарок свечи, и рояль, и опять, как вначале, —
до-ре-ми-фа-соль,
до-ре-ми-фа-соль,
до-ре-ми-фа-соль.

Я зимнюю ветку сломал, я принес ее в дом
и в стеклянную банку поставил.
Я над ней колдовал, я ей теплой воды подливал,
я раскрыть ее листья заставил.
И раскрылись зеленые листья,
растерянно так раскрывались они,
так несмело и так неохотно,
и была так бледна и беспомощна бедная эта
декабрьская зелень —
как ребенок, разбуженный ночью,
испуганно трущий глаза
среди яркого света,
как лохматый смешной старичок,
улыбнувшийся грустно
сквозь слезы.

— Кто-то так уже писал.
Для чего ж ты пишешь, если
кто-то где-то, там ли, здесь ли,
точно так уже писал!

Кто-то так уже любил.
Так зачем тебе все это,
если кто-то уже где-то
так же в точности любил!

— Не желаю, не хочу
повторять и повторяться.
Как иголка
затеряться
в этом мире не хочу.

Есть желанье у меня,
и других я не имею —
так любить, как я умею,
так писать, как я могу.

— Ах ты, глупая душа,
все любили,
все писали,
пили, ели, осязали
точно так же, как и ты.

Ну, пускай и не совсем,
не буквально и не точно,
не дословно, не построчно,
не совсем — а все же так.

Ты гордыней обуян,
но смотри, твоя гордыня —
ненадежная твердыня,
пропадешь в ней ни за грош.

Ты дождешься многих бед,
ты погибнешь в этих спорах —
ты не выдумаешь порох,
а создашь велосипед.

— Ну, конечно,- говорю,-
это знают даже дети —
было все уже на свете,
все бывало,- говорю.

Но позвольте мне любить,
а писать еще тем паче,
так —
а все-таки иначе,
так —
а все же не совсем.

Пусть останутся при мне
эта мука и томленье,
это странное стремленье
быть всегда самим собой.

И опять звучит в ушах
нескончаемое это —
было, было уже где-то,
кто-то так уже писал!

Другие статьи в литературном дневнике:

  • 09.05.2011. Ю. Левитанский
  • 01.05.2011. пойдем и мы умрем с ним

Портал Стихи.ру предоставляет авторам возможность свободной публикации своих литературных произведений в сети Интернет на основании пользовательского договора. Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил публикации и российского законодательства. Вы также можете посмотреть более подробную информацию о портале и связаться с администрацией.

Ежедневная аудитория портала Стихи.ру – порядка 200 тысяч посетителей, которые в общей сумме просматривают более двух миллионов страниц по данным счетчика посещаемости, который расположен справа от этого текста. В каждой графе указано по две цифры: количество просмотров и количество посетителей.

© Все права принадлежат авторам, 2000-2021 Портал работает под эгидой Российского союза писателей 18+

Кто автор стихов каждый выбирает по себе женщину религию дорогу

Каждый выбирает по себе
Женщину, религию, дорогу.
Дьяволу служить или пророку —
Каждый выбирает по себе.
Каждый выбирает для себя
Слово для любви и для молитвы.
Шпагу для дуэли, меч для битвы
Каждый выбирает для себя.
Каждый выбирает по себе.
Щит и латы, посох и заплаты,
Меру окончательной расплаты
Каждый выбирает по себе.
Каждый выбирает для себя…
И мы тоже выбираем — как умеем.
… показать весь текст …

— Что происходит на свете?— А просто зима.
— Просто зима, полагаете вы?— Полагаю.
Я ведь и сам, как умею, следы пролагаю
в ваши уснувшие ранней порою дома.

Читать еще:  Стихи как тяжело быть женщиной

— Что же за всем этим будет?— А будет январь.
— Будет январь, вы считаете?— Да, я считаю.
Я ведь давно эту белую книгу читаю,
этот, с картинками вьюги, старинный букварь.

— Чем же все это окончится?— Будет апрель.
— Будет апрель, вы уверены?— Да, я уверен.
Я уже слышал, и слух этот мною проверен,
будто бы в роще сегодня звенела свирель.
… показать весь текст …

Сто друзей

Ста рублей не копил — не умел.
Ста друзей все равно не имел.
Ишь чего захотел — сто друзей!
Сто друзей — это ж целый музей!
Сто, как Библия, мудрых томов.
Сто умов.
Сто высотных домов.
Сто морей.
Сто дремучих лесов.
Ста вселенных заманчивых зов:
скажешь слово одно —
и оно
повторится на сто голосов.
Ах, друзья,
… показать весь текст …

Собирались наскоро,
обнимались ласково,
пели, балагурили,
пили и курили.
День прошёл — как не было.
Не поговорили.

Виделись, не виделись,
ни за что обиделись,
помирились, встретились,
шуму натворили.
Год прошёл — как не было.
Не поговорили.
… показать весь текст …

«Кто-то так уже писал. »

К сведению помешанных на поиске перефразов

— Кто-то так уже писал.
Для чего ж ты пишешь, если
кто-то где-то, там ли, здесь ли,
точно так уже писал!

Кто-то так уже любил.
Так зачем тебе все это,
если кто-то уже где-то
так же в точности любил!

— Не желаю, не хочу
повторять и повторяться.
Как иголка
затеряться
… показать весь текст …

Горящими листьями пахнет в саду,
прощайте, я больше сюда не приду.
Дымится бумага, чернеют листы.
Сжигаю мосты.

Чернеют листы, тяжелеет рука.
Бикфордовым шнуром дымится строка.
Последние листья, деревья пусты.
Сжигаю мосты.

Прощайте, прощальный свершаю обряд.
Осенние листья, как порох, горят.
И капли на стеклах, как слезы, чисты.
Сжигаю мосты.
… показать весь текст …

Еще не осень — так, едва-едва.
Ни опыта еще, ни мастерства.
Она еще разучивает гаммы.
Не вставлены еще вторые рамы,
и тополя бульвара за окном
еще монументальны, как скульптура.
Еще упруга их мускулатура,
но день-другой —
и все пойдет на спад,
проявится осенняя натура,
и, предваряя близкий листопад,
листва зашелестит, как партитура,
и дождь забарабанит невпопад
по клавишам,
… показать весь текст …

Всё проходит в этом мире, снег сменяется дождём,
всё проходит, всё проходит, мы пришли, и мы уйдём.
Всё приходит и уходит в никуда из ничего.
Всё проходит, но бесследно не проходит ничего,
потому что в этой драме, будь ты шут или король,
дважды роли не играют, только раз играют роль.

Вот приходит замысел рисунка.
Поединок сердца и рассудка.

Иногда рассудок побеждает:
он довольно трезво рассуждает,

здравые высказывает мысли —
ну, и побеждает в этом смысле…

Сердце бьется, сердце не сдается,
ибо сердце сердцем остается.

Пусть оно почаще побеждает!
Это как-то больше убеждает.

Музыка, свет неближний,
дождь, на воде круги.
Музыка, третий лишний,
что же ты, ну, беги!

Выдохлась? Притомилась?
Хочешь не хочешь — пой?
Музыка, сделай милость,
очередь за тобой.

С каждою перебежкой —
дождь, на воде круги.
Музыка, ну, не мешкай,
музыка, ну, беги!
… показать весь текст …

22 января 1922 года родился Юрий Левитанский — русский, советский поэт, прошедший ту Войну от начала и до самого конца, и уже на этом основании имевший полное право писать и о Жизни, и о Смерти. Каждый выбирает для себя, а свой выбор Юрий Давидович сделал еще в 1941, едва не с первого дня добровольцем уйдя на фронт. А потом постоянным рефреном, чтобы ни происходило, в его стихах звучало — следует жить! Жить, между делом шить сарафаны и легкие платья из ситца и так далее.

Я, побывавший там, где вы не бывали,
я, повидавший то, чего вы не видали,
я, уже т, а м стоявший одной ногою,
я говорю вам — жизнь все равно прекрасна.

Да, говорю я, жизнь все равно прекрасна,
даже когда трудна и когда опасна,
даже когда несносна, почти ужасна —
жизнь, говорю я, жизнь все равно прекрасна.

Вот оглянусь назад — далека дорога.
Вот погляжу вперед — впереди немного.
Что же там позади? Города и страны.
Женщины были — Жанны, Марии, Анны.
… показать весь текст …

Что-то случилось, нас все покидают.
Старые дружбы, как листья опали.
…Что-то тарелки давно не летают.
Снежные люди куда-то пропали.

А ведь летали над нами, летали.
А ведь кружили по снегу, кружили.
Добрые феи над нами витали.
Добрые ангелы с нами дружили.

Добрые ангелы, что ж вас не видно?
Добрые феи, мне вас не хватает!
Все-таки это ужасно обидно —
знать, что никто над тобой не летает.
… показать весь текст …

Я люблю эти дни, когда замысел весь уже ясен и тема угадана,
а потом все быстрей и быстрей, подчиняясь ключу, —
как в «Прощальной симфонии» — ближе к финалу — ты помнишь, у Гайдна -музыкант, доиграв свою партию, гасит свечуи уходит — в лесу все просторней теперь — музыканты уходят —
партитура листвы обгорает строка за строкой —
гаснут свечи в оркестре одна за другой — музыканты уходят -скоро-скоро все свечи в оркестре погаснут одна за другой -тихо гаснут березы в осеннем лесу, догорают рябины,
и…
… показать весь текст …

Давно ли покупали календарь,
а вот уже почти перелистали,
и вот уже на прежнем пьедестале
себе воздвигли новый календарь
и он стоит, как новый государь,
чей норов до поры еще неведом,
и подданным пока не угадать,
дарует ли он мир и благодать,
а, может быть, проявится не в этом.
Ах, государь мой, новый календарь,
три с половиной сотни, чуть поболе,
страниц надежды, радости и боли,
спрессованная стопочка листов,
билетов именных и пропусков
… показать весь текст …

Листья мокли под окном,
намокали…
— Дело к осени идет! —
намекали.

Протрубили журавли,
пролетели,
Прокричали про снега,
про метели.

Эти голые поля,
эти дали
тоже мненье журавлей
подтверждали.
… показать весь текст …

Зачем послал тебя Господь
и в качестве кого?
Ведь ты не кровь моя, не плоть
и, более того,
ты даже не из этих лет —
ты из другого дня.
Зачем послал тебя Господь
испытывать меня
и сделал так, чтоб я и ты-
как выдох и как вдох —
сошлись у края, у черты,
на стыке двух эпох,
на том незримом рубеже,
как бы вневременном,
… показать весь текст …

Читать еще:  Кому дано писать стихи

Не изменить цветам, что здесь цветут
И ревновать к попутным поездам,
Но что за мука оставаться тут,
Когда ты должен находиться там.

Ну что тебе сияние тех планет?
Зачем тебя опять влечет туда?
Но что за мука… Отвернуться — нет,
Когда ты должен задохнуться — да.

Но двух страстей опасна эта смесь,
И эта спесь тебе не по летам,
Но что за мука оставаться здесь,
Когда ты должен — там, и только там…
… показать весь текст …

Утро — вечер, утро — вечер, день и ночь.
Стрелки, цифры, циферблаты — сутки прочь.

Гири, маятники, цепи, медный гуд.
Все торопятся куда-то, все бегут.

На ходу махнуть рукою, крикнуть «будь!»,
Съесть сосиску на ходу и снова в путь.

Сдать багаж, и в самолет, и в облака.
— Как там наши? — как там ваши? — ну, пока!

Гири, цепи, шестеренки, медный звон.
Телеграмма — вместо писем — телефон,
… показать весь текст …

Координаты времени условны.
Привычно говорим — задолго до.
До нас. До наших дней. До нашей эры.
До Рима. До Пилата. До Голгофы.
До Ноя. До ковчега. До потопа.
История — вся сплошь — задолго до.
Живущие меж прошлым и грядущим,
все тщимся заглянуть как можно дальше.
За нами — тьма, и перед нами — тьма.
Так и живем меж тою тьмой и этой,
на крохотном пространстве между ними —
живем, как в ожидании Годо.
И как ни жаль, о друг мой, но похоже,
что мы с тобой живем на свете тоже
… показать весь текст …

Время, бесстрашный художник,
словно на белых страницах,
что-то все пишет и пишет
на человеческих лицах.

Грифелем водит по коже.
Перышком тоненьким — тоже.
Острой иглою гравера.
Точной рукою гримера…

Таинство света и тени.
Стрелы, круги и квадраты.
Ранние наши потери.
Поздние наши утраты.
… показать весь текст …

Каждый выбирает для себя. Или не каждый. Три стихотворения — три варианта — три точки зрения.

Каждый выбирает для себя
женщину, религию, дорогу.
Дьяволу служить или пророку —
каждый выбирает для себя.

Каждый выбирает по себе
слово для любви и для молитвы.
Шпагу для дуэли, меч для битвы
каждый выбирает по себе.

Каждый выбирает по себе
щит и латы, посох и заплаты.
Меру окончательной расплаты
каждый выбирает по себе.

Каждый выбирает для себя.
Выбираю тоже — как умею.
Ни к кому претензий не имею.
Каждый выбирает для себя.

Каждый выбирает для себя
женщину, религию, дорогу.

Не каждый выбирает для себя
Ту женщину, которую полюбит:
Любовь всегда для всех загадкой будет,
Её нельзя купить или призвать,
Её никто не в силах предсказать,
Любовь внезапно можно лишь познать
С той женщиной, которую любя,
Не каждый выбирает для себя.

Не каждый выбирает для себя
Религию, в которую поверит:
Он может долго тщетно лицемерить,
Искусно правду от себя скрывать,
И может даже атеистом стать,
Души своей совсем не замечать –
Религию, где только Бог судья,
Не каждый выбирает для себя.

Не каждый выбирает для себя
Дорогу, на которой трудно будет,
Что к храму поведёт, в пути разбудит
Религию и женщину познать,
Любить научит, верить и страдать,
Себя в лишеньях преодолевать –
Дорогу, испугавшись бытия,
Не каждый выбирает для себя.

Не каждый выбирает для себя
Ни женщину, ни веру, ни дорогу –
Они нас выбирают, слава Богу;
Они нас выбирают для себя,
И мы живём, им всем благодаря…

23-24.08.2005
Виктор Варченко

Каждый выбирает по себе.

До чего-то надо не дожить.
До несправедливого укора,
До позора или приговора —
До чего-то надо не дожить.

До чего-то надо не дойти.
До подачки или до падучки,
До маразма, до петли, до ручки —
До чего-то надо не дойти.

До чего-то надо не доплыть.
До Ламанша или Лаперуза,
До реванша или до конфуза —
До чего-то надо не доплыть.

До чего-то надо не допеть
Песню жизни, счастья и работы,
До длинноты, до фальшивой ноты —
До чего-то надо не допеть.

До чего-то надо не добыть
На прекрасном этом белом свете,
Чтобы не свихнуться при ответе
На дилемму «быть или не быть».

Кто автор стихов каждый выбирает по себе женщину религию дорогу

  • Главная
    • Новости
    • Обновления
  • Песни
    • Собственные
    • В соавторстве
    • Детские
  • Видео
  • Пресса
    • Книги
    • Статьи
  • Фото
    • В разные годы жизни
    • 13 июля 2015 г.
    • Июль 2016 г.
    • Виктор Берковский и Запорожье
    • «Берковские вечера»-2017
  • Общение
    • Гостевая
    • Наши друзья
  • Контакты
    • О сайте
    • Написать нам

Песня этой недели:

«Ночная дорога»

Стихи Ю. Визбора, музыка совм. с С. Никитиным

Нет прекрасней и мудрее средства от тревог,

Чем ночная песня шин.

Длинной‑длинной серой ниткой стоптанных дорог

Штопаем ранения души.

Не верь разлукам, старина, их круг —

Лишь сон, ей‑богу!

Придут другие времена, мой друг, —

Ты верь в дорогу.

Нет дороге окончанья, есть зато её итог:

Дороги трудны, но хуже без дорог.

Будто чья‑то сигарета — стоп‑сигнал в ночах:

Кто‑то тоже верит в путь.

Незнакомец, незнакомка, здравствуй и прощай!

Можно только фарами мигнуть.

То повиснет над мотором ранняя звезда,

То на стёкла брызнет дождь.

За спиною остаются два твоих следа —

Значит, не бесследно ты живёшь.

В два конца идёт дорога, но себе не лги —

Нам в обратный путь нельзя.

Слава богу, мой дружище, есть у нас враги,

Значит, есть, наверно, и друзья.

Не верь разлукам, старина, их круг —

Лишь сон, ей‑богу!

Придут другие времена, мой друг, —

Ты верь в дорогу.

Нет дороге окончанья, есть зато её итог:

Дороги трудны, но хуже без дорог.

Авторский комментарий

Мы сидели на кухне у Сухарева и пели свои песни. А когда они кончились, стали напевать мелодии типа «домашних заготовок». Неожиданно я заметил, что две последние мелодии, Серёжина и моя, складываются в песню как запев и припев. После некоторой оперативной доработки появилась песня без слов. Однако присутствующие поэты — Сухарев и Визбор — уже через пару дней передали нам свои варианты. Со счётом 1:0 победил Визбор.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector