4 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Стихи не потому что с ней светло

Лучшие стихи двадцатого века

Среди миров в мерцании светил
Одной звезды я повторяю имя…
Не потому, чтоб я Ее любил,
А потому, что мне темно с другими.

И если мне на сердце тяжело,
Я у Нее одной ищу ответа,
Не потому, что от Нее светло,
А потому, что с ней не надо света!

3 апреля 1909, Ц С

Всего восемь строк. За полгода до кончины. Прожить жизнь — более полувека — чтобы незадолго до конца написать эти восемь строк. Восстанавливать утраченные идеи Еврипида, переводить Бодлера и Рембо и войти в двадцатый век вот этими восемью строками. Всё остальное у него — классика для редчайших читателей и поклонников. Сколько их? Тысяча? Сто тысяч? Миллион? А вот эти восемь строк покорили десятки, сотни миллионов сердец. Эти восемь строк переписывались от руки в тайные. хранимые у самого сердца блокнотики.
Среди миров, в мерцании светил
Одной звезды я повторяю имя.
В этих словах нет ни одного неизвестного ранее, не «заезженного». Десятки тысяч поэтов уже писали эти слова в самых различных комбинациях. Казалось бы, чего уж проще.
Среди миров. (аллитерация РИ-ИР. )
Исполнители высочайшего уровня внесли свой вклад в транскрипции авторского текста.
Три основных изменения:
1. вместо «я томлюсь с другими» — «мне темно с другими»
2. вместо «мне сомненье тяжело» — «мне на сердце тяжело»
3. вместо «ищу ответа» — «молю ответа».
Внешней пуантой стихотворения является » с ней не нужно света»
Звезда, с которой не нужно света!
Глубочайшее философское произведение в восьми строках.
Потрясающее восприятие Времени и Пространства.
Актуализация Имени.
Среди миров. В мерцании светил.
С ней не нужно света.
Внутренней пуантой произведения является «Одной звезды я повторяю имя».
Женское сердце отзывается на эту строку, как отзывается оно на алые паруса Грина. В каждой женщине горит эта единственная звезда, с которой уже не нужно никакого другого света. И каждая женская душа стоит на берегу огромного моря и ждет появления того. кто повторяет её и только её имя. Она! Она Одна и вся Вселенная! Она среди этих бесчисленных миров, среди этого непрерывного мерцания мириадов светил и тот, кто думает только о ней. И нет в мире ничего прекраснее этого мига. Ведь раз он это пишет, значит он обязательно, обязательно её найдёт!!
Следующее разрушение этого образа бессильно, как удар морской волны о подножие скалы, на которой она встречает морской рассвет.
Не потому, чтоб я её любил.
Собственно сам факт любви этим не отрицается. Просто причина не в этом. А в томленьи духа. Первичное расширение Екклезиастова томления на ограниченный круг «других», выделение как бы кругом света той единственной, на кого это томление не распространяется и потому превращает её в исключение из круга «других».
Два аллитерированных состояния души — томление и сомнение перекликаются во внутренней топике стиха.
«А потому, что я томлюсь с другими.
И если мне сомненье тяжело. »
Мы уже видим, что Декартово сомнение, универсум универсумов, порождающий принятие собственного бытия (если я сомневаюсь во всем, несомненно одно: я сомневаюсь,я сомневаюсь, следовательно я мыслю, я мыслю, следовательно я существую), является одним из основных томлений мятежного духа живущего, ищущего «ответа». Но ответ не воспринимается автором, как «свет». Собственно это гимн концу света. Свет просто не нужен. От нее — той единственной. имя которой повторяет он среди миров в мерцании светил — он ждет именно ответа. Не света, не освещения, а участия, тепла, которое уже не есть «свет», и свет ему совершенно не нужен. Ответ, как именно отзвук, встречное движение души, которая уже не нуждается ни в каких физических атрибутах. Ответа, который уже не томленье. Ответа, которого ждет вся цивилизация. Просто знать, «я не одинок», «есть та, которая меня понимает», «та, которая ответит», «снимет все сомнения и томления» и примет таким, какой я есть. Вот этот протест против безнадежности одиночества человека в мире и является самым главным внутренним содержанием этого замечательного, великого, величайшего стихотворения, рожденного поэтом чуть ли не как итог всей его богатейшей литературной биографии.
Каких только игр не порождает это произведение!
Задеты самые сокровенные струны души читателя.
Среди светил, в мерцании миров.
Я у одной звезды ищу ответа
Не потому, что свет её таков
А потому что с ней не нужно света.

Другие статьи в литературном дневнике:

  • 26.04.2015. Сегодня 29 лет Чернобыльской катастрофе
  • 22.04.2015. В день рождения Владимира Набокова
  • 20.04.2015. Имант Зиедонис. Говорю вам — пойте!
  • 12.04.2015. Имант Зиедонис. Эпифании
  • 10.04.2015. Владимир Сапронов. Отречение Петра
  • 08.04.2015. Женя Махно
  • 03.04.2015. Лучшие стихи двадцатого века

Портал Проза.ру предоставляет авторам возможность свободной публикации своих литературных произведений в сети Интернет на основании пользовательского договора. Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил публикации и российского законодательства. Вы также можете посмотреть более подробную информацию о портале и связаться с администрацией.

Ежедневная аудитория портала Проза.ру – порядка 100 тысяч посетителей, которые в общей сумме просматривают более полумиллиона страниц по данным счетчика посещаемости, который расположен справа от этого текста. В каждой графе указано по две цифры: количество просмотров и количество посетителей.

© Все права принадлежат авторам, 2000-2021 Портал работает под эгидой Российского союза писателей 18+

«В небе ли меркнет звезда. » — единственное религиозное стихотворение Иннокентия Анненского

Приблизительное время чтения: 9 мин.

Притча о двух грешниках — мытаре и фарисее, молившихся в одном храме, — прекрасно знакома всем христианам. Поэт Иннокентий Анненский, которого считали своим учителем Анна Ахматова и Николай Гумилёв, обратился к этому известному сюжету в своем творчестве. С кем сравнивает себя Анненский — с мытарем или фарисеем? Почему темы греха и добродетели волновали самого печального поэта Серебряного века? Поговорим об этом в проекте «50 великих стихотворений».

В небе ли меркнет звезда…

В небе ли меркнет звезда,
Пытка ль земная все длится;
Я не молюсь никогда,
Я не умею молиться.

Время погасит звезду,
Пытку ж и так одолеем.
Если я в церковь иду,
Там становлюсь с фарисеем.

С ним упадаю я нем,
С ним и воспряну, ликуя.
Только во мне-то зачем
Мытарь мятется, тоскуя.

Исторический контекст

Рубеж XIX–XX вв. был переломным периодом не только в социально-политической, но и духовной жизни России. Это было время революций, войн и интенсивных религиозных исканий.

К началу революции 1905 года все общество было подвержено религиозным сомнениям и колебаниям. Революционные потрясения повлекли за собой одновременно и оппозиционное отношение к Церкви (особенно в кругах интеллигенции), и обращение к христианской религии, и трансформацию христианства в новые религиозные учения (самым влиятельным из которых была софиология Владимира Соловьева).

Писатели, философы и художники объединялись во множество религиозных направлений и группировок. В Петербурге и Москве возникали религиозно-философские собрания, самым известным из которых был кружок Зинаиды Гиппиус и Дмитрия Мережковского. Они проводили особые встречи, на которых был провозглашен новый образ Церкви, их молитвы были больше похожи на таинственные заклинания — художественного содержания в них было гораздо больше, чем духовного.

Иннокентий Анненский знал о деятельности этих группировок, сект и религиозных кружков, но относился к ней скептически. По поводу показной театральности одного из таких собраний он пишет: «Искать Бога — Фонтанка, 83. Срывать аплодисменты на Боге. на совести. Искать Бога по пятницам. Какой цинизм!»

Читать еще:  Стихи которые помогают жить

Но и его захватило всеобщее увлечение духовными вопросами, на которые он попытался ответить в самом конце своего жизненного и творческого пути.

Автор

Парадокс Иннокентия Анненского (1855–1909) в том, что как поэт он стал широко известен только после своей смерти. В сознании своих современников он был прекрасным педагогом, переводчиком, знатоком классических языков и античной литературы. О том, что Анненский пишет стихи, практически никто не знал. Анненский-поэт всегда был одинок: не примыкал ни к одной из многочисленных поэтических школ. Он решил открыться публике лишь в 1904 году.

Сегодня практически каждый читатель знает Анненского как минимум по одному стихотворению «Среди миров», которое стало популярным романсом:

Среди миров, в мерцании светил
Одной Звезды я повторяю имя.
Не потому, чтоб я Ее любил,
А потому, что я томлюсь с другими.

И если мне сомненье тяжело,
Я у Нее одной ищу ответа,
Не потому, что от Нее светло,
А потому, что с Ней не надо света.

Псевдоним — «Никто»

Поэтический дебют Анненского получился загадочным.

В 1904 году вышла небольшая книга стихов под заглавием «Тихие песни». Вместо имени автора на обложке стояла надпись: «Ник. Т – о». Никто. Это был пример мистификации, популярной на рубеже веков. Угадать, что под этим странным псевдонимом скрывался известный педагог, директор гимназии в Царском Селе Иннокентий Анненский, литераторы не смогли. К примеру, Александр Блок, которому сборник явно понравился, посчитал, что «Ник. Т – о» – это многообещающий молодой поэт. Блок, отметив «настоящее поэтическое чутье» «молодого» автора, признался, что в «Тихих песнях» ему открылась «человеческая душа, убитая непосильной тоской». Он даже не мог подумать, что этому «молодому» поэту было почти пятьдесят лет!

Однако этот псевдоним можно было разгадать. Несколько букв для него были взяты из имени автора – Иннокентий. Прозвищем «Никто» назвал себя древнегреческий герой Одиссей, чтобы спастись из пещеры великана циклопа Полифема. И, зная увлечение Анненского античной культурой, можно было предположить, что за безликим «Ник. Т – о» скрывается именно он. Но образ консервативного педагога и прекрасного ученого никак не соотносился с тоскующим, печальным поэтом, которым предстал перед читателями Анненский в своем первом поэтическом сборнике.

«Работаю исключительно для будущего»

Выходец из дворянской семьи Иннокентий Анненский, окончивший историко-филологический факультет Петербургского университета и овладевший четырнадцатью языками, среди которых были как современные, так и древние, вступил на путь долгой и успешной педагогической деятельности.

Он преподавал древние языки, читал курсы по истории древнегреческой литературы. В 1896 году он стал директором гимназии в Царском Селе. Благородный в обращении, привлекательный, вежливый Иннокентий Фёдорович был кумиром для своих учеников, заражал их интересом к античности. Для самого Анненского античность была любимой эпохой. Главное увлечение всей его жизни — перевод наследия греческого трагика Еврипида на русский язык. «Нисколько не смущаюсь тем, что работаю исключительно для будущего», — так Анненский определял значение своего перевода. Он также сам создавал трагедии на античные сюжеты, а в его стихах часто встречаются образы древнегреческих мифов.

Однако в 1906 году он был уволен с поста директора гимназии. Главной причиной стали волнения в гимназии во время революции 1905 года. Анненский не видел беды в том, чтобы студенты выражали свои взгляды. Для руководящих верхов такое благодушное, спокойное поведение директора и поддержка «политически неблагонадёжных» представлялись сомнительными. Анненский был отстранен от деятельности в гимназии и лишен общения с воспитанниками. Тогда Анненский решает сосредоточиться на литературной работе.

Смерть с портфелем в руке

1909 год — последний в жизни Анненского. Он наконец-то очутился в литературной среде, о которой так мечтал. Он принимает участие в организации журнала «Аполлон» — одного из значимых журналов для истории всей русской литературы, пишет стихи и очерки, ожидается выход его второй поэтической книги «Кипарисовый ларец».

В последний ноябрьский день он провел лекции на Высших женских курсах и должен был вечером читать доклад в Обществе классической филологии. Выступлению не суждено было состояться: Анненский скончался от внезапной остановки сердца, упав на ступенях Царскосельского вокзала с портфелем, где лежала рукопись доклада.

«Я слабый сын больного поколенья…»: во что верил Анненский?

Анненский был значительно старше поэтов-символистов. И, как многие образованные люди XIX века, не был церковным человеком. Он мало кому сообщал о своих взглядах на веру и религию. Также трудно сказать, являлся ли его интерес к античности источником религиозного интереса, или этот интерес был исключительно исторический и эстетический.

Однако некоторые современники отмечали, что его натуре все же была свойственна религиозность (возможно, наследственная: прадед Анненского был священником).

Знание Писания в большинстве стихотворений Анненского служит поиску чисто эстетических образов: «сочатся грозди и краснеют. точно гвозди / После снятого Христа» («Конец осенней сказки»). Поэт хорошо знал христианский религиозный символизм и в раннем творчестве обращался к евангельским сюжетам (поэма «Магдалина»). Стихотворений, в которых есть попытка отразить собственный религиозный поиск, у Анненского мы не найдем. И только в небольшом стихотворении «В небе ли меркнет звезда…» поэт решается осмыслить свое отношение к Богу, молитве и вере и рассказать о нем. В этом смысле это стихотворение — откровение, о котором читатели смогли узнать только после смерти автора.

Произведение

«В небе ли меркнет звезда…» — это посмертное стихотворение Иннокентия Анненского. Оно увидело свет в 1910 году в одиннадцатом номере журнала «Аполлон». Это единственное стихотворение поэта, в котором он открыто говорит о своем отношении к религии.

Отсылки к Библии

В основе стихотворения Иннокентия Анненского — известная евангельская притча о мытаре и фарисее.

Однажды Иисус Христос рассказал своим ученикам о том, как два человека пришли помолиться в Иерусалимский храм. Один из них был фарисей, который хвалился своей праведностью, показным исполнением благочестивых правил. Молитва фарисея была лицемерна: он не просил милости у Бога, а только хвалил себя самого за то, что соблюдает пост и жертвует столько, сколько предписывает ему закон. Он признавал себя безгрешным, осуждая остальных людей (благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи).

Другим молящимся человеком был мытарь, т. е. сборщик налогов. Часто они брали денег больше, чем надо, обманывали и обижали людей, поэтому все относились к ним с презрением. Мытарь робко стоял вдали и, не смея поднять своих глаз, отчаянно взывал ко Всевышнему: «Боже! Будь милостив ко мне грешному!»

Мытарь сознавал свои дурные поступки и не старался припомнить какие-то добрые дела, оправдывая себя. В своей молитве мытарь смиренно просил у Бога милости для своей грешной души.

Тогда Господь сказал: Сказываю вам, что сей пошел оправданным в дом свой более, нежели тот: ибо всякий, возвышающий сам себя, унижен будет, а унижающий себя возвысится (Лк 18:9–14).

Раскаяние грешника мытаря — искреннее. Именно поэтому Господь в силах помиловать этого человека, смягчить душу грешника, наставить его на путь исправления. Молитвы же фарисея полны лицемерия и гордыни. В этом — его грех. Самодовольно считая себя праведным, он не желает милости Божией. Притча о мытаре и фарисее прекрасно иллюстрирует известную духовную истину: Бог гордым противится, а смиренным дает благодать (Иак 4:6).

Анненский: мытарь или фарисей?

Стихотворение условно делится на две части. Иннокентий Анненский, сравнивая себя с фарисеем, откровенно говорит: «Я не умею молиться». Анненский ощущает себя страдальцем, осознает все несовершенства жизни. Но, несмотря на все беды, он не пытается отыскать спасения в молитве. В церкви он становится рядом с тем, кто не способен к искреннему молитвенному покаянию.

Читать еще:  Вот какая мама стих

Последние же строки меняют весь настрой стихотворения. Оказывается, глубоко в душе героя живут метания. Он, как мытарь, понимает, что грешен, сомневается в своем безверии. Его тоска — это тоска по Богу. Здесь у героя Анненского видна расколотость сознания, страдания, возникает образ кающегося человека. В нем проступают черты того, кто, осознавая свои ошибки, все-таки хочет обратиться к Богу за помощью.

Одновременно с этим в стихотворении проявлена религиозная раздвоенность эпохи. С одной стороны — стремление к истинной религиозности, к спасению, а с другой — элемент недоверия к Церкви. Новое понимание церковности, молитвы, свойственное многим современникам Анненского, собирает воедино фарисеев, в кругу которых оказывается поэт. Он не может найти себя в церкви. И он, как мытарь, ищет подлинного покаяния.

Непонятные слова

Фарисей — член религиозно-политической партии зажиточных слоев городского населения в Иудее. Фарисеи отличались фанатизмом и лицемерием в выполнении внешних правил благочестия. Иносказательное значение слова фарисей — лицемер.

Мытарь — сборщик податей и налогов в Иудее. Они часто были замечены в обсчетах и вымогательствах, считались притеснителями, грешниками и ворами.

Воспрянуть — преодолеть уныние, ощущение подавленности; стать бодрым, оживиться.

Среди миров

Среди миров, в мерцании светил
Одной Звезды я повторяю имя…
Не потому, чтоб я Ее любил,
А потому, что я томлюсь с другими.И если мне сомненье тяжело,
Я у Нее одной ищу ответа,
Не потому, что от Нее светло,
А потому, что с Ней не надо света.Стихотворение «Среди миров» было написано Иннокентием Анненским в 1909 году, незадолго до смерти. При жизни поэта произведение не публиковалось и вышло в свет только в 1910 году в составе сборника «Кипарисовый ларец», выпущенного сыном Анненского.Рассматривать это стихотворение нужно через призму всей поэзии автора, для которой характерна глубокая рефлексивность и декадентские мотивы. Пессимистичность просвечивает и в стихотворении «Среди миров». Она выражается такими словами: «томлюсь», «сомненье тяжело», «не надо света». Последняя фраза наиболее полно характеризует лирическое наследие Анненского в свете идеи потери Бога.В этом плане символично название самого сборника «Кипарисовый ларец», в составе которого вышло стихотворение «Среди миров». Кипарис в символистической традиции понимался как дерево скорби. Лирический герой поэзии Анненского не верит в возможность благополучия человека. Эта тема проявляется в основных мотивах поэзии автора: тоски, смерти, одиночества, раздвоенности мира. Даже любви не по силам внести гармонию в человеческое существование, ибо лирический герой Анненского признает только возвышенное чувство, а оно невозможно в реалиях жизни. Именно такую возвышенную, одухотворенную любовь Анненский возводит в область «миров» и «светил». Это безупречное чувство он именует Звездой. Значимость образа подчеркивается строчным написанием первой буквы («Звезды», «Ее», «с Ней» и т.д). Вообще все главные мотивы лирики Иннокентия Анненского выделялись строчным употреблением первых букв. Достаточно вспомнить написание слов «Тоска» или «Совесть» в стихотворениях «Тоска возврата», «К портрету Достоевского».Звезда, о которой пишет Анненский, становится для лирического героя последним пристанищем во множестве миров. Свет необязательно должен пониматься как энергия, делающая окружающий мир видимым. Свет может быть и светом истины, высших знаний, ответов на вопросы. на такое толкование слова указывает и фраза «сомненье тяжело». При этом автор признается, что высшая любовь не даст ответов на его сомнение («Не потому что от нее светло»), но она способна подарить поэту и его герою наиболее гармоничное для них состояние, когда «не надо света».Стихотворение написано ямбом, напористость которого несколько смягчают женские рифмы, чередующиеся с мужскими.Отрицательный синтаксический параллелизм («не потому … а потому») связывает воедино две строфы стихотворения.Поэт вводит в произведение высокую книжную лексику (светил, мерцание, томлюсь), чтобы подчеркнуть значимость переживаний лирического героя.В стихотворении просматривается развернутая метафора: храм — это Вселенная («среди миров»), лампады — «мерцание светил», молитва — обращение к Звезде («одно Звезды я повторяю имя»). Сама Звезда при этом наделяется признаками божества.О стиле поэзии Анненского нередко говорят как о психологическом символизме. Лирический герой всегда погружен в сложные раздумья о загадках мироздания, он будто разгадывает собственные ощущения. Поэтому в его стихах так много недосказанности и иносказаний.

LiveInternetLiveInternet

  • Регистрация
  • Вход

Рубрики

  • Музыка (1560)
  • Симфоническая (545)
  • Фортепианная (399)
  • Камерная (294)
  • Скрипичная (187)
  • Духовная (112)
  • Хоровая (92)
  • Народная (54)
  • Органная (41)
  • Композиторы (1507)
  • Музыкальные жанры и формы (720)
  • Концерт (244)
  • Симфония (171)
  • Соната (107)
  • Вальс (80)
  • Увертюра (68)
  • Ноктюрн (31)
  • Прелюдия (26)
  • Скерцо (7)
  • Баркарола (2)
  • Балет (445)
  • Танцовщики (199)
  • Балетмейстеры (65)
  • Опера (384)
  • Певцы (355)
  • Музыканты (350)
  • Пианисты (179)
  • Скрипачи (111)
  • Виолончелисты (40)
  • Вокальное искусство (320)
  • Музыка и литература (248)
  • Фестивали, конкурсы, концерты (218)
  • Романс (198)
  • Музыкальная культура народов мира (165)
  • Музыкальные инструменты (140)
  • Дирижёры (130)
  • Музыкальный словарь (103)
  • Музыкотерапия (96)
  • Музыка и живопись (76)
  • Музыкальные театры мира (63)
  • Классика для детей: Твой друг Музыка (52)
  • Оперетта (36)

Музыка

  • Все (3)

Поиск по дневнику

Подписка по e-mail

Статистика

Ретро-музыка. Старинный романс «Среди миров. «(«Моя звезда»)

Музыка А. Вертинского, Шапорина Ю.А.
Слова И. Анненского

Среди миров в мерцании светил
Одной звезды я повторяю имя…
Не потому, чтоб я Ее любил,
А потому, что мне темно с другими.

И если мне на сердце тяжело,
Я у Нее одной ищу ответа,
Не потому, что от Нее светло,
А потому, что с ней не надо света!

Наш любимый Валерий Агафонов

У Анненского стихотворение озаглавлено «Среди миров», Вертинский назвал свой романс «Моя звезда». Романс именуют также по первой строчке: «Среди миров в мерцании светил». В 1976 музыку к стихотворению написал также бард Александр Суханов (под заглавием «Моя звезда»).

ШАПОРИН ЮРИЙ (ГЕОРГИЙ) АЛЕКСАНДРОВИЧ(1887-1966)-СОВЕТСКИЙ КОМПОЗИТОР.

Автор романса на стихи Анненского «Среди миров».Это совершенно независимый от Вертинского вариант озвучивания,оставшийся практически неизвестным широкой публике.

⁣Вокальный цикл «Элегии», куда вошёл и романс под названием «Среди миров», композитор Юрий Шапорин создавал в годы войны.

⁣Стихотворение Иннокентия Анненского «Среди миров», музыкальное по самой своей сути, словно бы создано для того, чтобы стать романсом. Композитор Юрий Шапорин был далеко не единственным и даже не первым, кто положил эти стихи Анненского на музыку.

Бесподобный Александр Вертинский-автор музыки и исполнитель

Гораздо раньше его это сделал Александр Вертинский: романс, названный им «Моя звезда», был широко известен — сначала в среде русской эмиграции, а потом и у нас в стране — и с неизменным успехом самим же Вертинским и исполнялся

Слова И. Анненского

Среди миров, в мерцании светил
Одной Звезды я повторяю имя.
Не потому, чтоб я Ее любил,
А потому, что я томлюсь с другими.

И если мне сомненье тяжело,
Я у Нее одной молю ответа,
Не потому, что от Нее светло,
А потому, что с Ней не надо света.

И. Ф.Анненский написал его в Царском Селе незадолго до смерти-в апреле 1909 года.

В исполнении Валерия Ободзинского
ИННОКЕНТИЙ ФЕДОРОВИЧ АННЕНСКИЙ (1855-1909)- русский поэт «Серебряного века»

⁣Иннокентий Фёдорович Анненский был удивительным поэтом. Подобно Тютчеву, он долгое время словно бы стеснялся своего поэтического дара, профессиональным поэтом себя не считал и писал стихи для себя, для друзей, для знакомых:

«Я твёрдо держался глубоко запавших мне в душу слов моего брата Николая Федоровича:

«До тридцати лет не печататься», и довольствовался тем, что знакомые девицы переписывали мои стихи и даже (ну как тут было не сделаться феминистом!) учили эту чепуху наизусть…»

Читать еще:  Как найти тропы в стихе

Поэт глубоких внутренних разладов, мыслитель, осуждённый на глухоту современников, — он трагичен, как жертва исторической судьбы. Принадлежа к двум поколениям, к старшему — возрастом и бытовыми навыками, к младшему — духовной изощрённостью, Анненский как бы совмещал в себе итоги русской культуры, пропитавшейся в начале XX века тревогой противоречивых терзаний и неутолимой мечтательности.

Поет Иосиф Кобзон

⁣Именно так: уже слегка чужой веку XIX-му, он так и не успел стать своим веку XX-му. Он не был модным, не был при жизни признанным — быть может, потому ещё, что был предельно искренен и всегда и во всём оставался верен самому себе. Он ничего не делал напоказ и потому держался как бы особняком среди своих современников-поэтов.

Это уже потом, после смерти, его стали называть «последним из царскосельских лебедей», блестящим представителем Серебряного века русской поэзии.

Конечно же, стихотворение Анненского «Среди миров» известно широкой публике прежде всего именно в качестве романса.

Очень красивое исполнение Анны Широченко!

Алла Баянова, Владимир Высоцкий, Валерий Ободзинский, Борис Гребенщиков, Олег Погудин, уже упомянутые Зара Долуханова, Георгий Виноградов, Александр Вертинский , А. Суханов— каждый из этих исполнителей привносил в стихи Анненского новые краски, находил в этих стихах что-то своё, что-то сокровенное, глубоко личное.

Я не стала вставлять романс на музыку Шапорина, т.к. по мнению всех Вертинский написал намного лучше и в основном исполняют на его музыку. Если кто-то заинтересуется, как пели вышеупомянутые певцы, а также есть исполнение Владимира Высоцкого и Николая Сличенко, вы можете найти на сайте ютьюб. То же касается барда Александра Суханова, который написал свою музыку к словам Анненского. Его исполнение можно также найти на сайте.

Мой пост от 22 января 2017 года

Рубрики:Музыка/Камерная
Певцы
Романс
Музыкотерапия
Музыка и литература

Метки: романс моя звезда

Процитировано 7 раз
Понравилось: 19 пользователям

Иннокентий Анненский

Среди миров, в мерцании светил…(+ Анализ)

  • Об авторе
  • Недавние публикации

  • Анненский Иннокентий ∼ Трилистник ледяной (цикл) (Кипарисовый ларец, Трилистники) — 01.09.2021
  • Анненский Иннокентий ∼ Снег (+ Анализ произведения) — 01.09.2021
  • Иннокентий Анненский

«Среди миров»
Иннокентий Анненский

Среди миров, в мерцании светил
Одной Звезды я повторяю имя…
Не потому, чтоб я Её любил,
А потому, что я томлюсь с другими.

И если мне сомненье тяжело,
Я у Неё одной ищу ответа,
Не потому, что от Неё светло,
А потому, что с Ней не надо света.

3 апреля 1909 г., Царское Село.

Сборник «Кипарисовый ларец», раздел «Размётанные листы».

  • I Анализ стихотворения Анненского «Среди миров» 1 вариант
  • II Анализ стихотворения «Среди миров» Анненского 2 вариант

Анализ стихотворения Анненского «Среди миров» 1 вариант

В 1910 году увидел свет первый посмертный сборник Анненского «Кипарисовый ларец», изданный его сыном. Книга состоит из множества частей. В последний раздел, получивший название «Разметанные листы», вошло стихотворение «Среди миров». Иннокентий Федорович написал его в Царском Селе незадолго до смерти – в апреле 1909 года. Устойчивый интерес к произведению сохранялся на протяжении всего двадцатого столетия. Во многом успех обеспечила необыкновенная музыкальность восьмистишия. К нему обращались многие композиторы: от Александра Вертинского до Бориса Гребенщикова. Каждый из них открывал в стихотворении нечто новое, находил что-то личное, сокровенное.

Символ единственной таинственной Звезды становится главным в произведении Анненского. У Нее лирический герой ищет ответа, когда его одолевают сомнения, с Ней ему не нужно света. Он предельно одинок. Создается ощущение, что кроме Звезды у него никого нет. Чувства, испытываемые лирическим героем по отношению к Ней, – неизменны. Так Звезда становится олицетворением надежды, веры в вечные ценности, неподвластные времени, в мире, где преобладают сомнения. Кроме того, ее образ связан с любовной темой. Она выступает в роли единственной избранницы. При этом Анненский рассматривает любовь не земную, физическую, а духовную, обращенную в высшие сферы. Соответственно, чувство лирического героя направлено не столько на конкретную представительницу прекрасного пола, сколько на абстрактный идеал. По мнению ряда исследователей, под идеалом стоит понимать поэзию. Таким образом в одном стихотворении Анненский объединяет мотив творчества с мотивом совершенной любви.

Сентябрь (Раззолочённые, но чахлые сады. ) + Анализ

Одиночество, которым пронизано произведение «Среди миров», было характерным состоянием и для самого Иннокентия Федоровича. Он никогда не стремился к славе и всенародному признанию, долгое время воспринимал свои литературные опыты не всерьез. Первый и единственный прижизненный сборник поэт выпустил, когда ему было почти пятьдесят лет, причем книга вышла под говорящим псевдонимом «Ник. Т-о». При этом сложно переоценить влияние Анненского на акмеизм и футуризм. Его лирика нашла отражение в творчестве Анны Ахматовой, Георгия Иванова, Бориса Пастернака. Важнейшее значение имеют также критические статьи Иннокентия Ивановича и его переводы Гейне, Лонгфелло, Бодлера, Еврипида, Горация, Рембо и других авторов.

Анализ стихотворения «Среди миров» Анненского 2 вариант

Стихотворение «Среди миров» было написано Иннокентием Анненским в 1909 году, незадолго до смерти. При жизни поэта произведение не публиковалось и вышло в свет только в 1910 году в составе сборника «Кипарисовый ларец», выпущенного сыном Анненского.

Идейное содержание стихотворения
Рассматривать это стихотворение нужно через призму всей поэзии автора, для которой характерна глубокая рефлексивность и декадентские мотивы. Пессимистичность просвечивает и в стихотворении «Среди миров». Она выражается такими словами: «томлюсь», «сомненье тяжело», «не надо света». Последняя фраза наиболее полно характеризует лирическое наследие Анненского в свете идеи потери Бога.

В этом плане символично название самого сборника «Кипарисовый ларец», в составе которого вышло стихотворение «Среди миров». Кипарис в символистической традиции понимался как дерево скорби. Лирический герой поэзии Анненского не верит в возможность благополучия человека. Эта тема проявляется в основных мотивах поэзии автора: тоски, смерти, одиночества, раздвоенности мира. Даже любви не по силам внести гармонию в человеческое существование, ибо лирический герой Анненского признает только возвышенное чувство, а оно невозможно в реалиях жизни. Именно такую возвышенную, одухотворенную любовь Анненский возводит в область «миров» и «светил». Это безупречное чувство он именует Звездой. Значимость образа подчеркивается строчным написанием первой буквы («Звезды», «Ее», «с Ней» и т.д). Вообще все главные мотивы лирики Иннокентия Анненского выделялись строчным употреблением первых букв. Достаточно вспомнить написание слов «Тоска» или «Совесть» в стихотворениях «Тоска возврата», «К портрету Достоевского».

Я люблю замирание эха.

Звезда, о которой пишет Анненский, становится для лирического героя последним пристанищем во множестве миров. Свет необязательно должен пониматься как энергия, делающая окружающий мир видимым. Свет может быть и светом истины, высших знаний, ответов на вопросы. на такое толкование слова указывает и фраза «сомненье тяжело». При этом автор признается, что высшая любовь не даст ответов на его сомнение («Не потому что от нее светло»), но она способна подарить поэту и его герою наиболее гармоничное для них состояние, когда «не надо света».

Средства художественной выразительности
Стихотворение написано ямбом, напористость которого несколько смягчают женские рифмы, чередующиеся с мужскими.

Отрицательный синтаксический параллелизм («не потому … а потому») связывает воедино две строфы стихотворения.

Поэт вводит в произведение высокую книжную лексику (светил, мерцание, томлюсь), чтобы подчеркнуть значимость переживаний лирического героя.

В стихотворении просматривается развернутая метафора: храм — это Вселенная («среди миров»), лампады — «мерцание светил», молитва — обращение к Звезде («одно Звезды я повторяю имя»). Сама Звезда при этом наделяется признаками божества.

Заключение
О стиле поэзии Анненского нередко говорят как о психологическом символизме. Лирический герой всегда погружен в сложные раздумья о загадках мироздания, он будто разгадывает собственные ощущения. Поэтому в его стихах так много недосказанности и иносказаний.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector