0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Стихи графа де бюсси

LiveInternetLiveInternet

  • Регистрация
  • Вход

Метки

Рубрики

  • из поэтической тетради Птицелова (10)
  • в мир мой нагрянула осень. (7)
  • Литературные чтения (4)
  • Пока несут саке (20)
  • Бусидо (3)
  • Период Эдо (12)
  • Путь невидимых (4)
  • О красоте предметов, несущих смерть (1)
  • Взгляд (18)
  • Архивы (6)
  • Фотография (12)
  • Cундучок ( ретро ) (39)
  • Мода (4)
  • Антикварная лавка Собаки Чау (12)
  • Граммофон/Патефон (10)
  • Календарь Собаки Чау (12)
  • Дорога (52)
  • Скорость (8)
  • Уезжаем, уплываем. (44)
  • Путешествия по России (77)
  • Волгоградская область (5)
  • Невский проспект (50)
  • Парки Москвы (8)
  • Кусково (7)
  • Заметки о воздухоплавании (5)
  • Музыка (207)
  • All That Jazz (14)
  • Видеотека Собаки Чау (59)
  • ВИА 70 — х (4)
  • Городские романтики (13)
  • История одной песни (11)
  • Пластинки (12)
  • По волне моей памяти. (10)
  • Мой путь (4)
  • Музыка 16-17 вв. (3)
  • Галерея (713)
  • Архитектура/cкульптура (14)
  • Акварель (26)
  • Графика (13)
  • Дизайн (35)
  • Импрессионизм (15)
  • Сюр (12)
  • Минимализм (168)
  • Настроение, ассоциация (242)
  • Иллюстрации (70)
  • иллюстраторы О. и А . Дугины (5)
  • Чудо сказка (10)
  • П.Ершов. Конёк-Горбунок, иллюстрации (9)
  • Велосипед (7)
  • Отражения (2)
  • Букинист (6)
  • Читатели (2)
  • Хорошо забытое старое (10)
  • Творчество моих друзей (48)
  • Мэри Поппинс (6)
  • А.П.Чехов. Каштанка, иллюстрации (4)
  • На заданную тему (31)
  • Город в живописи (16)
  • День Победы (21)
  • Зимние радости (14)
  • Читальный зал (96)
  • Поэзия (45)
  • Восточная поэзия (21)
  • Проза (7)
  • Немного истории и литературы (9)
  • Сказки (7)
  • Сказы Павла Бажова (6)
  • Книжный шкаф Собаки Чау (2)
  • Ночь поэзии (11)
  • Серебряный век. Идея С нежного Тигренка (8)
  • Совместно со С нежным Тигренком (21)
  • Природа (28)
  • Животные (19)
  • Разное (155)
  • Записная книжка Собаки Чау (9)
  • Исторический танец (2)
  • Новый год к нам мчится. (10)
  • Полезные ссылки (7)
  • Юмор (34)

Поиск по дневнику

Подписка по e-mail

Друзья

  • Все (23)

Постоянные читатели

  • Все (195)

Статистика

Граф де Бюсси. Франциск де Валуа

Луи де Клермон, сеньор д’Амбуаз граф де Бюсси (фр. Louis de Clermont seigneur d’Amboise comte de Bussy) (1549—19 августа 1579) — французский дворянин, прославившийся многочисленными дуэлями и любовными похождениями. Поэт.

В 1572, воспользовавшись Варфоломеевской ночью, убил своего кузена Антуана де Клермона, маркиза де Ренеля, с которым вёл тяжбу, после чего унаследовал маркизат Ренель. В 1573 сопровождал герцога Анжуйского (с 1574 — короля Франции Генриха III) в Польшу, королём которой тот был избран. Затем поступил на службу к младшему брату короля, Франсуа-Эркюлю де Валуа, герцогу Алансонскому (с 1574 — Анжуйскому), фаворитом которого вскоре стал. Назначенный в 1576 губернатором Анжу, разорял провинцию поборами. В 1578 сопровождал герцога Алансонского в его походе в Нидерланды, одним из наиболее активных инициаторов которого был. Как полководец проявил себя не лучшим образом. При нем во французском лагере в Нидерландах царил полный беспорядок. Убит людьми графа Шарля де Монсоро, жену которого соблазнил.

Бюсси принадлежал к одной из ветвей старого, знатного рода Клермон-Галлеранд, семейству баронов де Бюсси. Его прадедом был Рене де Клермон и Галлеранд, вице-адмирал Франции. Сын Рене (дед Бюсси) Луи де Клермон — мажордом Франциска Первого, женился на девице Рене д’Амбуаз, старшей дочери Жана д’Амбуаза, сеньора де Бюсси, барона де Борд и де Ренель. Их старшим сыном был Жак де Клермон (отец Бюсси), с именем которого связаны титулы барона де Бюсси и Саксфонтен, а также нескольких других сеньорий, расположенных в Шампани. Титул барона де Бюсси достался ему от дяди Жоржа д’Амбуаза, архиепископа Руанского, с тем условием, что племянник будет носить его имя и герб. Таким образом, Жак де Клермон был первым, кто соединил имена обоих знатных родов — де Клермон и д’Амбуаз. Он прожил довольно бурную жизнь: как офицер участвовал во многих военных кампаниях своего беспокойного времени, затем был губернатором Шалона, шамбелланом герцога Алансонского, а позже — главным управляющим всех его владений.

Женился он около 1545 года на девице Катрин де Бово, дочери Рене де Бово, сеньора де Маневилль. Луи де Бюсси был их старшим сыном, но четвертым ребенком в семье: у него было три старшие сестры и два младших брата. Вопреки созданному Александром Дюма образу де Бюсси как «рыцаря без страха и упрёка», истинный облик графа был вероятно менее привлекателен. Так, в Варфоломеевскую ночь убил семерых своих кузенов, преследуя весьма корыстные цели. Все их замки и земли достались графу де Бюсси, который позже уверял всех, что убитые были гугенотами. Смерть Бюсси оплакивала, вероятно, только одна дама – его сестра Рене де Клермон, жена Жана де Баланьи, маршала Франции.

Франсуа (герцог Алансонский и Анжуйский)

Эркюль Франсуа (Франциск) де Валуа (фр. Hercule François de Valois, duc d’Anjou et d’Alençon, 18 марта 1555 — 10 июня 1584), герцог Алансонский, затем герцог Анжуйский — младший сын короля Франции Генриха II и Екатерины Медичи, единственный из четырех братьев, так и не ставший королём.

До вступления на престол брата, герцога Анжуйского (Генрих III), носил титул герцога Алансонского, а затем именовался герцогом Анжуйским. Стоял во главе политических группировок, враждебных французским королям. Так, он участвовал в заговоре против Карла IX, но был прощен потому, что предал своих соратников Ж. Б. де Ла Моля и графа де Коконнаса, казненных в 1574 году. В более поздние годы герцог Анжуйский проявил себя как авантюрист и предатель. Он помогал протестантам, затем участвовал в войне против них, выступал против Филиппа II во главе восставших фламандцев, был провозглашен герцогом Брабантским и графом Фландрским, но вскоре был изгнан самими фламандцами. Умер 10 июня 1584 года от туберкулёза.

После смерти его брата короля Франции Карла IX и восшествия на престол другого его брата Генриха III Франсуа стал наследником трона.

В 1576 году он принял имя герцога Анжу, Турени и Берри.

В том же году в ходе Французских религиозных войн между католиками и гугенотами Франсуа встает на сторону вождя протестантов Генриха Наваррского, вместе с ним ведет военные действия против своего брата Генриха III и 6 мая 1576 года добивается подписания «Эдикта в Болье», провозгласившего примирение католиков и гугенотов и признание за последними права на свободу вероисповедания.

Франциск выведен Александром Дюма в трилогии, посвящённой истории Франции XVI века — «Королева Марго», «Графиня де-Монсоро» и «Сорок пять». В соответствии с известными фактами и общим мнением историков, писатель представил там Франсуа человеком порочным, слабым, но при этом коварным и двуличным. В конце романа «Графиня де Монсоро» он предаёт и убивает (вернее приказывает добить) рыцаря де Бюсси, за что, в финале «Сорока пяти» его отравляет Диана де Монсоро, возлюбленная де Бюсси.

Личности и Бюсси и Дианы — исторические, и роман между ними, вероятно, имел место, но убийство герцогом Анжуйским первого и его собственная смерть от руки Дианы — романтический вымысел писателя (в действительности де Бюсси убили слуги графа де Монсоро) Что касается графини де Монсоро, то её подлинное имя — Франсуаза. Вопреки версии Дюма, она и не думала мстить за гибель Бюсси; после его убийства она вскоре помирилась с мужем и жила с ним долго и счастливо.

В романе «Графиня де Монсоро» Дюма цитирует подлинную эпиграмму того времени:

Господа, не глядите косо
На Франсуа и его два носа:
Ведь по праву и по обычаю
Два носа под стать двуличию.

Рубрики:Читальный зал/Немного истории и литературы

Метки: Граф де Бюсси Франциск де Валуа

Процитировано 1 раз
Понравилось: 6 пользователям

Стихи графа де бюсси

Август — время, которое всегда напоминает мне о Франции. Сегодня годовщина со дня гибели графа де Бюсси, известного нам преимущественно благодаря романам Дюма и их экранизациям.

Читать еще:  Как жаль что наши дни летят стихи

В них Бюсси — рыцарь без страха и упрёка. В реальности он был куда более сложным и противоречивым человеком. Многие его поступки никак не вписываются в этические рамки. Впрочем, Бюсси был прежде всего человеком своего времени — логику которого мы, к сожалению или к счастью, уже почти разучились понимать.
А судьбе по какой-то причине было угодно, чтобы в памяти, в истории Бюсси остался именно таким, каким его воспринимала, например, королева Маргарита.

«В Нерак мы приехали только в начале сентября. До меня дошла горькая весть об убийстве графа де Бюсси. Его погубила любовная интрижка с графиней де Монсоро и предательство – ревнивый муж графини узнал обо всём и подстроил убийство. Бюсси всегда была свойственна бравада. Он похвастался кому-то в записке своей любовной победой – написал, что в его силки попалась лань главного ловчего. Эта записка по роковой случайности дошла до моего брата короля, который позволил графу де Монсоро разрешить это дело так, как тот сочтёт справедливым.
Бюсси погиб, как герой, в одиночку защищаясь от дюжины нападавших. Когда у него сломалась шпага, он продолжал биться обломком шпаги. Он не смог победить своих убийц физически, но для Фортуны и для Истории вышел из этой схватки победителем, потому что до последнего вздоха оставался примером мужества и бесстрашия.
Здесь, в моём окружении, никто не оплакивает Бюсси. Я не в силах поверить, что его уже нет, но ни с кем не делюсь своим горем, кроме листа бумаги, на котором пишу стихи в память о нём. Все слова кажутся слабыми, неспособными выразить чувства… Да, Бюсси был великолепным любовником, но прежде всего он был мне прекрасным, надёжным другом. Я никогда не устану восхищаться его храбростью».

Мария Голикова «Марго. Сны и воспоминания королевы»

Граф де Бюсси был ещё и неплохим поэтом. Одно из его произведений — катрены «Дух Лизи, говорящего последнее прощай своей Флоре». Лизи — это Бюсси, Флора — Маргарита.
Вот стихи Маргариты, упомянутые в отрывке выше, написанные под впечатлением от гибели Бюсси. Во французском оригинале они гармоничнее, музыкальнее, но перевод достаточно точен:

Маргарита де Валуа
ДИАЛОГ О СМЕРТИ БЮССИ Д’АМБУАЗА
(Перевод А. Сабова)

У изголовья моей кровати мне чудится скорбный глас.
Как похож он на голос Лизи!
Руки, холоднее мрамора в тысячу раз,
Прикосновения, крики вблизи.

У ног моих юноша, в крови и рубцах,
В груди расползается холод льдин,
Сердце сковали ужас и страх,
Я в беспамятстве падаю рядом с ним.

Мадам, говорит он мне, победите страх,
Я, ваш Лизи, первым спускаюсь в ад.
Здесь, в долине вечных туманов, я — ваш призрак и прах:
Жизнь — вечный траур, никого не вернуть назад.

Я узнаю этот голос и, проснувшись, вновь
Вижу красу до боли знакомых черт.
Скажи, говорю я, рыдая, ярость каких богов
Затмила тебе этого солнца свет?

Легендарный и настоящий граф де Бюсси

Услышав «Де Бюсси», вы, скорее всего, вспомните незабвенную «Графиню де Монсоро». В этом незабвенном романе Бюсси Д`Амбуаз выведен благородным героем, образец дворянина, господин, щепетильный в вопросах чести, верный своим друзьям и данному слову. В общем – настоящий герой приключенческого романа, ничем не хуже Д`Артаньяна и его друзей-мушкетеров. Но если настоящий Д`Артаньян и на самом деле в жизни был честным служакой и хоть не совершил всех подвигов, про которые рассказал Дюма, но в целом не так уж сильно отличался от книжного персонажа, то с Бюсси все сложнее.

Настоящий Луи де Клермон де Амбуаз, граф де Бюсси привычному нам книжному образу не соответствовал от слова «совсем». Точным остается только одно – он был убит 19 августа 1579 года графом де Монсоро. Но немного не так как в книге.

Бюсси, конечно, прожил очень бурную жизнь. Войн в его времена было более чем достаточно и он принимал в них участие как офицер. Потом ему удалось стать губернатором Шалона, стать шамбелланом (камергером) герцога Алансонского, а потом и главнм управляющим его владений.

В 1572 году на свадьбе Генриха Наваррского и Маргариты Валуа в Париже собрался весь цвет гугенотов. Ожидалось, что этот брак прекратит гражданскую войну между католиками и гугенотами во Франции. Но король Карл IX разрешил герцогу Генриху Гизу совершить кровную месть и убить одного из предводителей гугенотов – адмирала Колиньи, причастного к убийству его отца. В результате разразилась Варфоломеевская ночь — бойня, в которой перебили почти всех гугенотов, приехавших в Париж. Бюсси воспользовался таким замечательным поводом и решил свои проблемы с наследством, убив семь родственников, в том числе кузена Антуана де Клермона, с которым у него уже шел суд. Позднее, Бюсси, разумеется, рассказывал, что все убитые были гугенотами.

Потом, в 1573 году он сопровождал герцога Анжуйского в Польшу, где того избрали королем. После того, как Анжуйский вернулся во Францию, где стал королем Генрихом III, из-за смерти его брата Карла IX, он перешел на службу к младшему брату короля, Франсуа-Эркюлю де Валуа, герцогу Алансонскому, а потом Анжуйскому. В 1576 году Франсуа назначил его губернатором Анжу и там Бюсси от души набил свой карман поборами.

В 1578 году он сопровождал своего патрона в поход в Нидерланды. Бюсси был одним из инициаторов этого похода и одним из его руководителей. Но на поприще военачальника он не прославился от слова совсем. Да еще и хвастался своими любовными похождениями в письмах.
В частности Бюсси, на свою голову, написал в письме, что соблазнил жену графа Шарля де Монсоро. Письмо попало к герцогу Анжуйскому, начавшему к тому моменту относиться к Бюсси с неприязнью. А тот передал его королю Генриху III, вообще не переносившему Бюсси.

Генрих III передал письмо де Монсоро, который тоже был достаточно серьезным господином – так как служил главным ловчим герцога Анжуйского. Само собой, граф, был, мягко говоря, взбешен.
Жена де Монсоро, Франсуаза, получила по ушам, насколько сильно – история умалчивает. Но итогом стала записка, в которой графиня де Монсоро пригласила Бюсси на свидание в замке Кутансьер.

Бюсси приехал в замок. Но там его ждала не любовница, а засада. Надо сказать, свою жизнь Луи де Клермон де Амбуаз, граф де Бюсси продал дорого. Во дворе замка, закрыв ворота, на него бросились 10 слуг графа де Монсоро. Четверых из них он убил. Но тут у Бюсси сломалась шпага, он попытался уйти и нарвался на вышедшего из-за угла с кинжалом де Монсоро. Этим кинжалом его и зарезали.

Графиня де Монсоро, само собой, его смерть не оплакивала. Говорят, что смерть Бюсси на самом деле расстроила только одну женщину – его сестру Рене де Клермон, жену Жана де Баланьи, маршала Франции.

Стихи графа де бюсси

МОЙ ГРАФ ДЕ БЮССИ

Вечер тихо шептал мелодию любви, призывая ночь. На балконе высокого дома стояла стройная темноволосая девушка и смотрела на дремлющий город. Огни зажигались на небе и на земле. Или это вокруг неё были звезды? Прохладный воздух перебирал складки тонкого пеньюара. К девушке медленно вышел из комнаты мужчина и встал рядом, теплыми ладонями дотронулся до её плеч и обнял тонкое, словно хрупкий сосуд, тело возлюбленной.

– Ты должен знать обо мне всё, – прошептала она, освобождаясь из объятий любимого.

– Всё? – так же тихо спросил он. – Я уже знаю немало…

Читать еще:  Маяковский моя леди ты как париж стих

– Этого недостаточно. Я не хочу, чтобы между нами стояло прошлое…

То, что понедельник – не самый лучший день в жизни и так понятно, но чтобы настолько…

Офис, вернее один из его кабинетов, замер в ожидании. Коллеги с любопытством и трепетом, надо признаться – не напрасно, уставились на меня, прислушиваясь к происходящему. Я же – Екатерина Шнуркова, младший менеджер отдела аналитики (великовозрастная девица, аж двадцати двух лет отроду), уже минут десять ползала под столами сослуживцев в поиске моего ненаглядного Рокфора.

Надо сказать, он всегда был довольно-таки послушным крысом и спокойно сидел в моей сумке, ни на кого не нападая, если к нему не лезли. Пару раз, правда, кусал воров, посягнувших на мой кошелек, которого у меня никогда не имелось. Деньги я привыкла носить на себе – в брюках, поскольку почти всегда ходила в них. Но карманникам все равно, в какую сумку лезть, а Роки – сторож хоть куда. Во всяком случае, за документы я могла не опасаться. Вряд ли кто осмелится их утащить из-под носа моего крыса.

Брюк у меня – великое множество, но самые популярные из всех – это джинсы и коротенькие летние «полумерки», как я их называю. Штанишки собственного пошива, средней длины, что-то между шортами и обычными шароварами – широкие «завертыши» чуть выше колен. И обязательный в них атрибут – множество явных и потайных кармашков. Брюки я люблю!

Сегодня же, как назло, вырядилась в юбку, впервые за пол-лета, поскольку жара стояла невыносимая – 35 градусов в тени. Поэтому на мне красовался светло-бежевый топ, а в дополнение к нему – синяя джинсовая юбчонка (длиной около тридцати сантиметров). И хотя в офис так ходить не положено, и если честно, то для меня очень даже непривычно, но я все списала на жару и решила, что раз в год – можно. Тем более, что моя фигура позволяла носить юбки любой длины.

И все было бы хорошо, не загляни ко мне в сумку, за расческой, Анька, секретарша шефа. У той вечно, то помады нет, то расчески, то еще чего-то важного. Оттого она носится по офису каждое утро не хуже шмеля, выспрашивая, у кого можно позаимствовать на пять минут. Мы все уже привыкли к этой её особенности «растеряшки – Машки» и либо отмахивались, либо давали на время, чтобы только отстала и не ныла своим детским голоском:

– Ну, девочки! Ну, что вам, жалко – что ли?

– Свое надо иметь! – неизменно откликалась Марья Сергеевна, главный менеджер отдела, – И нечего по офису мотаться! Детский сад на выезде, честное слово!

– А я и имею, только дома забыла… – тянет свою песню Анька, – Щас плакать буду!

И начинает ныть почти по взаправдашнему, только противненько так получается, что тут же хочется, чтобы она замолкла, и лучше – насовсем.

– Девочки! Я расческу забыла. Есть у кого? Катька, дай причесаться!

И не успела я ей возразить, как она сунула нос в сумку, а там мой зверь. Ощетинился, да как прыгнет к ней.

Анька завопила на весь офис:

– У нее крыса в сумке!

И так как, коллектив у нас женский, все дружненько завизжали и быстренько запрыгнули на столы. И вот я вынуждена ползать и искать Роки (это сокращенно и любя), он бедняжка испугался и где-то засел, притаившись. Мои же дамочки отказывались работать, пока зверя не найду и не уберу подальше с глаз.

В такой позе (ползающего младенца) меня и застал наш шеф – Виктор Алексеевич. Мужчина в расцвете лет: разведенный, богатый, высокий брюнет (без пивного животика), с проседью на висках, приятной улыбкой и бесенятами в смешливых глазах. Красавец, жаль не в моем вкусе.

Он взглядом оценил обстановку и усмехнувшись поздоровался, притворив за собой дверь кабинета.

– День добрый, дамочки!

«Дамочки» при виде директора приняли, насколько было возможно, достойный вид, сползли со столов в кресла, но настороженно смотрели под ноги и вокруг.

– Шнуркова, ты что делаешь на полу? – изумился шеф, разглядывая меня с притаившимся в глазах смешком.

Бюсси д’Амбуаз, Луи де Клермон

Жак де Клермон, барон де Бюсси

Луи де Клермон, сеньор д’Амбуаз граф де Бюсси (фр. Louis de Clermont seigneur d’Amboise comte de Bussy ) (1549—19 августа 1579) — французский дворянин, прославившийся многочисленными дуэлями и любовными похождениями. Поэт. Выведен в качестве одного из главных героев в романе Дюма-отца «Графиня де Монсоро», хотя литературный его образ, вероятно, существенно отличается от реального исторического персонажа. Также является героем нескольких менее известных литературных произведений.

Содержание

Родословная

Бюсси принадлежал к одной из ветвей старого, знатного рода Клермон-Галлеранд, семейству баронов де Бюсси. Его прадедом был Рене де Клермон и Галлеранд, вице-адмирал Франции. Сын Рене (дед Бюсси) Луи де Клермон — майордом Франциска Первого, женился на девице Рене д’Амбуаз, старшей дочери Жана д’Амбуаза, сеньора де Бюсси, барона де Борд и де Ренель. Их старшим сыном был Жак де Клермон (отец Бюсси), с именем которого связаны титулы барона де Бюсси и Саксфонтен, а также нескольких других сеньорий, расположенных в Шампани. Титул барона де Бюсси достался ему от дяди Жоржа д’Амбуаза, архиепископа Руанского, с тем условием, что племянник будет носить его имя и герб.

Таким образом, Жак де Клермон был первым, кто соединил имена обоих знатных родов — де Клермон и д’Амбуаз. Женился он около 1545 года на девице Катрин де Бово, дочери Рене де Бово, сеньора де Маневилль. Луи де Бюсси был их старшим сыном, но четвертым ребенком в семье: у него было три старшие сестры и два младших брата.

Биография

Он прожил довольно бурную жизнь: как офицер участвовал во многих военных кампаниях своего времени, затем был губернатором Шалона, шамбелланом герцога Алансонского, а позже — главным управляющим всех его владений.

В 1572 году, воспользовавшись Варфоломеевской ночью, убил семерых своих родственников, в том числе кузена Антуана де Клермона, маркиза де Ренеля, с которым вёл тяжбу, после чего унаследовал маркизат Ренель, замки и земли. Позже уверял всех, что убитые были гугенотами. В 1573 году сопровождал герцога Анжуйского (с 1574 года — короля Франции Генриха III) в Польшу, королём которой тот был избран. Затем поступил на службу к младшему брату короля, Франсуа-Эркюлю де Валуа, герцогу Алансонскому (с 1574 года — Анжуйскому), фаворитом которого вскоре стал. Назначенный в 1576 году губернатором Анжу, разорял провинцию поборами. В 1578 году сопровождал герцога Анжуйского в его походе в Нидерланды, одним из наиболее активных инициаторов которого был. Как полководец проявил себя не лучшим образом. При нём во французском лагере в Нидерландах царил полный беспорядок. Убит людьми графа Шарля де Монсоро, жену которого соблазнил. Смерть Бюсси оплакивала, вероятно, только одна дама — его сестра Рене де Клермон, жена Жана де Баланьи, маршала Франции.

Бюсси в литературе

  1. Брантом. Галантные дамы.
  2. Чапмен. Бюсси д’Амбуаз: трагедия. (1604 ?). На русский язык не переведена.
  3. Александр Дюма. Графиня де Монсоро.
  4. Кондратий Биркин. Временщики и фаворитки XVI, XVII и XVIII столетий. Книга I.

Вероятно, наиболее известно литературное воплощение образа Бюсси в романе «Графиня де Монсоро» Дюма. В этом романе де Бюсси сильно «облагорожен», он описан как образец дворянина своего времени, «рыцарь без страха и упрёка», крайне щепетильный в вопросах чести, сильный, умный, независимый, до конца верный своему слову и своим друзьям. Учитывая вышеописанные эпизоды его биографии, видимо, истинный облик графа был гораздо менее привлекателен.

Читать еще:  Как выучить стих я помню чудное мгновенье

Де Бюсси

Четверо конных, преградивших дорогу, по виду принадлежали к благородному сословию. Нас – трое, вполне пристойное соотношение для доброй драки, если не считать, что за нашими спинами скучилось всего лишь пятеро слуг, а у противника собран целый отряд с полудюжиной всадников и двумя десятками пехоты.

Сзади донесся хруст ломающихся веток. Из заснеженного подлеска, облепившего стволы сосен, шустро выползали мужики совершенно разбойной наружности, азартно размахивая копьями, топорами и просто рогатинами. Разумнее всего было, не вступая в переговоры, развернуться и броситься наутек прямо через них, пока эти нестроевые воины не сомкнули ряды, крушить им головы копытами лошадей, рубить саблей направо и налево…

– С кем имею честь? – тем временем осведомился мой спутник. В его голосе не чувствовалось ни малейшего желания удрать. – Кто преградил путь крулю Речи Посполитой?

Разогревшись от скачки, он распахнул меховой плащ. На малиновом бархате камзола блеснула массивная золотая цепь с тяжелым католическим крестом, украшенным драгоценными каменьями. Породистое лицо с тонкими усиками не выражало ничего, кроме презрения. Мой друг выглядел особой королевской крови. Всем известно – выливать ее на снег чревато последствиями.

– Под католика вырядился, гугенотский пес! Все французы – поганые еретики! – долетело из польских рядов. Возмутился представительный пан в лисьей шапке, он точно из шляхты, простолюдинам на течения в христианстве плевать.

Их язык понимаю скверно, но один из четверых благородных, выехавший на пяток шагов, сносно заговорил по-французски. Речь его мне совершенно не понравилась.

– Ваша светлость, избрание вас королем было ошибкой шляхты, поддавшейся на уговоры гугенота Монлюка. Я, маршалок Михаил Чарторыйский, намерен эту ошибку исправить. – Он выдержал торжественный тон, но его гнедая кобылка вдруг взвилась на дыбы, здорово испортив впечатление: выходит, поляк толком не смог совладать даже с лошадью, однако пыжился изменить европейскую политику. – Если вы – человек чести, предлагаю спешиться и скрестить шпаги!

В случае отказа принять вызов они всем скопом бросятся на нас, это понятно и без дальнейших угроз. То, что половина польских ополченцев непременно сложит головы, Чарторыйский, думаю, в расчет не принял, упиваясь плодами своего хамства.

Мой спутник вскипел праведным гневом: обращение «ваша светлость» вместо «сир» или хотя бы «ваше высочество» унизило всех Валуа, Генрих Анжуйский – не только приглашенный посполитый король, но и родной брат короля Франции. Унижает это и всех нас – направляющихся в Польшу французских дворян. А уж высказанное публично сомнение в чести исключило возможность примирения. От деланой невозмутимости ничего не осталось, теперь рядом со мной скрипел зубами хищник, готовый сорваться с тонкой узды цивилизованности.

Оскорбленный, он спрыгнул с коня, отдав слуге меховой плащ и дорогие, но слишком уж тяжелые побрякушки.

Польский задира тоже скинул кафтан, вручил слуге ножны от сабли и булаву-шестопер. Он встал перед нами, поигрывая клинком и не зная, что ему уготована схватка не с герцогом Анжуйским, интригами Екатерины Медичи приглашенным на краковский трон, а с Шико – первым фехтовальщиком Франции и, по совместительству, королевским шутом. Иначе наверняка бы не испытывал судьбу и сказал своей своре «фас».

Жить поляку осталось всего ничего, я заранее был уверен, что ранением дело не кончится, такая дерзость наказывается смертью, наглядной для наших врагов. Но устрашение врагов – в перспективе, а сейчас, в глухом заснеженном лесу, меня терзала мысль: по окончании их дуэли целая толпа бросится в атаку, затаптывая нас массой.

Мне импонировал несколько иной сценарий, к нему и приступил. Матильда покорно попятилась, повинуясь натянутым поводьям. Пока внимание приковано к дуэлянтам, на меня никто не глядел, а напрасно! В ближнем бою привыкли полагаться на холодное оружие, пистолеты пока приготовишь… Но сейчас как раз возникла подходящая пауза, чтобы подсыпать порох на полки и взвести курки. Да и пистолеты у меня не совсем обычные, они с нарезными стволами и загодя вставленными пулями. Спешившись, я по дуге прокрался к Чарторыйскому, удерживая руки за спиной. У меня на боку – кавалерийская сабля, она сподручнее в сутолоке, чем изящная, смертоносная, но слишком уж хрупкая шпага.

Вот только бы унять нервную дрожь, охватившую тело от возбуждения. Минута – и все решится, выстоим или погибнем… Я никогда не жаждал крови, но коль кто-то другой взял на себя смелость судить – жить мне или умереть, пусть пеняет на себя.

– Имею честь атаковать вас! – поляк выписал витиеватый жест клинком, но не успел даже принять стойку, как раздался первый мой выстрел.

На узкой дороге между соснами бабахнуло, как в театральном зале – весьма громко. От грохота пальбы, главное – неожиданного, лошади испуганно бросились в сторону, в рядах пеших воцарилось замешательство. Теперь надо было дождаться, когда дворянин, брюзжавший про гугенотов, усмирит своего коня и превратится в легкую мишень… Есть! Пуля опрокинула его на круп, конь встал на дыбы, пан сполз на снег.

Не ждали? Не думали, что французские дворяне столь дерзко отбросят дуэльный этикет? Ошиблись, панове! Вы устроили ловушку вами же приглашенному королю! То есть первыми вывели схватку за пределы законов и приличий, тем самым освободили меня от условностей, к тому же и без того не слишком условности чтущего.

Разрядив оба ствола седельного пистолета, бросил его – перезаряжать времени нет. Прогремели два выстрела из второго. В рядах шляхты появилась еще одна потеря, лишь четвертый пан, легкораненый, успел смыться в тыл, чтобы оттуда науськивать свою маленькую армию. Но для нашей троицы – слишком большую…

Бросив на меня осуждающий взгляд, что не дал проучить Чарторыйского, мой соратник кинулся на пикинера, не сподобившегося даже направить свое оружие в нашу сторону. Шпага ужалила в горло, а я едва смог отрубить саблей древко другой пики, ей один из польских воинов пытался достать моего товарища в бок.

Тот, не теряя времени, швырнул кинжал в лоб следующему поляку.

На этом наши достижения закончились, ошеломление от стрельбы и первой атаки прошло. В польских рядах наметился порядок, нас потеснили к оставленным лошадям. Сзади донеслись крики по-французски и по-польски, ругань «пся крэв» и что-то еще похлеще, к брани примешался звон металла – в тылу вступили в бой наши пятеро слуг, тоже в удручающем меньшинстве.

До неминуемой смерти считаные удары сердца… Нужно было срочно что-то предпринять, столь же неожиданное, как пистолетная стрельба! Например – оставить поле боя.

– Простите, сир, что вынужден вас покинуть!

Не дожидаясь его возмущенного ответа, кувырком через сугроб я нырнул в лес. Бегом, проваливаясь по колено в снег, понесся вперед вдоль дороги. За мной неуклюже топал медвежьего вида мужик в тулупе и с огромным топором, напоминающим размерами русский бердыш, железка цеплялась за ветки, обрушивая на хозяина потоки снега.

Оторвавшись от преследователя, я выскочил из-под низких еловых лап и с разбега прыгнул на последнего дворянина, опрокидывая его вместе с конем. Пан заверещал как раненый заяц – ногу ему придавило к дороге седлом и лошадиными ребрами, да еще мой вес навалился сверху. Вопли пленника мне на руку: его клевреты начали оборачиваться.

– Всем бросить оружие! Иначе ваш господин немедля встретится с Создателем!

Естественно, никто из ополчения по-французски не говорит, зато нервно дергающееся существо подо мной прекрасно поняло сказанное. Доходчивость слов усилил холодный кинжал у горла.

– Бросайте оружие, курвы! – завопил он своим. – Бросайте, песьи души! Встану – сам отправлю вас в ад!

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector