5 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Я знаю где исток реки времен я знаю что она питает стих

Река времени

Течёт сквозь время времени река
Ни на мгновенье бег не прерывая.
Как в поднебесье тучи–облака,
Течёт река столетий – как живая.

Неумолим тот бег и неподвластен
Ни разуму, ни чувствам человека,
Спокоен, равнодушен и бесстрастен,
Ему что миг, что час, или полвека.

На берегах той времени–реки
В песке эпох следы едва заметно.
Остаться хочет след хоть вопреки,
Не источиться, но напрасно, тщетно.

А на воде и вовсе нет следов —
Одни круги и рябь, затем покой.
И редко след на тонкой кромке льдов,
Но лёд всегда становится водой.

А НЕ Пушкина?

Мила, загадочна, воздушна,
К случайным взглядам равнодушна,
Устремлена потоком чувств,
К тому, кто только на подходе,
Еще не знает, что проводит,
Ее под кроны райских кущ.
Замри, он близок, он прекрасен
И красоте твоей под стать,
Рабом твоим он быть согласен,
Лишь сметь подол твой целовать.
Но будь умна, смири гордыню,
Не торопись взойти на трон,
Пусть он подумает, что счастьем,
Укрыл тебя конечно он.
Но девы кошки, и «царапки»
Умеют прятать до поры,
Не зря улыбка этой «лапки»
Уж просчитала ход игры.
Да-да, игры, пропал «мышонок»,
Еще не знаю точно час,
Но этих глаз зеленый всполох,
Все разрешит за всех за нас.
Да что ей наши наблюденья,
Свои у златокудрой бденья.

Река времён

Многие сборники стихов Державина кончаются таким отрывком:

Река времен в своем стремленьи
Уносит все дела людей
И топит в пропасти забвенья
Народы, царства и царей.
А если что и остается
Чрез звуки лиры и трубы,
То вечности жерлом пожрется
И общей не уйдет судьбы.

Это было последнее, что Державин написал. В примечаниях обычно пишут, что это первая строфа незаконченного стихотворения «На тленность». Державин написал его даже не на бумаге, а на «аспидной» доске, и умер через несколько дней. Насколько я понял, доску с нестёртым отрывком перенесли в музей и показывали в таком виде то ли долго, то ли даже до сих пор.
У меня сразу возникает несколько вопросов. Во-первых, откуда известно, как стихотворение должно было называться? Сам Державин написал название на доске, или это такая условность? Oткуда известно, что это именно отрывок, а не законченное стихотворение? Наверняка литературоведы могут дать на это авторитетный ответ, например, такой: по-видимому, Державин не мог написать такое короткое стихотворение на такую фундаментальную тему; это больше похоже на вступление, краткое описание предмета; за ним явно должно было следовать развитие темы в мелких подробностях – в общем, больше всего похоже, что задумывалось основательное стихотворение вроде оды «На смерть князя Мещерского» («Глагол времён! Металла звон!»).
В какой-то момент несколько людей заметили, что первые буквы строк образуют что-то как будто не совсем бессмысленное: РУИНАЧТИ. Многие верят, что Державин собирался написать акростих: первое слово «руина», а потом… да, что потом, уже наверняка не узнать. Есть несколько версий, например: это сокращённое слово «чести», или: это часть слова «чтить» в какой-нибудь форме, например «руина чтимого» – не забудем, что это только начало стихотворения! Есть и такая версия: Державин сначала хотел написать акростих; первые пять строчек у него сложились в слово «руина», а дальше не получилось; так что он собирался продолжать его как обычное стихотворение, не акростих – но тут как раз умер.
Прежде всего, любопытно, насколько старая эта гипотеза – что тут была хотя бы попытка написать акростих. Заметил ли хоть кто-нибудь «сразу», в начале 19 века, что первые буквы складываются во что-то там такое? Если да, то, наверное, никто не предположил, что «это он специально», иначе бы это было широко известно (наверняка упоминалось бы в тех же примечаниях). Между тем, Гаспаров пишет, что заметил сам (судя по всему, годах в 60-х), и упоминает другого человека, М. Халле, который тоже заметил и написал статью, отстаивающую (неубедительно, по мнению Гаспарова) одну из версий. Значит, широко известно это не было.
Верить ли в то, что там был акростих? Мне вот думается: во-первых, они там в начале 19 века столько стихов понаписали! Почему бы не допустить, что в одном из них 5 букв случайно сложились в слово? Во-вторых, действительно ли руина это такая вещь, в честь которой Державин мог захотеть написать акростих? На самом деле, тут непонятно: похоже, что в 19 веке это слово имело какой-то налёт романтичности, заставляло людей задуматься о древних временах, о том, что всё проходит, а города, некогда цветущие, ныне лежат в развалинах – что ж, к теме стихотворения вполне подходит. В третьих, был ли склонен Державин к такого рода играм? Между прочим, обычно акростих встречается в стихах «на случай», или шутливых. И относительно коротких — разве что это какое-нибудь специальное упражнение, причём чем длиннее такое стихотворение, тем больше в нём неровностей — не совсем чётких фраз, не совсем подходящих слов — поскольку приходится притягивать слова специально ради буквы. А тут, опять-таки, похоже, что намечалось стихотворение серьёзное, фундаментальное и длинное, и никаких неровностей, каждое слово на своём месте. А с другой стороны — почему бы не представить себе 73-летнего Державина, который написал на доске в столбик слово «руина» и пытается начать стихотворение с этих букв, и продолжить как получится? Тут даже не «не заладился» акростих (как выразился Гаспаров), а просто и не предполагался дальше пятой строчки.

Читать еще:  Чего ты хочешь стихи

Недавно Омри Ронен написал статью, в которой упоминает, что как-то раз он заметил, что этот отрывок Державина очень похож на первую фразу «Алексиады» Анны Комнин:

Поток времени в своем неудержимом и вечном течении влечет за собою все сущее. Он ввергает в пучину забвения как незначительные события, так и великие, достойные памяти; туманное, как говорится в трагедии, он делает явным, а очевидное скрывает. Однако историческое повествование служит надежной защитой от потока времени и как бы сдерживает его неудержимое течение; оно вбирает в себя то, о чем сохранилась память, и не дает этому погибнуть в глубинах забвения.

Первые две фразы настолько похожи на первые четыре строчки Державина, что сразу начинаешь думать – а не мог ли Державин это читать? Не перевели ли к тому времени «Алексиаду» на русский? Впрочем, зачем русский – наверняка Державин мог читать по-французски или по-немецки. Нет ли где-нибудь списка книг из библиотеки Державина (как есть список книг, принадлежащих Пушкину)? Если бы такой список был, и в нём была бы «Алексиада» (а если бы ещё с этими строчками подчёркнутыми! Или – лежащая открытой на этом месте около той самой доски!) – вероятно, можно было бы пытаться делать выводы. А так – если это поразительное совпадение не лишит нас бдительности, то мы заметим, что дальше тексты как раз расходятся: Анна Комнин пишет, что только историческое повествование и может защитить прошлое от полного забвения, а Державин – наоборот: что в конце концов и это не поможет.
Сходность этих текстов заметил несколько лет назад также lj-user i_shmael: здесь несколько грамотных людей обсуждают, что могло быть, а что не могло. В нескольких комментариях сказано, что «река времени» – это «топос», общее место, образ, переходящий из произведения в произведение, так что совершенно необязательно предполагать прямое (или, например, через одного посредника) заимствование. Это мнение кажется очень разумным, к тому же оно подкреплено примерами, а также объясняет расхождение в продолжении: логично, что самое первое, мгновенное, развитие образа будет похожим у разных авторов, а дальше каждый уходит в свою сторону.

Читать еще:  Как сделать видео стихи

Вернувшись к стандартным примечаниям к Державину, находим там, что Державин начал писать это стихотворение, глядя на висевшую у него в кабинете «историческую карту» под названием «Река времен, или Эмблематическое изображение всемирной истории», выполненную немцем Фридрихом Штрассом (кажется, у Державина была русская версия этой «карты»). Думается, что этот факт сильно ослабляет гипотезу о том, что текст Державина происходит [более или менее] непосредственно из «Алексиады»: поскольку мы знаем, что толчком к написанию стихотворения была карта, которая так и называется «Река времен», зачем пытаться искать ещё один (прямой) источник. Собственно, всё согласуется с идеей о «топосе».
Что это была за карта? Можем ли мы её найти в Интернете? Не сразу, после безрезультатных поисков со словом Fluß, нашлось примерно то, что нужно (поиски затруднялись ещё и тем, что такое же имя, Фридрих Штрасс, было у ювелира, который изобрёл «стразы» (которые так называются в его честь)). Вот оно: Straß, Friedrich: Der Strom der Zeiten oder bildliche Darstellung der Weltgeschichte von den ältesten bis auf die neuesten Zeiten [Фридрих Штрасс. Поток времени, или графическое изображение всемирной истории от древнейших до новейших времён]:

Этот экземпляр датирован примерно 1828 годом, так что у Державина была копия более ранней версии. Похоже, что этот самый Фридрих Штрасс в течение своей жизни сделал много версий этой карты, изменяя её в соответствии с последними событиями. Одна из них продавалась на ebay; похоже, что она внизу отличается от предыдущей.

Ага, думаю я в этом месте, а ведь у меня тоже есть похожая карта! Это издание «The Wall Chart of World History», которое выглядит вот так:

Читать еще:  Стихи не потому что с ней светло

Впервые её выпустили в 1890 году (автор — Edward Hull) — т.е. она ближе во времени к картам Штрасса, чем к сегодняшнему дню — и с тех пор время от времени выпускают в обновлённом виде. Моё издание – 1990 года, имена, которыми кончаются соответствующие ветви – Рейган, Тэтчер, Миттеран, Горбачёв. Последние «крупнейшие события» – Калифорнийское землетрясение и разрушение Берлинской стены. Начало карты – сотворение мира, которое помечено 4004 BC (да, есть такая версия), Адам и Ева, Каин, Авель («the first Martyr»). Сначала — только библейские персонажи, и только в 2300 BC из Вавилонской башни выходят ханаанцы, египтяне, халдеи, греки и китайцы. В какой-то момент возникают русские; их первые правители: 862 Ruric; 878 Igor; 900 Olega, Regent. После «Олеги» появляется загадочный Spendoblos. Поиск этого слова в Гугле ведёт прежде всего на спортивные сайты, но всё же удаётя выяснить, что имеется в виду Святослав (по-гречески его называли Σφενδοσθλάβος).
Вот кусок этой карты – видно, что авторы не ставили своей целью, чтобы это было похоже именно на реку (или, например, дерево) – на этой фотографии видна и русская ветвь: «Ivan IV, «The Terrible»: Promotes Commerce, &c., but cruel»:

Хорошие карты, на самом деле. Наверное, есть немало людей, которые более или менее представляют, какие, и даже в каком порядке, были короли во Франции или в Англии, но не знают, кто из них был одновременно хотя бы с тем же Иваном Грозным. Не претендуя на большее, иногда радуя своими упрощениями (хотя, вероятно, кого-то они, наоборот, раздражают), они в какой-то мере «защищают от потока времени» самые известные имена — собственно, показывая нам этот поток.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector